Андрей Житинкин: «Есть что-то аномальное в великих актерах...»

В семь вечера у актеров и режиссеров, работающих в театре, автоматически повышается давление....
Андрей Житинкин Андрей Житинкин Фото: А. Куденко/РИА Новости

В семь вечера у актеров и режиссеров, работающих в театре, автоматически повышается давление. Первый звонок... Второй. Пик наступает к третьему. Призываю зрителей: если любите своих кумиров, будьте к ним терпимы, они ради вас в этот вечер плачут и смеются, страдают и умирают.

З вонок разбудил в восемь утра. Я, молодой режиссер Театра Моссовета, услышал в трубке:

— Привет, это Шурик!

Спросонья ничего не понял:

— Какой Шурик?

— Твой Шурик.

— Да пошли вы... — и бросил трубку.

Он тут же перезвонил:

— Педагог твой — Шурик.

Окончательно проснувшись, я узнал голос Ширвиндта. Он действительно преподавал у нас на курсе в Щукинском училище, ставил водевили. Александр Анатольевич продолжал:

— Слушай, такое дело, юбилей у меня.

— И что, папа Шура?

— Поставишь мой бенефис? Есть хорошая пьеса Радзинского «Поле битвы после победы принадлежит мародерам».

— А как отнесется к этому Валентин Николаевич?

Плучек еще оставался главным режиссером Театра сатиры, и я знал, как ревниво тот воспринимает людей со стороны.

— Он дал мне карт-бланш.

Поскольку пьесу я читал, ответил:

— Тогда знаю, кто станет вашей партнершей. Гурченко!

— Ой!..

В свое время Людмила Марковна показывалась в Театр сатиры. Несмотря на то что просмотр устроили ее друзья Миронов и Ширвиндт, которые были в зале, ее «прокатили». Восстали женщины — актрисы труппы. Люся рассказывала: на тот момент она уже снялась в «Карнавальной ночи», вышла на сцену с баяном, играла, пела, танцевала. Плучек сидел мрачный рядом с женой Зиной, негласно руководившей театром.

Люся работала в полной тишине — ни смешка, ни аплодисментов. В конце концов, произнося какую-то стихотворную фразу, без паузы сказала: «По-моему, зря я сюда пришла. Мне, наверное, надо уйти». Никто ничего ей не ответил. «Покинула сцену под стук собственных каблуков», — делилась Люся. Не успела она оказаться за кулисами, как началось бурное обсуждение, Гурченко буквально смешали с грязью. Замерев за сценой и слыша, что о ней говорят, Люся беззвучно тряслась от рыданий, чтобы не выдать своего присутствия.

Обида засела глубоко. Но когда я предложил сыграть в дуэте с Ширвиндтом, согласилась, несмотря на то что актеры никогда не работали на сцене вместе. Да и Плучек к концу жизни стал сговорчивым: «Бери кого хочешь». Перед сдачей спектакля худсовету вдруг треснуло зеркало в антикварной раме, перед которым гримировалась Людмила Марковна.

— Какая ужасная примета! — заволновался я.

— Нет, Андрей, в театре она работает наоборот, вот увидите, у нас будет хороший спектакль. Просто зеркало меня вспомнило, когда-то я перед ним уже переодевалась.

«Поле битвы...» мы играли десять лет, и Гурченко в нем блистала. После такого успеха Плучек пригласил ее в труппу, но Людмила Марковна отказалась: «Нет, не пойду, реванш я взяла. Не могу сказать, что злопамятна, просто ничего не забываю».

Я и сам актер по первому образованию, учился на знаменитом курсе Людмилы Владимировны Ставской. Дружил с двумя Женьками — Дворжецким и Князевым. Женька Дворжецкий сразу начал сниматься, завел огромное число друзей в кинематографическом мире. Он, человек богемный, обожал застолья, ночные разговоры. Придерживался диссидентских взглядов, все запрещенные книжки от «В круге первом» Солженицына до «Доктора Живаго» Пастернака я брал у него. Он познакомил меня с отцом Вацлавом Яновичем, который дважды сидел в лагерях. Как же рано Женька ушел! Как много мог еще сделать!..

Князев был старше нас на пять лет, успел окончить технический институт. Его, члена партии, сразу сделали старостой, он должен был проявлять строгость, но оставался таким же бандитом и шалопаем. При этом постоянно кого-то прикрывал. Помню, однокурсника забрали в милицию: напившись, тот решил, что туалет находится прямо у подножия памятника Юрию Долгорукому. Шили политическое преступление. Так Князев его спас, вытащил из ментовки. Сейчас Женя — народный артист, звезда Вахтанговской сцены, ректор Щукинского училища.

В выпускном спектакле «Бесприданница» я играл Робинзона, всегда покидал сцену под аплодисменты и был уверен: карьера характерного актера мне обеспечена. Вдруг в коридоре меня поймал тогдашний худрук Театра Вахтангова Евгений Рубенович Симонов:




ПОПУЛЯРНЫЕ КОММЕНТАРИИ

  • #
    Андрей, спасибо Вам огромное за искренние, замечательные воспоминания о людях, с кем пришлось работать, пройти рядом бок о бок, создавая большое искусство! Безусловно, каждый человек видит мир сквозь призму своего субъективного восприятия, но Вы не лукавите, честны перед собой и, уверена, перед нами. Поэтому и читается легко, и верится... Вам удачи, верных соратников и дальнейших профессиональных достижений!

  • #
    А что касается Дурова.... Когда-то увидела его интервью, где он рассказывал, что перед выездом за границу его, как и всех тогда в СССР, вызвали, чтобы задать какие-то вопросы, и вот его спросили про флаг СССР, на что Дуров ответил, что это "Веселый Роджер", дав понять, что он испытывает к СССР. Эту историю Лев Дуров рассказывал уже новой стране, вероятно, чтобы произвести впечатление, но как-то после этого я перестала уважать актера Дурова, стал он после этих своих слов вызывать во мне чувство ..... очень неприятное чувство. И слова режиссера о Дурове только утвердили мое отношение. Спасибо, за рассказ и за прямолинейность.

  • #
    я всегда считала что лучшая роль Дурова это доносчик в 17 мгновений весны. ДА не ошиблась. И еще было очень странно видеть его страшную дочь непонятного пола в роли актрисы. Это тоже говорит о многом

  • #
    #comment#
  • Не удалось отправить сообщение
    Кристина Асмус Кристина Асмус актриса театра и кино
    Все о звездах

    Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.




    НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

    Загрузка...