Алина Алонсо. Дом воспоминаний

Друзья до сих пор называют меня Алиной Алонсо. Хотя по паспорту я сейчас Тулякова, как и бабушка с дедушкой, которые меня воспитали.
Борис Гребенщиков и Всеволод Гаккель Первым моим арендатором был Гаккель, вторым — Борис Гребенщиков Фото: Андрей Вилли Усов

Поначалу мы просто дружили. Но в какой-то момент Курехин сообщил:

— Ты — единственная женщина, которая может дать мне счастье! У нас будет помолвка, а потом мы поженимся. 

Мне было 27, Сергею — на два года меньше. Если честно, замуж я не рвалась, но использовать это как повод для праздника было вполне приемлемо. Помолвку отметили в «Сайгоне» — главном неформальном кафе того времени. И Курехин окончательно перебрался ко мне.

Сергей считал, что оптимальный вариант для общения — один гость. Обычно это был Болучевский, иногда — джазовый музыкант Александр Пумпян. Втроем мы коротали вечера в беседах, часто «за рюмкой чая». Болучевский, вдохновленный книгой Мюрже, мечтал написать про нас «Сцены из жизни богемы». Это ему частично удалось: когда он перешел на детективы, то в повествование вплетал истории из нашей бытности.

Особым ритуалом тогда считался утренний выход к пивному ларьку. Не то, чтобы жизненно необходимо было опохмелиться — хотелось увлекательной экспедиции с неожиданностями, это достойное начало нового дня. Видеть в обыденности что-то интересное мы умели. И однажды мне устроили шикарный сюрприз. Володя Болучевский, Саша Мошарский и другие знакомые музыканты подрабатывали тогда в духовом оркестре и ходили на майские праздники с демонстрацией. 

Первое мая, слышу — музыка. Вижу — оркестр под окном. Играют они «Разлука ты, разлука, чужая сторона». Прямо с демонстрации пришли, чтоб исполнить эту «серенаду». Потом поднялись ко мне, веселились, в итоге забыли большой барабан и трубу. Инструменты так и остались у меня, за ними никто почему-то не вернулся. На барабане потом лопнула кожа: однажды я его возила с собой в новогоднюю ночь, мы катались по Невскому на финских санях. А труба в целости и сохранности висит на стене в прихожей.

Сергей любил меня смешить. То канкан в халате станцует, то садится за пианино и поет манерным голосом: «Вам возвращая ваш портрет». А мог начать играть «Харе Кришна» и незаметно перевести его на мотив «Мясоедовской улицы». Думаю, это шла подготовительная работа к «Поп-механике». Однажды, музицируя, вскочил: «А здесь вступает Лондонский оркестр!». Он уже тогда знал, что станет знаменитым. 

Мы дали ему определение «парадоксальный умница» — Сергей умел говорить так, что создавалось впечатление, будто он много знает. На самом деле, у Курехина не было фундаментального образования, но он был начитан, доставал редкие книги и умел манипулировать информацией. Мог запутать в определениях и сбить с толку любого собеседника, даже хорошего специалиста по обсуждаемому в компании вопросу.  

А Болучевский шутил, что Курехин — «обычная евпаторийская шпана». Он был сыном военного, школьные годы прожил в Евпатории. Нравы там излишней интеллигентностью не отличались, Сергей ею тоже не страдал. Как-то на Васильевском острове на компанию, в которой был и Курехин, напали хулиганы — так он без разговоров сразу врезал одному из обидчиков.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в



Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Геннадий Юхтин. По волнам моей памяти

Геннадий Юхтин. По волнам моей памяти



Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте
Николай Еременко (младший) Николай Еременко (младший) актер театра и кино
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй