Николай Попков (Глинский). Уходящие от вас

Я прижал Малявину к стене: «Валя, ты врешь. Скажи правду. Как умер Стас?»...

И что он умер, тоже не заметила? Он почти час как не дышал. Это что, возможно не заметить? Представьте на секунду лицо Стаса через пять-десять минут после такого удара. Представьте себя на месте Малявиной. Любимый валяется под креслом с раной в сердце, в квартире — тишина. Как сказано в меди цинском заключении: «После удара жил Жданько очень короткое время, исчисляемое минутами. Причиной смерти стало острое кровотечение». И после всего этого ее даже не подозревают в убийстве?!..

Так чем же, по мнению Сударушкина, Малявина занималась почти час до приезда «скорой помощи»?

В 21.10 — 21.15 Стас разговаривал с Минском. Звонок на станцию «скорой помощи» зафиксирован в 21.33. Значит, в промежутке 21.15 — 21.33 произошел роковой обмен репликами.

Врачи приехали через пятьдесят минут, и что они застали? Их встретила очень спокойная женщина, указала на комнату: «Проходите, окажите ему помощь». Стас лежал на полу как упал. Когда на суде Малявину спросили, почему она не вызвала соседку-медсестру, почему сама не оказала Стасу никакой помощи, Малявина ответила только: «Я не медик». Зал ахнул.

Итак, врач склонился и удивленно произнес: «Да он давно умер». И вот тут, по словам докторов, с Малявиной произошла резкая перемена. С криком «Иду за тобой!» она через всю комнату бросилась к столу. Схватила обеими руками лежащий на нем нож. Причем не за ручку, а за лезвие. Замахнулась... Вот только удара не последовало. Врач и медсестра отняли нож. Валентина Александровна лишь порезала себе пальцы.

Слушая версию Сударушкина о том, как все проис ходило, я вспомнил, что на первых страницах дела был помещен рисунок с порезами пальцев Малявиной.

Я пришел к Малявиной на Арбат: встреча продолжалась больше суток. В конце я сказал, что не верю ей, и пообещал узнать правду Я пришел к Малявиной на Арбат: встреча продолжалась больше суток. В конце я сказал, что не верю ей, и пообещал узнать правду Фото: Павел Щелканцев

Его сделали на следующий день, четырнадцатого апреля, в Ин ституте имени Склифосовского. Комментарий следователя Мишина к этому документу был лаконичен: «Порезы пальцев Малявиной при попытке самоубийства тринадцатого апреля». Меня он и раньше смущал своей назойливостью, а теперь Сударушкин разъяснил:

— На этом рисунке пореза мизинца нет. На суде было доказано, что справку изготовил сам Мишин. Мы съездили в институт и обнаружили в архиве действительный документ — регистрационную карточку приемного отделения от четырнадцатого ап реля.

На ней зафиксированы порезы у Малявиной: не только те, что возникнут, когда схватишь нож за лезвие, — указательного и среднего пальцев, но и порезы безымянного и мизинца. Зачем их скрыл Мишин? А очень просто. Кухонный нож, которым Малявина ударила Стаса, был самым обычным, без ограничителя. Если пальцы обхватывают рукоятку, нижняя фаланга мизинца упирается в лезвие. Когда нож уперся в преграду из ребер, Малявина просто не могла не порезать себе мизинец. А удар оказался такой силы, что и безымянный порезала. Они, насколько я знаю, у нее и сейчас плохо сгибаются.

— Вы хотите сказать, — до меня начинал доходить масштаб личности Валентины Александровны, — что она инсценировала попытку самоубийства с целью скрыть порез?

— Вот именно! Ей казалось, что это единственная улика. Как объяснить врачам, милиции эту рану? — Сударушкин ничего не сочинял, просто попытался представить, чем Малявина жила в те страшные сорок минут тишины над телом Стаса. Даже заговорил ее тягучими интонациями: — «Валя, ты сильная, талантливая, его не вернешь, тебе жить... То, что он бешеный, нервный, знают все. Скажу, переживал из-за того, что мало играл в театре. Или, допустим, хотел всех напугать. Он же вечно что-то изображал, разыгрывал. Чем больше разных версий, тем лучше. Но чем оправдать рану на мизинце правой руки? Открывала бутылку, нож соскочил. Глупости, так мизинец не порежешь... А что если порезаться прямо при врачах? Можно при этом повредить и остальные пальцы, неважно. Даже хорошо. Но как это сделать? Они проходят, говорят, что Стас умер, со мной истерика, хватаю нож за лезвие.

Чего в горячке не сделаешь?» Надо, чтобы все было неожиданно, но понятно. Как в кино: естественным кажется лишь то, что продуманно до мелочей. Она кладет нож на стол, лезвием к двери. И когда приехала «скорая», проигрывает свой сценарий как по нотам. Все удалось: пальцы порезаны, рана на мизинце оправданна.

Сударушкин выдохнул. Он не походил на Мегрэ или Пуаро. Скорее — на бравого солдата Швейка: толстенький, глазки пуговками, нос картошкой. Закончив, удовлет воренно откинулся на спинку стула.

Через десяток лет я написал судебный очерк об убийстве Стаса «Погиб на взлете». Малявина его прочла. Знаю, потому что позвонила в редакцию. К изумлению журналистов, она просила передать автору благодарность: «Коля многое мне открыл в этом деле».

Спустя время мы случайно встретились в Доме кино.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Загрузка...


Написать комментарий



 Татьяна Навка  Татьяна Навка фигуристка, телеведущая
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.