Николай Попков (Глинский). Уходящие от вас

Я прижал Малявину к стене: «Валя, ты врешь. Скажи правду. Как умер Стас?»...
До встречи с Валентиной Стас был невинен До встречи с Валентиной Стас был невинен Фото: Из личного архива Н. Попкова

Двери закрываются и вновь открываются, как шторки занавеса. Мгновенное преображение — когда успели? — маленький Стасик раздулся от своей значительности, а громада Стаса — воплощенная человеческая слякоть. Двери театра импровизаций захлопнулись, и кабину повлекло вниз, унося в глубину счастье...

Через день, четырнадцатого, звонок: «Ты слышал, что Жданько умер?» Я не поверил. Бросился в Театр имени Вахтангова. В фойе служебного входа объявление в траурной рамке. Потом долго шатался по улицам...

На следующий день в Москву приезжала мама Стаса. Провожавшие ее земляки уже знали, что его не стало, но матери не сказали: каково ей будет в поезде? Сын снился в дороге — грозил кулаком. На вокзал поехали втроем: я, Марьин и Витя Проскурин.

С ним Стас подружился на картине «Время выбрало нас». Знакомы мы с Витей были шапочно, но уезжали на вокзал от меня, выпив по склянке валерьянки. На платформе ждала поезда Малявина и профсоюзная делегация от театра.

Вспоминая эту сцену, все думаю: говорить или не говорить? Малявина была в том же элегантном синем пальто и тех же замшевых высоких сапогах, что и в нашу последнюю встречу на Тверском бульваре. На этих сапогах я — и не только я — отчетливо увидел капли засохшей крови. Глаза лезли на лоб, с языка рвался вопрос: «Валя, чья это кровь?» Спроси, она бы ответила: «Моя. Я так переживала за Стаса, что хотела зарезаться». Я не спросил. Но другим она именно так и отвечала.

Мы, друзья, встретили тетю Шуру. Представители театра, оказавшиеся на вокзале вроде случайно, предложили машину и увезли ее в неизвестном направлении.

Директор театра Иванов отказался сообщать нам адрес: «Будет гражданская панихида, там все встретитесь!» По чьему-то распоряжению друзья Стаса не должны были общаться с матерью.

В день панихиды я пропустил премьерный для меня спектакль — забыл. В Черепаново на похоронах не был: театр личного горя не признает. Если нет замены — должен играть. Играл я и в день смерти моего сына. Для людей театра такое обычно. Кстати, это как сильнодействующее лекарство от нестерпимой боли.

Уже в августе, в отпуск, поехал на родину Стаса. Тетя Шура показала мне телеграмму из столичной прокуратуры: «Следствие ведется, виновных нет». «Как это?! — спрашивала недоуменно. — Если оно еще ведется, то почему никто не виноват?!

Малявину можно без преувеличения назвать Клеопатрой нескольких десятилетий Малявину можно без преувеличения назвать Клеопатрой нескольких десятилетий Фото: ИТАР-ТАСС

А может, она виновата? А может, и он?»

Я не знал, что отвечать. Но обещал разобраться. Вот как случилось, что стал доверенным лицом Александры Александровны.

И еще была просьба у тети Шуры: «Коля, ты встреться с Малявиной, расспроси, что там у них со Славочкой произошло. Из ее писем ничего понять не могу».

Письма действительно были странные. Длинные, иногда почему-то карандашом. С разводами, пятнами чуть ли не на каждой странице. То ли от слез, то ли от воды. И о чем? Описания московской природы, их прогулок и разговоров. О том, как умер Стас и что произошло в роковой вечер, — ни полслова.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter


Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Тина Канделаки. Мое время

Тина Канделаки. Мое время






Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте
Кэти Холмс (Katie Holmes) Кэти Холмс (Katie Holmes) актриса
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй