Мария Куликова. Основной инстинкт

«Матросов достался мне в тяжелый период, конфликты вокруг детей опустошили его. Я на аркане тащила его из депрессии».

У Инны — ступор. «Ты что, не понимаешь, ей так будет легче рожать! Это точно, мне сказали, примета такая!» Грахова отнекивалась, сославшись на то, что выпила и никуда ехать не может. Матросов перезванивал снова: «Не можешь сама, срочно попроси кого-нибудь, чтоб приехали к тебе за ключами от нашей квартиры!» Короче, паника у него была страшная.

Ко мне в это время подходил анестезиолог и предлагал обезболивание, мол, потом будет поздно — или сейчас, или никогда. Я сказала: «Значит, никогда». Отказавшись от анестезии, кричать стеснялась, скорее рычала сквозь зубы, как и положено львице. В роддом-то ехала как на праздник: в приподнятом настроении, с ощущением ожидания, что мне вот-вот вручат какой-то небывалый приз.

И с первыми схватками мне кто-то из персонала бросил: «Это тебе, милая моя, не в кино рожать». И впрямь в кино приходилось схватки изображать, а на сцене бесконечно рожала, срывая всякий раз голос, играя Марью Шатову в «Бесах». И вот эту фразу вспомнила, когда поняла, что такое — «не в кино рожать». Здорово, что теперь знаю, как это происходит. Важнее всего — ощущение неизбежности происходящего, ведь ни ты и никто другой ничего изменить не в силах. И ты чувствуешь, что проходишь через какие-то мощные природные системы, будто ты — маленькая, но неотъемлемая и уникальная частица Вселенной. Вот это острое осознание своей принадлежности к чему-то великому и есть самое настоящее чудо, самый главный приз, данный Богом только женщине. Ничего прекраснее, неожиданнее и невозможнее этого нет на земле!

Не знаю, кто кого родил: я — Ванечку или он —  меня. Но чувствую, что я совершенно другая Маша. Во мне словно расцвело нечто новое Не знаю, кто кого родил: я — Ванечку или он — меня. Но чувствую, что я совершенно другая Маша. Во мне словно расцвело нечто новое Фото: Ека Фрамполь

Ради того, чтобы это снова испытать, хочется рожать еще и еще. Как теперь понимаю тех женщин, у которых по два, по четыре, по пять, по восемь детей! Маниакально хочу еще, мне пока с медицинской точки зрения не очень-то разрешено, но у меня аж слюни текут от одной мысли, что это вообще возможно.

Первое, что сделала, как только Ванька освободился из своего девятимесячного плена, схватила трубку и набрала Дениса, он утверждает, что сказала ему: «Мы родили сына», но я не помню этой фразы. После того как наш папочка, явившись, проспал полдня в палате, нам всем троим не хотелось расставаться, уболтали персонал разрешить Денису остаться в роддоме на ночь, ютились вдвоем на больничной койке, обнявшись. А в четыре утра я растолкала мужа, нужно было возвращаться в Киев, и охранник тайком вывел его через родильное отделение, ведь все остальные двери ночью закрыты.

И Матросов, бедный, в шоке был от этого прохода, мол, таких воплей в жизни не слышал. Я надеялась, что это хоть как-то смягчит его обиду за то, что лишила его возможности присутствовать при родах. Но нет! Как в том анекдоте, где дед с бабкой обедают, вдруг он вытаскивает деревянную ложку из борща и — шарах! — ей по лбу. Она: «Ты чего, старый, с ума сошел?» — «Никак тебе простить не могу, что не девкой брал!» Вот и у нас свой камень преткновения, то и дело попрекает: «Нет, ну как ты могла, Куликова, как ты могла?!» Один выход — второго родить. А он, еще не успев нас из роддома забрать, сказал: «Пойди спроси: когда можно следующего?»

С того момента, как увидел сына, Матросов превратился в безумного папашу, которые всегда вызывали у меня смех.

Он взахлеб кому ни попадя начинает рассказывать о необыкновенных способностях и достижениях своего уникально одаренного ребенка, тычет в доказательство всем в нос бесчисленные фотографии Ванечки. И сам бесконечно их пересматривает, иногда повторяя: «Вот смотрю на него, и мне аж больно от нежности» — такой у Дениса отцовский инстинкт. Тем страшнее, конечно, та трагедия, которая произошла у него в жизни. И я смотрю на Матроскина, и мне тоже больно... только не от нежности.

Что касается материнского инстинкта, то точно помню момент, когда осознала, что это такое. Ваня был еще совсем крошечный, возилась с ним рано утром на кухне и чтобы не заснуть, включила телевизор. Шли новости, рассказывали о детдомовских младенцах, за которыми некому ухаживать, если они попадают в больницу, — приглашают волонтеров.

И прозвучала фраза о том, что двухлетний ребенок целыми днями лежит в полном одиночестве... Что со мной произошло! В этот момент перевернулся мир. У меня чуть не съехала крыша от боли, глядя на беззащитного малыша, на физическом уровне ощутила, что чужих детей не бывает. Такую испытала страсть к собственному сыну, схватила, прижала его к себе и еще отчетливее осознала брошенность тех детишек. Это была колоссальная перегрузка! И перезагрузка одновременно.

Вот что такое инстинкт материнства, он распространяется не только на своих, но и на всех детей вообще. И это можно испытать, пройдя через определенные муки, когда ты реально всем существом осознаешь цену человеческой жизни. У меня стала болеть шея, потому что сворачиваю ее вслед любому младенцу, пялюсь на них и обожаю всех, но иначе, чем раньше, — с пониманием того, сколько всего стоит за каждой такой птицей с чупа-чупсом во рту.

В общем, не знаю, кто кого родил: я — Ванечку или он — меня.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter


Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Людмила Крайнова: «Мой сын — Саша Абдулов»

Людмила Крайнова: «Мой сын — Саша Абдулов»






Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте
Брюс Уиллис (Bruce Willis) Брюс Уиллис (Bruce Willis) актер
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй