Алексей Колосов. Одиннадцать дней разлуки

Тяжело вспоминать последние дни моих родителей. Чуть ли не фонд спасения Касаткиной учредили. От кого? От родного сына?

Мамин врач рассказывала, что творилось в ЦКБ, когда там умирала Нонна Мордюкова. Как стремилась проникнуть в ее палату «желтая» пресса, какие-то мошенники, выдававшие себя за друзей. Мордюкова была одинокой, а рядом с мамой, к счастью, находились люди, способные ее защитить. Я пытался оградить от стороннего любопытства, не позволить чужим лезть в нашу семью. Если хотите, это был мой сыновний долг.

Я очень благодарен врачам, которые хоть на несколько месяцев, но продлили жизнь и до последнего боролись за моих родителей, — Виктории Михайловне, Елене Константиновне, главному врачу корпуса Татьяне Владимировне.

Известных актрис всегда окружают приживалки. Молодые артисточки, неважно — талантливые или бездарные, пытаются втереться в доверие, преданно смотрят в глаза, без устали сыплют комплиментами в надежде получить какую-то протекцию.

Лет восемь назад в жизни мамы появилась артистка театра Ксения Таран.

Мама относилась к ней вполне благосклонно. Она всегда мечтала о дочери и принимала откровенную лесть за девичью покладистость. Я, естественно, и не думал возражать против их общения, ведь это совсем не мое дело. Хотя дочка Валентины Талызиной Ксения Хаирова, я сам это слышал, открытым текстом предупреждала маму: «Кого пригрели на своей груди, Людмила Ивановна? Она совсем не такая, как вам кажется!»

Ксения во время маминого восстановительного периода после операции на сердце приносила ей зарплату из театра домой. А потом мама начинала жаловаться:

— Что-то денег не хватает.

Я успокаивал:

— Да что ты, не может быть.

Ты, наверное, спрятала куда-то и забыла.

Когда мама окончательно слегла и Светлана попросила бухгалтерию оформить для нее карточку, которой, естественно, распоряжалась семья, Ксения отчего-то страшно возмутилась.

Но самое главное, после посещений Ксении мама всегда сильно нервничала, не могла уснуть.

— Ах, Людмила Ивановна, какой чудный у вас халатик!

— Тебе правда нравится? Бери себе, солнышко. Дарю.

В какой-то момент я девушке позвонил, попросил не приходить вечерами, не обсуждать здоровье папы, не пересказывать театральные сплетни. Но она продолжала появляться поздно и промывать маме мозги.

Когда мама попала в больницу, Ксения не изменила своей привычке названивать вечерами. Я не выдержал и попросил сиделку Лену, которая находилась постоянно рядом, с мамой ее не соединять. Потом Ксения утверждала, что мы отняли у мамы телефон. Но со всеми остальными она разговаривала — до того как попала в специальное отделение неврологии, где телефоны просто запрещали проносить.

В какой-то момент доктора порекомендовали ограничить визиты посетителей. После них мама всякий раз долго не могла унять перевозбуждение, приходилось давать сильные лекарства, а это усугубляло и без того тяжелое состояние.

Что тут началось! В театре поднялся страшный крик. Дескать, никаких медицинских показаний к этому нет, а доступ в палату перекрыли по нашему требованию. Эти дамы не видели, как мама задыхалась, какие у нее случались страшные приступы. К сожалению, версию театра поддержал один из сотрудников больницы. Не врач — администратор. И случилось это после того, как он пытался намекнуть на необходимость вознаграждения, а мы «не поняли».

Все следующие месяцы вместо вопроса «Как помочь?» мы слышали требование «Хотим попасть». Зачем все эти люди стремились в мамину палату? Муж Ксении однажды даже через забор перелез, чтобы оказаться на территории больницы. Думаю, так проявлялось какое-то извращенное человеческое любопытство.

Дочь Анюту в больницу мы не брали. Чтобы не видела бабушку и дедушку в беспомощном состоянии, запомнила их какими любила Дочь Анюту в больницу мы не брали. Чтобы не видела бабушку и дедушку в беспомощном состоянии, запомнила их какими любила Фото: Федор Маркушевич

Некоторые мечтают влезть в чужую жизнь, убедиться в немощи еще недавно сильного человека. А потом, смакуя, расписывать ее перед друзьями-приятелями. Или использовать для собственного «пиара».

Иногда хотелось закричать: люди, одумайтесь! Папе — девяносто, маме — восемьдесят шесть! До этого почтенного возраста доживают с целым букетом тяжелых болезней, лучше их не беспокоить. Но никто и в голову не брал, что после каждого визита маме становилось все хуже. Так, однажды к ней прорвалась Нелли Рачевская. Когда-то звезда Театра Армии, она много лет назад вышла замуж за инженера-датчанина и эмигрировала. Воспользовавшись своим пропуском в больницу, навестила маму. Ужаснулась от того, в каком плачевном физическом состоянии она пребывает.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Степан Разин. Загадка Ваенги

Степан Разин. Загадка Ваенги





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


МакSим МакSим певица, композитор
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй