Виктория Макарская. Мой желтый ангел

«Антон буквально съедал себя! Иногда закусывая мною. И он ушел. На этот раз я не сумела удержать его».

Мы поссорились так, что я была уверена: это конец. Было настолько страшно, что я даже рассказать не могу, честно, не могу — стыдно, больно, невозможно вспоминать. После этого только в морду дать и уйти навсегда. Я чуть не сошла с ума, не спала ночь, наутро надо было лететь на юбилей Бориса Краснова в Киев. Весь самолет, полный гостей всех мастей, от Аллы Пугачевой до Юрия Башмета, видел, как я прорыдала всю дорогу туда и обратно и три дня там, прервавшись лишь на время исполнения песни на сцене. Я умывалась слезами и думала, что как бы ни было тяжело, наши отношения закончились. Не могу больше терпеть обид, нескончаемых претензий, занудства. Видимо, это же понял и Антон. Невозможно друг без друга и невозможно вместе! Или мы просто поубиваем друг друга.

И я сказала себе — о’кей, пусть будет так. К двадцать восьмому мая 2000 года, через год после первой встречи, год ада, ужасающего непонимания, мы подошли с тем, что несмотря на любовь, пропасть между нами разверзлась настолько, что не перепрыгнуть. Никак.

Я вернулась из Киева с готовым решением, еще обиженная настолько, что видеть его не хотела. Против ожидания Макарский оказался дома и встретил меня не то вопросом, не то утверждением: «Венчаемся...» В полном изнеможении я упала ничком на диван, уткнувшись в любимую подушечку. И Бог свидетель: я не знаю почему! — сказала «да». Ангел, мой Желтый ангел!

И через неделю, четвертого июня, отец Алексий нас обвенчал, не было никого, кроме наших свидетелей, того самого бородатого Александра и его супруги Татьяны.

Ни мне, ни Антону никогда не забыть этого счастливейшего дня, этих ни с чем не сравнимых ощущений.

Мы слились в единое целое, что-то такое произошло, что стало ясно: это начало совершенно иного, нового пути. Нас словно что-то отпустило! Будто и не было никогда этого страшного года, отвратительных сцен, омерзительных по отношению друг к другу поступков. Все стерлось, ушло в небытие. Я помню этот день до мельчайших подробностей: мы поехали в Парк культуры имени Горького, шли через мост, держась за руки, Антон все время поднимал руку и любовался тем, как сияет кольцо на пальце.

То, что соединено на небесах, человек не вправе разрушить — мы тогда это еще не осознали, но уже прочувствовали.

Сейчас в нашей квартире голые стены и полный минимализм Сейчас в нашей квартире голые стены и полный минимализм

Стало ясно, что можешь — не можешь, надо находить общий язык. Для нас началась совершенно другая жизнь.

Если бы вы зашли сейчас в наш дом, увидели бы голые стены. Нигде ничего не висит. Я ликвидировала мини-юбки, кружевное белье, корсеты, чулочки и подвязочки. Перестала пользоваться косметикой, стараюсь не накручивать волосы, хожу в женственных туфельках — никакой платформы, агрессивных ботинок. В принципе совсем не мой имидж — в элегантных длинных платьях, которые нравятся Антоше. Потому что этот симпатяга со сладчайшей улыбкой и добрыми глазами на самом деле — домашний деспот, тиран и сатрап. Его мягкость и пушистость иллюзорны. Он всегда добивается того, что считает нужным, кстати, и вне дома тоже — легко, непринужденно и на мягких лапах, да так, что вы и сами не заметите, как уже пляшете под его дудку, причем добровольно и с удовольствием.

Изменить точку зрения Макарского практически невозможно, мне удавалось только иногда.

Антоша теперь балует меня семейными просмотрами комедий, но! — только тех, которые выбирает сам, считая качественными, а я сижу и скучаю по своему мистеру Бину — он по-прежнему персона нон грата. Но когда Антон в командировке, я достаю из тайничка колготки в сеточку, любимые сладкие духи, покупаю вяленых кальмаров и лакомлюсь с наслаждением в компании мистера Бина.

Антон перестал топтать мои полы уличными ботинками, носит подаренные мной тапочки — уже лет десять как носит, протер до дыр! Шлепает по полу голыми пятками и запрещает их выбрасывать.

Купила новые, точно такие же — нет, подавай ему старые тапочки, джинсы и свитер. То же — с заношенной курткой, с растоптанными кроссовками.

— Антоша, не позорь меня, перед людьми неловко!

— Я могу себе позволить носить то, что мне нравится?!

— Можешь.

— Вот и отстань от меня!

Под куртку он любит надевать тельняшку, у которой уже вся спина протерта до дыр. Лето наступило: «Викусь, отнеси, пусть заштопают». И я иду и несу. В ателье, где нас прекрасно знают, на меня смотрят как на ехидну: «Может, новую мужу купить?» Как я могу объяснить, что ему нужна именно эта майка?!

Пусть перезаштопанная, но эта! Купить! Да у него шкаф вещами забит! Все наши музыканты ходят в его шмотках! И мы, конечно, ссоримся, но теперь это выглядит иначе. Как два обленившихся кота, поделивших наконец пространство, мягкими лапами поцапываем друг друга — «уау-мур-мяу» — не ссоримся, только тешимся. Одно вдохновляет, что он и меня не бросит, как те тапочки, когда стану старой, больной, морщинистой, с отвисшей задницей старушенцией.

Антон и раньше не любил путешествий по модным курортам и фешенебельным отелям, ему бы в лес с палаткой и костром, а сейчас его и вовсе стала тяготить публичность. Отказывается давать интервью и вообще хочет ­уйти со сцены, из профессии, говорит, что отвлекает людей, а не радует. Мечтает уединиться в деревне, горюет, что в монастырь с женами не берут, а то б давно попросился.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в


Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Вениамин Смехов променял жену на дубленку

Вениамин Смехов променял жену на дубленку

Любовь Толкалина Любовь Толкалина актриса театра и кино
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте