Александр Блок и Наталия Волохова. Снежный роман

Он пытался говорить о своих чувствах, но Волохова останавливала: «Любовь Дмитриевна была у меня на днях». — «Люба? И что она хотела?» — изумился Блок. «Вас дарила. Да только я не приняла. Простите!»
Любовь Дмитриевна Блок Радостью и отдушиной для несчастливой в браке Менделеевой стал театр: она всегда мечтала об артистической карьере Фото: akg-images/East news

Однажды Валентина Веригина полушутя поинтересовалась у подруги:

— Наташа, а ты не думаешь, что впоследствии почитатели поэта будут порицать тебя за холодность, как негодую, например, я на Амалию, что заставила страдать Гейне?

— Иногда я не верю в подлинные страдания Блока, вдруг это только литература?

— Почему мы не можем стать ближе, Наталия Николаевна? — глухо спросил ее Александр Александрович.

На мгновение стало жаль его. Временами и ей хотелось избавиться от своего безнадежного чувства к другому и она сожалела, что не в силах влюбиться в Блока.

— Зачем вы не такой, кого я могла бы полюбить! — вдруг вырвалось у нее.

— Так со мной еще никто не обращался! — изумился поэт. Он долго молчал, но потом справился с собой. — Приходите к нам завтра часа в два на сомовский сеанс, — как ни в чем не бывало продолжил он, — кажется, завтра работа будет завершена.

Художник Константин Сомов по заказу журнала «Золотое руно» создавал серию портретов писателей и поэтов-символистов. Сомов рисовал с охотой, Блок с удовольствием позировал. Сеансы проходили на Лахтинской, но художник тщательно оберегал свою работу от посторонних взглядов и решился показать ее, только когда вполне закончил.

— Портрет очень фотографичен и абсолютно точно передает ваши черты, — задумчиво проговорила Волохова, — но это не вы, а всего лишь представление художника. От этого лица веет мраморным холодом, а вы — живой.

— Это еще что, — засмеялся Блок. — Константин Андреевич хотел видеть меня испепеленным страстями и пороками, а потому намеренно перед сеансами водил по трактирам и притонам, желая добиться в модели следов истасканности и нездоровья.

— Мне не нравится, — жестко сказала она.

— Мне тоже, — грустно промолвил присутствовавший при разговоре художник.

Со временем в сомовском рисунке разочаруется и сам поэт. «А портрет мой все ругают, самые разнообразные люди, близкие и чужие, — скажет он матери. — Пожалуй, и я склонен думать, что там преувеличены некоторые черты».

Между тем в Гренадерских казармах уже который месяц продолжалось обсуждение сложившейся ситуации. Мать Блока, размышляя о Волоховой, вынужденно признала:

— Люба перед ней совершенно меркнет, несмотря на всю свою юность и прелесть. Та какого-то высшего строя. Но ведь, кажется, по-прежнему холодна. Не оттого ли он такой злой?

— Насколько могу понять, он безумствует, а она не любит, хотя и видятся они беспрестанно, — покачала головой тетка. — При этом он говорит «влюбленность — не есть любовь, а я очень люблю Любу». Вот поди разберись.

— Люба ведет себя выше всяческих похвал, бодра, не упрекает и не жалуется. Она присмирела и стала ласкова и доверчива со мной. Иногда только говорит, глядя в зеркало: «Ведь какая я рожа! До чего я подурнела». Жалко ее до слез, — покачала головой Александра Андреевна.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в



Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Вячеслав Воскресенский. Возвращение Финиста

Вячеслав Воскресенский. Возвращение Финиста



Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте
Леонид Ярмольник Леонид Ярмольник актер, режиссер, телеведущий, продюсер
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй