Галина Стаханова. Мечты сбываются?

Мы с Роланом оказались очень разными. Никак у меня не получалось подстроиться под сумбурную жизнь...
Евгений Александрович пригласил сниматься в свой фильм «Детский сад». Сценарий написал на основе воспоминаний о ранних годах, проведенных под Иркутском Фото: МОСФИЛЬМ-ИНФО

Незадолго до расставания с Роланом я серьезно заболела. Началось все с того, что он сам лежал в больнице — уже не помню, что стряслось, — и я пришла проведать, пирожков напекла. Решили прогуляться. Побродили по больничному парку, уселись под кустиками. Под ними, по сути дела, и распрощались. Хотя в тот момент об этом не догадывались. Стояла осень, и я на сырой земле сильно простудилась. Начался жуткий радикулит, разогнуться не могла. Прописали уколы, а медсестра, которая ходила их делать, оказалась нерадивой, плохо шприцы обработала — одноразовых еще не придумали — и занесла в кровь инфекцию. Начался сепсис, потом еще и воспаление легких подхватила. С температурой под сорок, почти без сознания меня забрали в больницу.

Ролан, конечно, приходил, приносил фрукты. Но мне как-то не до него тогда было. Все силы уходили на то, чтобы просто дышать, какая уж тут любовь. Ко всему прочему, как выяснилось уже в больнице, я была от Быкова беременна. Но ребенка после всех диагнозов сохранить не удалось. Слава богу, сама выжила. В какой-то момент меня перевели в палату, которую пациенты между собой называли «смертной»: оттуда дорога вела только на кладбище. Но я отчаянно, зубами цеплялась за жизнь. Каждый день на обходе лежала и шелестела: «Уберите меня из этой палаты. Я жить буду».

Упрямство и спасло. И еще, наверное, редкая четвертая группа крови: для переливания мне подходят все группы. А кровь в меня вливали литрами. Однажды ночью вдруг увидела: угол, который в русских избах называют передним — тот, где иконы, — в нашей палате светится. А у меня на груди будто лежит огромный крест. Страшно мне стало до ужаса. Чувствую, крест этот на меня давит, дышать не дает. «Ну все, — думаю, — пришел мой час». Только крест вдруг пропал, как растаял в воздухе. И стало легко-легко. А уже через день я пошла на поправку. Помню, выползла из палаты, по стеночке дошла до туалета. На обратном пути увидела весы. Дай, думаю, взвешусь. Встала на них и ужаснулась: тридцать пять килограммов. Это при моем-то росте! Но как только чуть полегчало, начала упрашивать врачей, чтобы скорее выписывали. До Нового года оставались считаные дни, а мне казалось, что если останусь в этой больнице в новогоднюю ночь, потом уже никогда из нее не выйду. Доктора говорили, что я сумасшедшая, но так уперлась, что они сдались. За мной приехала мама, привезла искусственную шубу — тогда носили огромные, мохнатые. Я ее надела и чуть не рухнула, настолько была слаба. Но Новый год мы с мамой встретили дома.

А роман с Роланом на этом сам собой закончился. В последний раз, как и в первый, мы виделись в ДК МГУ на каком-то мероприятии, посвященном юбилею Студенческого театра. Он был уже болен, но все равно курил. Поговорили мы тогда очень тепло. Я была с дочкой, познакомила их. Быков с Машей даже сфотографировался.

— Кто стал отцом вашей дочери?

— Я этого человека никогда не вспоминаю. Хотя за Машу ему спасибо. Дочь у меня замечательная. Рожала я для себя. Опять же мама поддерживала: «Давай, Галка. Тебе уже за тридцать. Останешься на старости лет одна». В те годы на матерей-одиночек смотрели косо, но я все-таки решилась.

Конечно, пришлось тяжело. Спасибо мама помогала. Но самое интересное, что после рождения Маши у меня стало налаживаться с актерством. Работала тогда костюмером в ДК МГУ. Пока сидела в декрете, к нам в театр пришел Роман Григорьевич Виктюк. А как вышла, он поставил новую, еще никем не игранную пьесу Людмилы Петрушевской «Уроки музыки», дал мне в ней роль. Успех у спектакля был ошеломительным, кто только не приходил на нас смотреть. И меня заметили.

Я считаю Виктюка своим крестным отцом. Роли, которые у него сыграла, все любимые. Надеюсь еще не раз с ним поработать. Кстати, когда-то он мне обещал роль... Надежды Константиновны Крупской. На театр начались гонения за слишком острые спектакли, и Виктюк заявил: «Надо, наверное, поставить пьесу про Ленина, тогда отстанут. Ты, Галюня, будешь Крупской». Потом, правда, передумал, забрал всех нас и отвел в Театр-студию ДК «Москворечье», где поставил один из моих любимых спектаклей «Девочки, к вам пришел ваш мальчик». Тоже по Петрушевской. И потом Виктюк меня еще не раз к себе приглашал — и в картину «Долгая память», и в антрепризу «Запах легкого загара». Ох, сколько же для меня этот замечательный человек сделал и как я ему благодарна! Когда начали расселять коммуналку в Среднем Кисловском, нам дали квартиру в Ясенево. Ее предстояло отремонтировать. Помог. Забегая вперед: в 1998 году мама умерла, а я как раз осталась без работы. Даже на похороны денег не было. Позвонила Виктюку, в ответ сразу услышала: «Галюня! Быстро ко мне!»

Фильмы со звездами:

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в



Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Прощай, Бранджелина!

Прощай, Бранджелина!



Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте
Тутта Ларсен Тутта Ларсен журналист, телеведущая, радиоведущая
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй