Александр Жулин. История моей любви

«Я терял семью, казалось, земля уходит из-под ног. Ощущал себя жалким, смешным, нелепым...»

Хочу кататься с Таней и чтобы ты был нашим тренером. Извини, тогда нехорошо получилось, но это было не мое решение. Я все осознал, сколько скажешь — столько буду работать.

— Сейчас я передам трубку Тане, скажи ей об этом сам.

Таня выслушала.

— Не готова пока ответить, Рома. Ведь только что родилась Сашенька.

И у меня не было однозначного отношения к этому предложению:

— Подумай как следует, не торопись. Мы так хорошо живем. Опять начнутся нагрузки, нервотрепка. Тебе это надо?

— Сама не знаю, — вздохнула Таня.

Прошло еще несколько дней. Я наблюдал за женой — у нее было сосредоточенное и немного грустное лицо. Она все больше молчала, было видно, что Таня о чем-то напряженно думает. И я понял, что просто обязан ей сказать: «Знаешь, ребенок ребенком, но ведь ты не сможешь себе простить, что не вернулась в большой спорт. Локти станешь кусать, если не окажешься на следующем олимпий­ском льду».

Таня взглянула мне в глаза, и я понял, что попал в точку. Мы приняли решение возвращаться.

«Приезжай», — сказали Роме.

Потом позвонили президенту Федерации фигурного катания Валентину Николаевичу Писееву.

— Да вы что там, озверели, что ли?! — зарычал он в трубку.

— Пара есть: Семенович—Костомаров. Нет! Не хочу!

Тогда трубку взяла Таня:

— Валентин Николаевич, я вас никогда не подводила и не подведу. Все будет хорошо.

— Ладно, работайте, там посмотрим, — буркнул Писеев и повесил трубку.

Вроде и добро не дал, но и не запретил.

И Таня с Ромой вышли на лед. Я к тому времени тренировал очень хорошую американскую пару Наоми Ланг — Петр Чернышев. На их фоне Таня первое время смотрелась как «бомбовоз» — весила она после родов килограммов шестьдесят с лишним, а ее обычный вес — пятьдесят два!

Лиза и Марат нередко составляли нам компанию на светских мероприятиях Лиза и Марат нередко составляли нам компанию на светских мероприятиях Фото: PersonaStars.com

— Ну, что скажешь? — подъехала ко мне жена на первой же тренировке.

— Не знаю. Тяжело вам придется.

— А кто говорил, что будет легко? — воскликнула Таня. — Не спеши, через пару месяцев увидишь. Мы всех порвем!

Рома тоже не думал идти на попятный, он в этом смысле золотой человек: если взялся за гуж — будет тянуть. И Танин характер Костомаров знал: обещала похудеть — значит сделает. Ей было безумно тяжело: две тренировки в день, бессонные ночи с маленьким ребенком, строгая диета, но она выдержала.

С этого момента отсчитываются семь трудных, но счаст­ливых лет моей тренерской карьеры. Огромное удовольствие тренировать людей, которые знают, чего хотят.

Наша троица работала четко и самоотверженно. Тане нравилось сначала в теории разобрать программу, а потом прокатать ее. Рома, наоборот, считал, что надо сразу кататься, исправляя ошибки по ходу дела. Характеры у обоих — не дай бог, и мне порой приходилось быть буфером. Но даже если ребята ссорились, то через минуту брались за руки и катались дальше, пусть даже не проронив ни слова. Я же старался, чтобы никто из них не зазнался, почувствовав свое превосходство. Дей­ствовал и кнутом, и пряником. Роме тренироваться в Америке было психологически сложнее: он оказался тут совсем один, без семьи. Поэтому я чаще вставал на его сторону. Таню это не раз доводило до слез.

— Что ты делаешь?! — не понимала она. — Тебе Рома дороже, чем я?

— Потерпи, так надо, — успо­каивал я. — Если зачморю Рому, он потеряет интерес к работе и в итоге мы увидим классную Навку и никакого Костомарова.

Тане было трудно, но она смирилась с такой моей позицией. Положа руку на сердце, скажу, что именно Татьяна была стержнем нашей троицы. Ей все время было мало, хотелось чего-то большего и лучшего. Она двигала нас вперед и вперед.

В итоге пара Навка—Костомаров начала побеждать на чемпионатах Европы и мира. Наивысшим подъемом стали Олимпийские игры, которые мы выиграли в тяжелой борьбе. В Турине никто не хотел, чтобы русским доставалась третья золотая медаль в фигурном катании. После обязательного танца мы были только вторые. Но потом начался «камнепад» — все пары упали.

А мои стояли. И выстояли!

Конечно, жену тренировать трудно. Но плюсы в таком тандеме тоже есть. Мы могли и дома обсуждать программу, находить правильное решение. По натуре я взрывной и упрямый. «Только эта музыка будет на программе и никакая другая», — уперся и с места не сдвинешь. Таня обладала удивительной способностью меня утихомиривать. Погладит по голове, промурлычит как кошечка, и я уже успокоился. Со временем я даже научился извиняться, если чув­ствовал, что неправ.

Перед самой Олимпиадой конфликтов в команде стало больше, чувствовалось, что цель близка как никогда, и нер­вы были напряжены до предела. Я в свое время проиграл Олимпиаду и понял, что это не конец света, жизнь продолжается. Поэтому в процессе тренировок не уставал повторять Тане: «Даже если ты не выиграешь, ничего страшного не случится.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в


Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Влад Топалов. Дыхание любви

Влад Топалов. Дыхание любви



Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте
Никита Михалков Никита Михалков актер, кинорежиссер, сценарист, продюсер
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй