Таисия Повалий. Вольная птица

«Я боялась выйти на улицу. Жизнь превратилась в кошмар. А ведь недавно мы строили планы на будущее и не предполагали, как все повернется».

И за ребенком их присматривали, и ездили в гости к их родителям.

На следующее лето подруга пригласила нас к родственникам мужа, и мы отправились с Володей в Крым на каникулы. Там все и произошло.

Когда вернулись, я объявила, что выхожу замуж. Крышу у меня снесло напрочь, мама уже ничего не могла сделать. Только горевала: «Как же так? Ты же обещала. У нас были совсем другие планы». А я рассказывала, какой Володя замечательный, какая у него хорошая семья. Родители интеллигентные, любят музыку.

Володин отец, Иван Федорович, был инженером, но при этом — страстным меломаном. Бывало, поставит пластинку с какой-нибудь оперой, глаза закроет и блаженствует со счастливой улыбкой на лице.

Жил он по режиму, раз и навсегда заведенному, очень себя берег. В семье не отмечали никаких праздников. Каждый день отец вставал в шесть утра, делал зарядку, ел один и тот же завтрак. Обедал и ужинал по часам, никогда не пил, не курил. И умер совершенно здоровым. И абсолютно безумным. Мой свекор воевал, партизанил, и под конец жизни ему стало казаться, что он опять скрывается в лесах.

Его жена, Ангелина Владимировна, во всем поддерживала мужа, она его очень любила. Тоже всю жизнь проработала инженером. Володины родители были тружениками, но уж слишком «правильными». Моя мама тогда вкалывала рабочей на крупзаводе. А там все воровали крупу — время-то голодное было. Шили специальные двухслойные штаны и засыпали в них дефицитную гречку.

У Лихуты всегда была продюсерская жилка. Мы очень вовремя встретились — и в человеческом, и в профессиональном плане   У Лихуты всегда была продюсерская жилка. Мы очень вовремя встретились — и в человеческом, и в профессиональном плане  Фото: Фото из архива Т. Повалий

Мама рассказывала, как они боялись идти через проходную. Каждый раз переживали жуткий стресс. Собирались все вместе и шли толпой, но все равно тряслись от страха, что штаны порвутся и оттуда посыплется крупа. Сейчас мама звонит подругам, до сих пор работающим на заводе, и спрашивает:

— А вы ще выносите гречку?

— Да, мы вже в сумках выносим.

Никто не боится, у нас же демократия.

Так вот, когда мы поженились, мама возила нам продукты со своего огорода — картошку, лук, морковку, свеклу. А однажды положила к овощам полмешка гречки. И свекор мой покойный, Иван Федорович, сказал: «Нина Даниловна, я в милицию заявлю, что вы воруете. Я вас посажу!» Он не хотел войти в мамино положение, понять, что не от хорошей жизни гречку она таскает, а чтобы прокормиться.

Я с трудом замяла скандал.

Володя маме нравился: он не пил, не курил и был взрослый, ему можно было дочку доверить. И его родители хорошо меня встретили. Обрадовались, что сын женится. А меня поразил их дом. Он был старый, двухэтажный, всего на восемь квартир. Лестница трещала, того и гляди обвалится. У Володиной семьи была крошечная трехкомнатная квартирка общей площадью тридцать три квадратных метра, заставленная какой-то рухлядью. Я удивилась тому, как люди живут, и не где-нибудь в захолустье, а в Киеве, в Святошино. До центра на машине — десять минут.

Когда мы поженились, Володя как раз окончил училище, устроился в Киевконцерт и стал ездить на гастроли.

А я вскоре родила Дениса и сидела дома с ребенком. Набрала вес после родов и пыталась похудеть. Безумно ревновала мужа к артисткам, с которыми он работал. Так боялась, что муж меня бросит, что каждое утро стала бегать и делать гимнастику, хотя по натуре — человек не спортивный.

Володины родители гордились тем, что никогда друг другу не изменяли. «Ванечка — мой первый и последний мужчина, — говорила Ангелина Владимировна, — и он никогда ни на кого, кроме меня, не смотрел». Мне очень нравилось, как они друг к другу относятся. Но свекровь моя — очень жесткая женщина, и она всегда была в семье главной. Иван Федорович называл ее «моя генеральша». Первое время она и меня всему учила. Увидит, что подметаю полы, подойдет, возьмет веник и показывает: — Мети вот так.

Ты не обижаешься? Я просто хочу, чтобы ты все делала правильно.

Я отвечала:

— Нет-нет, конечно, не обижаюсь, показывайте, как надо.

Когда она что-то готовила на кухне, Иван Федорович мне говорил: «Иди поучись, она такая хозяйка, каких больше нет». А мою стряпню никогда не ел. Мне хотелось порадовать мужа чем-нибудь вкусненьким, но готовить было бессмысленно. В доме — одна хозяйка, я, в лучшем случае, ученица.

Надо отдать должное Ангелине Владимировне: если бы не ее забота, я, возможно, и не родила бы сына. Она следила за моей диетой, самочувствием, таскала по врачам. Беременность была тяжелой, с жутким токсикозом.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в


Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

МакSим. Лучшая ночь

МакSим. Лучшая ночь

Дита фон Тиз (Dita von Teese) Дита фон Тиз (Dita von Teese) актриса, фотомодель
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте