Харви Вайнштейн: непотопляемый

Джулия Робертс отказывается сниматься во «Влюбленном Шекспире»? Значит, пусть посидит без работы!
И Голливуд, и независимое кино — это вовсе не «фабрика грез», а самая настоящая коррида, только без правил, нервы здесь вырывают друг другу с мясом. Харви Вайшнштейнс Анной Винтур, Нью-Йорк И Голливуд, и независимое кино — это вовсе не «фабрика грез», а самая настоящая коррида, только без правил, нервы здесь вырывают друг другу с мясом. Харви Вайшнштейнс Анной Винтур, Нью-Йорк Фото: Getty Images/Fotobank

Я уже договорился в Буффало, вот бумаги, — и две дюжие ручищи сунули под нос Маккартни документы.

Черт знает, как Харви тогда окрутил Пола. То ли тот был сентиментален, то ли почувствовал нечто такое в просителе, что счел за лучшее уступить. Про себя-то Харви знал: он возьмет Пола если не этим приемом, так другим — одним словом, просто не уйдет без согласия на концерт. Это теперь они с Маккартни друзья, и пару лет назад на одной из вечеринок сам Пол рассказывал об этом случае изумленной Джорджине: «Я вдруг почувствовал себя прямо-таки в пасти льва и не мог позволить ему сомкнуть челюсти». Джо с тех пор зовет его Львом — это домашнее прозвище Харви.

На том давнем концерте Маккартни в первом ряду сидел их отец Макс Вайнштейн. Впервые в жизни Харви видел своего вечно озабоченного, понурого родителя в таком возбуждении: тот подпевал в голос, подпрыгивал на стуле, закрыв глаза, раскачивался в такт музыке, а когда все закончилось, чуть не задушил сына в объятиях. Кто же знал, что Макс Вайнштейн всегда мечтал заниматься музыкой, ненавидел алмазы и просто принес себя в жертву семейному долгу?

— Делай только то, к чему лежит душа, Харви, не разменивайся по мелочам, я уже говорил тебе! — повторил Макс.

Как несправедливо, что отец умер от сердечного приступа, когда Харви было всего 24, и не успел увидеть, что сыновья выполнили его завет на все сто.

Про себя Харви давно твердо решил, что будет заниматься только кино, а не музыкой, — душа у него лежит прежде всего к кино. Какая-то добрая фея сунула ему в дар в колыбель это удивительное чутье, помогавшее безошибочно оценивать фильм уже по первым кадрам. Но на сотни километров вокруг не было ни одного киношника, по крайней мере Харви никого не знал. Каким-то образом однажды он раздобыл заветный телефончик самого Джулиана Шлоссберга. Если уж быть до конца откровенным, он поначалу понятия не имел, кто это такой. Знакомый знакомого Харви просветил, что это вице-президент самой могущественной голливудской студии Paramount Pictures, который отвечает за восточное отделение киноиндустрии и живет в Нью-Йорке. Харви, не долго думая, набрал его номер: — Вы должны взять меня ассистентом, потому что вам нужен именно такой человек, как я.

Мне известно, что ваши дела сейчас не блестящи, а я смогу вам помочь!

— Да кто вы такой, молодой человек? Чем занимались? Пришлите мне свое резюме!

Резюме Харви состряпал в десять минут, наврав там абсолютно все — с первой до последней буквы. Он написал, между прочим, что работал ассистентом у Трюффо и Годара. Шлоссберг, естественно, в две секунды раскусил хвастуна, но Джулиана сразила свобода, с которой наглец ориентировался в том, что называется «независимым кино». Период конца 60-х — середины 70-х годов был последним золотым времечком в Голливуде. Харви просто повезло: зубры типа Paramount вовсю интересовались тогда новыми, рискованными, независимыми кинопроектами.

Однако напрасно Харви надеялся, что ему тут же доверят снимать или патронировать кинопроцесс. У Шлоссберга он стал мальчиком на побегушках, и Харви на своих двоих носился на почту, часами висел на телефоне, обеспечивая встречи и контакты босса, научился варить отличный кофе и, принося его на какое-нибудь совещание Шлоссберга, не спешил убраться восвояси, а застывал на месте, развесив уши, пока его не выгоняли. Вся его учеба свелась к короткому курсу лекций по кинобизнесу, организованному тем же Шлоссбергом в муниципалитете. Впрочем, Харви не сомневался, что и так знает все о независимом кино. Он покинул Шлоссберга, твердо усвоив две прописные истины: кино делают секс и скандал, все остальное — детали.

Две тесные комнатенки, снятые на углу Западной 56-й улицы и Бродвея в Нью-Йорке, теперь именовались офисом братьев Вайнштейн, а сами они — совладельцами компании Miramax Films, название которой получилось из сложения имен родителей — Мира и Макс. Средства наскребли, продав свою долю в фирме, организующей рок-концерты. Поначалу, разумеется, братья намеревались снимать сами. Дурацкая лента Playing for keeps o подростках оказалась дерьмовой, лучше никогда о ней и не вспоминать. Зато благодаря этому опыту Боб навсегда выкинул из головы бредятину, что он — сценарист, а Харви — великий режиссер. И братья стали покупать на фестивалях понравившееся обоим кино, особенно зарубежное, и вкладывать деньги в его раскрутку. Их первое путешествие на Каннский фестиваль в 1980 году забыть трудно. Харви думал, что таких, как они, потенциальных покупателей, там ждут с распростертыми объятиями, но Вайнштейны не смогли даже снять приличный номер в отеле!

Фильмы со звездами:

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Ксения Новикова: «Андрей превратился в чудовище»

Ксения Новикова: «Андрей превратился в чудовище»





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Кэмерон Диаз (Cameron Diaz) Кэмерон Диаз (Cameron Diaz) актриса, модель
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
+