Чего только о себе не слышала! И что за мной стоит влиятельный мужчина, и что не знаю счета деньгам, и что путешествую по свету исключительно на частных самолетах и яхтах...
— Нина, на ТВ с успехом идет проект «Три аккорда». Что и кому вы, опытная певица, хотели доказать, согласившись в нем участвовать?
— Люблю адреналин! В пору моей юности кроме конкурсов советской песни ничего особенно интересного в музыкальном мире не происходило. И то, что сейчас мы видим на экранах, — здорово!
Я болела за Сережу Минаева, буквально стала его фанаткой. Еще очень нравятся прекрасные, талантливые Ира Медведева и Нонна Гришаева — настоящие мастера!
В процессе съемок не раз слышала от людей вокруг, что у нас собралась удивительная команда — дружная, доброжелательная.
Что касается жюри, то и оно было ко мне удивительно благожелательно. Розенбаум, Новиков, Трофим — я со всеми знакома еще с девяностых и от каждого слышала: «Наконец артистка Шацкая в прайм-тайме на главном канале страны!» Даже было неловко от такого обилия любви.
— Дух соревнования многим не по нраву за то, что нередко страдает самооценка.
— Несколько лет назад я участвовала в «Голосе». Некоторые знакомые тоже спрашивали: «Тебе-то это зачем?»
Действительно, я не люблю конкурсы, поскольку результат заведомо субъективен и зависит как минимум от вкуса членов жюри.
С «Голосом» вышла другая история. Захотелось проверить саму себя: смогу ли вообще выйти на сцену наравне с молодыми, уверенными в себе, великолепными вокалистами и просто спеть романс. Сама опешила, когда поняла, что важно участие, а не победа. До «Голоса» казалось — если состязаться, то только с расчетом, чтобы стать лучшей: «Быть первой, на меньшее не согласна!»
Я приехала в Москву в 1990 году, чтобы спеть на «Ялте-91» романс на стихи Анны Ахматовой. Мне все говорили: «Ты сошла с ума? Кто тебе позволит это исполнить? Неконъюнктурно!»
И все же именно с этой песней вышла в финал. Передо мной открывались большие возможности, но поскольку достойной яркой композиции для выступления не было, а меня устраивало лишь место лидера, отказалась дальше участвовать в конкурсе.
Моими конкурентами тогда были замечательные исполнители. Гран-при получил Мурат Насыров, вторую премию — Марина Хлебникова, я же вообще закрыла для себя тему конкурсов. Но когда появился проект «Голос», друзья со всех сторон принялись убеждать принять в нем участие.
Я отказывалась, понимая, что соревноваться с новым поколением в ИХ музыке бессмысленно. Но однажды вечером телефон раскалился от звонков и сообщений.
Оказалось, что наставник «Голоса» Дима Билан дал дуэту из своей команды исполнить в эфире ахматовскую песню из моего репертуара.
Соцсети активно отреагировали именно на этот номер, и я поняла, что пришло новое поколение, готовое к восприятию романса, и что нельзя не воспользоваться шансом. Всю свою певческую жизнь слышала с разных сторон, что жанр романса — «нафталин и скука», а тут увидела неподдельный интерес молодежи к лирической песне, к настоящей поэзии.
Это было открытием для меня самой. С удивлением осознала, что хочу спеть для новой аудитории, тем более что у «Голоса» она многомиллионная. И не для того, чтобы выиграть, а чтобы быть услышанной.
В общем, решила выйти к зрителям и сказать: «Романс жив. У меня в репертуаре есть еще много того, что вам понравится! Приходите». Именно с этим посылом и отправилась на слепые прослушивания. Пройду их или нет, повернется ли ко мне кто-то из наставников, или уйду домой незамеченной — было безразлично.
Допускала, что кто-то удивится: «Ка-а-ак?! Первая исполнительница этих песен еще жива?» Таких историй масса. Люди здравствуют, а их уже списали, потому что нет эфиров.
В итоге я попала в команду к тому же Диме Билану и дошла до четвертьфинала. Это меня, честно говоря, удивило. «Голос» — не просто конкурс, а в первую очередь шоу со своими законами.
До сих пор на «Ютубе» можно найти то мое выступление, просмотров — более миллиона. В комментариях пишут: «Люблю такую музыку. Какое счастье, что высокая поэзия жива».