Дочь Буркова: «Отец видел, как я мучаюсь, и сам страдал за меня»

«Иногда папа, по натуре мягкий, застенчивый, говорил маме: «Танюрочка, мне хочется, чтобы тебя кто-нибудь обидел, а я его прямо убил бы!» Вот и у меня часто возникает желание заступиться за отца, которого уже двадцать три года нет на свете».
Дедушку я называла «папа Ваня», а бабушку — «мама Маруся», в честь нее мне, кстати, и дали имя Мария Дедушку я называла «папа Ваня», а бабушку — «мама Маруся», в честь нее мне, кстати, и дали имя Мария Фото: из личного архива М. Бурковой

Принесла этот наконечник дедушке — он расплакался… И отец тоже мог заплакать — от чего угодно: от жалости к кому-то, от обиды, от радости.

Но был он, при всей своей сентиментальности, которой пошел в папу Ваню, озорным. Играя со мной, вел себя как ребенок. Мы могли в мороз купить мороженого — отец любил крем-брюле, а я сливочно-шоколадное, — потом пойти на горку и кататься кучей-малой, руки-ноги-голова. Накатавшись вместе со мной, сам весь в снегу, папа меня отряхивал, чтобы я выглядела примерной девочкой, гулявшей с отцом, и мы шли домой. Мама, если дело происходило в Москве, смотрела на нас изумленно: «Надеюсь, вы мороженое не ели?» Мы: «Не-ет!» Но «раскалывались» быстро. Однажды мы ловили с папой мышь.

Отец что-то писал в кабинете, я у себя скорее всего сочиняла продолжение сказки Василия Шукшина, папиного товарища, «До третьих петухов». Вдруг отец зовет меня и показывает глазами вниз: по ковру шла, переваливаясь, откуда-то просочившаяся к нам мышка. Папа бросился снимать с полок и со стола все книги, которые попались под руку, и мы, ползая по полу, начали строить загон для мыши. «Тащи плед!» — кричал мне отец. Мы накинули на малюсенькую мышь огромный плед и очень веселились…

Папа проводил со мной столько времени, сколько мог, читал мне, рассказывал что-то, рисовал. Как-то, приехав навестить меня и своих родителей в Пермь, нарисовал мне цыгана, страшного, и сказал: «Веди себя хорошо, за тобой цыганский глаз теперь наблюдает». Я поверила, поскольку верила всему, что говорил отец.

В другой раз папа набросал такую картинку: он сам, длинный, сутуловатый, и рядом мама — маленькая, подтянутая, с причесочкой… Точно так они и смотрелись в жизни.

— Кто из них двоих — большой или маленькая — вел корабль вашей семьи?

— Мама всегда старалась быть рядом с отцом. Когда он решил оставить Театр имени Станиславского, она, не раздумывая, тоже оттуда ушла, хотя играла главные роли. Только это была не жертва с ее стороны, хотя больше у матери такой насыщенной работы не было, сколько она ни служила потом с отцом в других театрах. Для мамы важными были душевное состояние папы и его комфорт. Она и хозяйство вела, потому что отец у нас был, как мы его называли, «бытовая катастрофа» — кроме как пожарить яичницу и сварить кофе в турке он ничего из домашних дел не умел, и на гастроли и съемки мама с ним ездила, в общем, всячески его обихаживала.

А папа, когда с некоторых пор мать стала заниматься только семьей, всех нас содержал.

— Мама не ревновала его к другим женщинам?

— И отец ее ревновал, но она только после его смерти узнала об этом: прочитала в папином дневнике. Мать, ревнуя его, тоже молчала. Она и в молодости умная была. Однажды вернулась после спектакля в нашу комнату в актерском общежитии и увидела «картину маслом»: молодые коллеги по театру выпивают, на кровати спит отец, а рядом с ним — в дым пьяная актриса. Среди сидевших за столом были один известный актер со своей женой, которые страшно не любили мою маму. Даже писали папиным родителям в Пермь, стараясь «раскрыть им глаза» на невестку, на ее «поведение».

Г. Бурков, Ю. Никулин и В. Шукшин на съемках фильма «Они сражались за родину» Г. Бурков, Ю. Никулин и В. Шукшин на съемках фильма «Они сражались за родину» Фото: из личного архива М. Бурковой

После одного письма с дедушкой случился инсульт... Вот и теперь эти двое, завалившись в нашу комнату с приятелями и бутылкой дешевого портвейна, подстроили все так, чтобы «удивить» мою мать. А отец, выпив и задремав на кровати, даже не заметил, что рядом с ним оказалась та актриса, да и она тоже ничего не поняла. Но это мама узнала на следующий день, а тогда только почувствовала: что-то в мизансцене не так. Разбудила девушку, выпроводила ее и сказала компании, точнее, той актерской паре, которая все это устроила: «Сделали свое дело? Поздравляю».

— Папа, наверное, был вашей маме благодарен за такое отношение?

— Отец просто очень ее любил. Но это не значит, что он относился к ней с пиететом.

Наоборот, шутил над своей «Танюрочкой» не меньше, чем надо мной. Пугал ее, как ребенок. Однажды зимой родители взяли меня в подмосковный Дом творчества. Вечером, когда мама что-то делала в нашем домике, мы с отцом гуляли и подкрались к освещенному окну. Постучали по раме, мать обернулась, но в темноте нас не было видно. А мы затянули потусторонними голосами: «Отдай мой саван…» — это мы с отцом начитались сказок про упырей и вурдалаков. Мама взвизгнула: «Идиоты!» Мы же были в восторге: получилось! Или моет мать руки в ванной. А у отца в семье все ходили тихо, и он так привык. И вот папа бесшумно подошел сзади, наклонился и аккуратненько двумя пальцами взял маму за щиколотку. Визг стоял! Прибежала я, отец: «Выйди!» И маме: «Танюрочка, Танюрочка…» Понятно, что при таком папе я тоже любила пошутить и повалять дурака.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в



Новости партнеров
Написать комментарий



Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте
Валерия Ланская Валерия Ланская актриса
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй