Ирина Цывина:«С уходом Евстигнеева я осиротела»

«Чаще всего я называла его Папочка. Он был мне не только мужем, но и отцом».

Но я была уже москвичкой, играла в кино главные роли, мои портреты печатали на обложках журналов...

Кстати, с московской пропиской помог мне именно Евгений Александрович. Я оканчивала институт, и мне надо было как-то закрепиться в Москве. Помню, однажды я у него спросила: «Евгений Александрович, может, у вас есть знакомый, кто бы меня прописал за деньги…» — «Ну вообще-то я могу тебя свести с одним человеком». И действительно познакомил меня с администратором МХАТа. Молодой человек сказал: «Тысяча рублей — и я тебя прописываю на три года». Я бросилась в Минск, заняла денег и «вышла замуж». Своего «мужа» я видела два раза: когда замуж выходила и через три года, когда разводилась… А что касается разницы в возрасте…

Помню, я долго не решалась сказать ему «ты» и назвать по имени. В конце концов он это заметил: «Запомни, я не только народный артист, а еще простой и домашний, как валенки». С тех пор он стал для меня Женей… Но чаще всего я называла его Папочка. Он был мне не только мужем, но и отцом. И хотя разница в возрасте у нас с ним была колоссальная, мы любили друг друга настолько сильно, что не расставались ни на минуту. И я счастлива, что мы даже поработали вместе…

После окончания училища я показывалась во МХАТе. Через год мне дали роль Юли в спектакле «Круглый стол под абажуром» режиссера Леонида Хейфеца. В этом спектакле Евстигнеев играл моего дедушку. А главная роль была у Татьяны Лавровой. Она почему-то сразу невзлюбила меня. На первой же репетиции громко сказала: «Не могу на нее смотреть!

Ходят тут какие-то девочки, потом мемуары о нас пишут!» И вдруг она заметила, как осуждающе посмотрел на нее Евстигнеев. А глаз у Лавровой был как рентген! Евгений Александрович ничего не сказал, только опустил голову. Этого для нее было достаточно, она тут же взяла себя в руки. Мало того, постепенно я стала ей нравиться, Лаврова даже помогала мне работать над ролью, звонила, звала в гости, стала опекать. Евгений Александрович мне рассказывал, что однажды после репетиции Лаврова подошла к нему и спросила: «Женька, а тебе что, артистка Цывина нравится?» «Да я люблю ее, Тань…» — ответил он.

Но из МХАТа я ушла. Как-то вызывает меня к себе главный режиссер театра Олег Николаевич Ефремов: «Тут дело такое. Начинаем ставить «Яму» Куприна. В паре с Майоровой будешь играть.

Благодаря спектаклю «Вишневый сад» я обрела подругу Танечку Васильеву... Благодаря спектаклю «Вишневый сад» я обрела подругу Танечку Васильеву... Фото: Из архива И. Цывиной

Вы же, артистки, любите б…й играть!» А тут, как назло, Леня Трушкин предложил мне роль Ани в антрепризном спектакле «Вишневый сад». Моей партнершей будет Татьяна Васильева! И я загорелась. Наверное, я совершила ошибку — ради этого спектакля отказалась от роли во МХАТе. Евгений Александрович пытался меня отговорить: «Ну кто такой Трушкин? Приди в себя, все мечтают попасть во МХАТ, а ты уходишь». Может быть, он был прав, но зато благодаря Трушкину я обрела подругу, которую бесконечно обожаю, — Танечку Васильеву. Она меня всю жизнь поддерживает...

Когда в Лондоне Евстигнеев умер от внезапной остановки сердца, Таня подставила мне свое плечо. Она видела, как я страдаю, мучаюсь... Я вернулась с похорон, вошла в опустевшую квартиру и заперлась на ключ. Мне не хотелось никого видеть, я не ела, не пила, лежала и смотрела в окно.

Ночь, день, снова ночь, снова день…

Мне звонили подруги, советовали: «Выпей рюмку, поможет…» Но я этого не делала, помнила, как не любил Женя, когда женщины пьют. Я похудела, у меня отнимались руки, ноги, очень почему-то болело в груди, словно кто-то вырвал часть моего сердца. Чтобы избавиться от тоски, я решила выпустить книгу воспоминаний о Евстигнееве — «Артист». Нашла человека, которому в свое время Женя помог выйти из тюрьмы. И тот в благодарность дал денег на книгу...

Потом Таня все-таки насильно вытащила меня на сцену. В последний год жизни Евгений Александрович согласился играть Фирса в «Вишневом саде». В тот вечер я вышла на сцену, посмотрела в тот угол, где обычно стояла фигура его Фирса, и слезы брызнули из глаз…

А тут в стране начался кризис.

И мы с Таней остались без работы. «Вишневый сад» заглох, Васильеву уволили из Театра им. Маяковского «за нарушение трудовой дисциплины» (она в это время ездила получать в Питере, как лучшая актриса страны, премию). В «Сатириконе», куда меня принял Костя Райкин, зарплата была мизерная. И мы при полном безденежье решили сдать наши квартиры иностранцам.

Жили в Переделкине, в Доме творчества писателей. В номере Тани поселилась вся ее семья: муж, Жора Мартиросян, его мама, двое детей и репетитор Филиппа, который помогал ему готовить уроки. Спали все на полу. Дверь моего номера была напротив. Иногда кое-кто из многочисленной семьи Васильевой ночевал у меня.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Валентина Расторгуева: «Коля просто не вернулся»

Валентина Расторгуева: «Коля просто не вернулся»





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Борис Щербаков Борис Щербаков актер театра и кино
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
+