Илья Глазунов. Жестокий гений

«Глазунов звонил всю ночь. Мама не снимала трубку и не подпускала меня к телефону: «Я больше не позволю тебя мучить!»

— Да, — сказал он, не особенно в меня вглядываясь, — надо будет вас нарисовать. Оставьте номер своего телефона.

Тут художника окружили какие-то иностранцы, и он переключился на них. Нина тоже отвлеклась. Мы с мамой постояли немного и стали пробираться к выходу.

Картины Глазунова мне понравились, а он сам — нет. Живописец показался достаточно надменным и несимпатичным — каким-то одутловатым и... старым. Хотя, как потом выяснилось, ему было всего двадцать шесть. Мне на семь лет меньше.

У меня и в мыслях не было, что Глазунов действительно позвонит. Слишком вяло реагировал. И потом, если он и должен был кого-то нарисовать, то, конечно, маму, а не меня.

Я по сравнению с ней была дурнушкой, «гадким утенком». Педагоги во ВГИКе, где тогда училась, долго не могли определить мое амплуа. Говорили — слишком худая и угловатая, то ли девушка, то ли ребенок. И лицо необычное.

Тамара Макарова как-то бросила: «У Кадочниковой нос такой длинный, что протыкает экран. Как она будет сниматься?» Я чуть не заплакала, когда это услышала. И долго не могла взять в толк, почему она так зло со мной обошлась. Мы жили в одном доме, я дружила с ее племянницей. Может, у Макаровой были какие-то счеты с мамой?

Она ничего такого не рассказывала, но я замечала, что с Тамарой Федоровной у мамы очень прохладные отношения. Не знаю, какая кошка пробежала между двумя красавицами, но их пути-дорожки наверняка не раз пересекались.

В детстве я не думала, что тоже стану актрисой В детстве я не думала, что тоже стану актрисой Фото: Из архива Л. Кадочниковой

Благополучная Макарова могла вызывать у мамы только раздражение. С таким влиятельным и богатым мужем, как Герасимов, у Тамары Федоровны ни в жизни, ни в профессии не было особых проблем. А мама билась одна, без мужа растила двоих детей.

Отца — художника и режиссера-мультипликатора Валентина Кадочникова — я практически не помню. Он умер, когда мне было четыре года.

Познакомились родители во ВГИКе. Мама училась на актерском факультете, папа — на режиссерском, у Сергея Эйзенштейна. Он был его любимым учеником. Кроме нескольких мультфильмов, папа успел сделать кукол и декорации к знаменитому фильму «Золотой ключик» с Сергеем Мартинсоном в роли Дуремара.

От военной службы отца освободили по состоянию здоровья и, как многих кинематографистов, отправили в эвакуацию в Алма-Ату. А оттуда — в степь, в колхоз, на заготовку саксаула. Мы в то время с мамой, братом и бабушкой оказались в Ашхабаде и папу больше не видели. Он умер в двадцать девять лет, не выдержав непосильной работы. Эйзенштейн в некрологе написал с отчаянием: «Мы дали погибнуть одному из лучших наших товарищей». Папу похоронили где-то в степи, как сотни других бойцов трудового фронта. Найти могилу маме не удалось...

Три года мы жили в Туркмении, впроголодь. Иногда, чтобы подкормиться, ездили в пустыню «на черепах». Собирали этих иссохших животных, варили и ели черепаховый суп.

Не подозревая, что это деликатес. Настоящим лакомством тогда был хлеб. Пайку, которую получали по карточкам, бабушка делила на небольшие квадратики и выдавала нам с Вадиком как конфеты или пирожные.

В 1945 году вернулись в Москву и поселились в двухкомнатной квартире на Большой Дорогомиловской, которую маме дали от «Мосфильма». Она так и не устроила свою судьбу, мужчины ей попадались какие-то неудачные. Только с оператором и фотографом Петром Кузнецовым мама жила достаточно долго. Дядя Петя был хорошим и очень старался заменить нам отца. Особенно они сдружились с Вадиком. Кузнецов помог ему стать оператором и вообще «заразил» этой профессией. С мамой у него «не склеилось», она ушла от дяди Пети к одному не слишком удачливому артисту. Тот оказался горьким пьяницей и чудовищным эгоистом, совершенно не пригодным для брака.

Какое-то время мама тащила его на своем горбу, а потом не выдержала и прогнала.

Она была единственной кормилицей семьи и, чтобы заработать, постоянно моталась на гастроли. В детстве я мать почти не видела. Бабушка рассказывала, что маленькой вообще забывала, как она выглядит, говорила: «Мама — это тетя, которая привозит игрушки». Бабуля нас с Вадиком и растила, но большую часть времени мы были, конечно, предоставлены самим себе. Целыми днями носились во дворе, бегали на Москву-реку. Компашка была хоть куда: Саша, сын режиссера Марка Донского, Эмма, племянница Тамары Макаровой, Рита, дочка заместителя министра кинематографии, и другие дети из нашего «киношного» дома.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Загрузка...


Написать комментарий



Иван Охлобыстин Иван Охлобыстин актер, режиссер, сценарист, драматург, журналист и писатель
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.