Рене Зеллвегер: «Я делала то, о чем многие мечтают, но не могут себе позволить»

Мало кто верил, что актриса сможет так эффектно вернуться после того, как на несколько лет...
Джейн Тэйлор — специально для «7Д»
|
16 Октября 2019
Рене Зеллвегер
Фото: LEGION-MEDIA

Мало кто верил, что актриса сможет так эффектно вернуться после того, как на несколько лет добровольно покинула Голливуд и стала затворницей. Но Рене Зеллвегер открыла новую главу в своей жизни. И вернулась с триумфом.

После фильмов о Бриджет Джонс образ несчастной, неуклюжей, вечно борющейся с лишним весом и неспособной устроить свою жизнь героини полностью «перекрыл» все ее роли. И приклеился к Рене Зеллвегер, казалось, намертво. Обидно, но когда она вышла в 2016 году из добровольной ссылки и сыграла в третьем фильме о Бриджет Джонс, даже эта картина не вернула ей былую славу. Просто вытащила актрису из небытия. Но Рене продолжила бороться. И наконец добилась своего и вернулась в высший эшелон голливудских звезд.

Сегодня, в 50 лет, она может собой гордиться, сыграв в успешном сериале «Что/если» и в фильме «Джуди» — в роли легендарной актрисы Джуди Гарленд. Актерскую работу Рене уже оценили как выдающуюся и прочат ей всевозможные награды, включая номинацию на «Оскар» (у нее уже есть одна золотая статуэтка — за роль в картине «Холодная гора»). На премьере фильма на престижном кинофестивале в Торонто Зеллвегер встретили после показа самой длинной овацией за всю историю этого фестиваля. Актрисе даже пришлось сквозь слезы попросить публику прекратить аплодисменты: «Иначе у меня совсем ничего не останется от макияжа...»

В фильме Рене проживает (иначе и не скажешь) самые тяжелые месяцы в жизни Джуди Гарленд. Ее жизнь и карьера в то время, зимой 1968 года, были полностью разрушены. Без дома, без семьи, без работы, борясь с бывшим мужем за опеку над детьми, Гарленд «подсела» на алкоголь и барбитураты. И именно в это время ей неожиданно предложили серию спасительных концертов в Лондоне. Пять недель каждый вечер она должна была выходить со своим шоу на сцену известного ночного клуба. Билеты были раскуплены в мгновение ока. Правда, в какие-то вечера пагубная привычка к выпивке и таблеткам вынуждала устроителей отменять выступление. Но когда Гарленд появлялась на сцене, зрители сходили с ума.

Похоже, Рене тоже сумела наконец вернуться и вернуть все то, что принесло ей заслуженную славу и любовь. И это поистине триумфальное возвращение. Особенно если вспомнить грандиозный скандал, случившийся в 2014 году. Когда она неожиданно появилась на гламурном мероприятии — впервые после четырех лет добровольной «ссылки» — и ее не узнали. Тогда все ополчились на актрису, потому что, по мнению публики, она не имела права делать пластическую операцию. Ее лицо, привычное лицо Рене Зеллвегер, особенно ее глаза — изменились до неузнаваемости. И тогда казалось — навсегда. И хотя актриса пыталась доказать, что операций она не делала, а выглядит так всего лишь из-за того, что ей пришлось пережить, никто не верил...

«Снимаясь в роли Джуди Гарленд, я всего боялась. Боялась петь, боялась отвлечься, что-то упустить» С Финном Уиттроком в фильме «Джуди». 2019 г.
Фото: LEGION-MEDIA

Так или иначе, но сейчас Зеллвегер выглядит прекрасно. И главное — совершенно узнаваемо и невероятно естественно. Моложавая, яркая, полная сил и энергии — та же Рене, которую мы все любили, только 50-летняя. Недаром режиссер фильма «Джуди» назвал нынешнюю главу в ее жизни, по крайней мере этот год, «Ренессансом». Лучше, пожалуй, и не скажешь.

— Рене, в судьбе Джуди Гарленд и в вашей есть что-то общее. И это, наверное, многое объясняет. Знаете, иногда на вас, то есть вашу героиню, больно смотреть — до такой степени вы не перевоплотились в нее, а словно бы стали ею в реальности...

— Одна из самых замечательных вещей в этой истории то, что она не была однозначно трагической. Джуди не оставляла надежды и получала огромное удовольствие и радость от общения с публикой и от своих выступлений. Она никогда не сдавалась. Никогда и ни при каких обстоятельствах. И это никак не меняет тот печальный факт, что великая актриса и певица умерла от барбитуратов. От непреднамеренной, как выяснили эксперты, передозировки лекарств в своем съемном доме в Лондоне, где жила последние годы...

Мы не хотели, чтобы она выглядела наркоманкой. Наоборот. Ведь Джуди принимала лекарства не просто так, а потому что страдала от бессонницы. И это сводило ее с ума. Я уверена, что эта невозможность и неспособность заснуть оказали самое разрушительное воздействие на ее психику. Мне это очень понятно. Я тоже этим страдаю. Иногда в полночь отправляюсь в кинотеатр и бываю единственным зрителем в зале на таких сеансах. «Ночная сова, которая рано встает» — так я про себя говорю. Потому что надо рано вставать, когда работаешь, иногда в четыре часа утра. А я только легла в три! Ночью я чувствую прилив энергии. Мне нужно чем-то заниматься. Не могу справиться с бессонницей, но зато могу сделать что-то другое! Бывало, двигала мебель — ­переставляла — по ночам. Занималась стиркой. Это очень успокаивает: когда достаешь чистые вещи, ­перекладываешь их в сушилку, потом разбираешь и складываешь, возникает ощущение порядка. Свежесть, спокойствие, порядок — дивная терапия, иными словами...

После фильмов о Бриджет Джонс образ несчастной, неуклюжей и вечно борющейся с лишним весом героини, казалось, приклеился к Зеллвегер намертво С Колином Фертом и Патриком Демпси в фильме «Бриджет Джонс 3». 2016 г.
Фото: LEGION-MEDIA

Знаете, в нашем городке Кэти в Техасе, где я родилась, не было кинотеатра. Но у родителей была стереосистема, и пластинки Джуди Гарленд постоянно там крутились. Однажды, во время рекламной кампании первого фильма о Бриджет Джонс, я была в Токио. И в караоке-баре внезапно схватила микрофон и запела одну из ее самых знаменитых песен — Somewhere Over the Rainbow... Это, правда, был мой первый и последний опыт караоке... Смешно! А когда я была номинирована на «Оскар» за эту роль, я решила пойти в платье, почти точной копии одного из тех, в которых Джуди выступала. И с красной помадой на губах... Так что, видимо, мне не случайно досталась эта роль. Я действительно, наверное, ждала ее всю жизнь...

— Наверное, есть большая разница между этой ролью и той, что вы исполнили в фильме-мюзикле «Чикаго», за которую получили номинацию на «Оскар» в 2003 году. Хотя и там вы тоже поете и танцуете на сцене...

— Конечно. «Джуди» — особенная для меня история, очень личная. Живое исполнение. Живая аудитория. Реальный человек, который мне всегда был очень дорог. Как и миллионам людей, нескольким поколениям... Я согласилась исполнять ее песни, занималась очень долго с преподавателем вокала. С тем же, кто готовил меня к роли Рокси в «Чикаго». Правда, там другой голос, тембр, интонации, все другое. И я очень сильно боялась делать то, что делала Джуди Гарленд. Боялась петь, боялась отвлечься, что-то упустить. Поэтому, кстати, как и на съемках «Чикаго», почти не выходила из своего трейлера, мало с кем общалась. Нет, конечно, я не просила, чтобы ко мне обращались «Джуди», но хотела максимально дистанцироваться.

— Лайза Миннелли, дочь Джуди Гарленд, говорят, ополчилась на вас и создателей фильма. Написала, что не давала «санкции» на производство этой картины и с вами не встречалась. И что вся истории в фильме — это на сто процентов выдумки. Наверное, потому еще, что ей трудно представить, что кто-то может «заменить» ее мать...

— Наверное. Я не знаю. Честно, не знаю. Мне бы очень хотелось с ней поговорить... Я знаю одно: мы не пытались «изображать» Гарленд или тем более делать из нее карикатуру. Она легенда. Но в ней столько человеческого! Хочется, чтобы она выглядела по-настоящему великой, такой, какой и была, но и женщиной, а не просто легендой.

«Эта роль для меня стала настоящим наслаждением! На съемках нас всех ждали постоянные сюрпризы» С Джейн Леви в сериале «Что/если». 2019 г.
Фото: LEGION-MEDIA

— Скажите, почему вы все-таки решились на такой поступок — покинуть Голливуд почти на целых шесть лет? Это же огромный риск для сорокалетней актрисы...

— Я не чувствовала себя здоровой. И не заботилась о себе совершенно! Я сама была на самом последнем месте в своем же списке приоритетов. И я пошла к психотерапевту. Диагноз был прост: депрессия. Врач понял, что я 99 процентов своей жизни провела в качестве публичной персоны. И лишь микроскопическую ее часть — в реальности. Мне необходимо было ничего не делать какое-то время и не думать, что вот через пару недель я должна ехать туда-то и сниматься там-то. Мне нужно было пожить какое-то время от случая к случаю, без планов и обязательств, расписанных на два года вперед.

— И это никак не было связано с тем, что в предшествующие вашему добровольному изгнанию годы вам не слишком везло с ролями — в отличие от начала карьеры?

— Да. Отчасти. Мне стало невыносимо скучно. Причем я сама себя ощущала скучной. После 20 лет проживания чужих жизней мне нужно было немного вырасти самой как личности. Однажды я встретила в аэропорту свою подругу Сальму Хайек. И она поделилась со мной замечательной метафорой... Или аналогией? «Роза не может цвести круглый год. Если только она не из пластика...» Я поняла, что это означает. В том состоянии, в каком я была, нужно было притворяться, что с тобой все в порядке, и продолжать в том же духе. Ведь у нас как, у актеров? Всякий раз думаешь: а может, это и есть та самая возможность, которая больше не представится? Тот самый шанс, который выпадает лишь раз? И если отказаться, будешь потом жалеть всю жизнь... Хотя умом и понимаешь — пора, пора остановиться. И заставить себя... отдохнуть. В общем, я ни о чем не жалею. По-настоящему тяжело было примерно с год. А потом я научилась многому, в том числе получать удовольствие от жизни и от разных вещей, которых прежде просто не видела. И очень хорошо, что никто, кроме друзей и родных, ничего обо мне не знал в тот период.

С Ричардом Гиром в фильме «Чикаго». 2002 г.
Фото: LEGION-MEDIA

— Не могу не вспомнить эту безумную историю, когда в 2014 году вы внезапно появились на гламурной вечеринке — а сначала на красной дорожке — и в одночасье стали сенсацией чуть ли не во всем мире. Только о вашем преображении тогда все и писали, и говорили. Всюду публиковали фотографии Рене Зеллвегер, не похожей на себя. Мол, зачем она это сделала с собой? Все буквально под лупой разглядывали ваше лицо, глаза, пытаясь понять, как это вы могли отказаться добровольно еще и от своего «фирменного» взгляда...

— Я сначала не могла ничего понять. Мне звонили бесконечно и спрашивали, видела ли я все эти фото и комментарии, а я ничего не видела, потому что никогда такие вещи не отслеживаю и не смотрю и не читаю о себе. Ну теперь-то я знаю, что правильно делала: нельзя, не отрастив себе толстенной кожи, сталкиваться с такими вот ударами. С тем, что я должна выглядеть так, как хотят посторонние люди, — и если им не нравится, их не устраивает, значит, ты плохая. Вернее, или ты хорошая, или слабая, или настоящая. Мне кажется такой подход к пониманию и восприятию красоты очень грустным... Мне нравятся мои странности, некая экстравагантность, потому что это помогает делать то, что я хочу. И нет, я не хочу быть другой. Кем-то, не собой. Меня впервые взяли на работу, когда я была в джинсах и ковбойских сапогах, с «вороньим гнездом» на голове. И я не считаю, что мне нужно меняться — чтобы получить работу или чью-то любовь завоевать.

— Вы ведь тогда, во время своего «отпуска», жили на родине, в Техасе...

— Да, и я всегда считала именно Техас и город Остин своим домом. У меня там семья. Я училась в университете в Остине, с детства хотела быть писателем и поступила после школы на факультет журналистики. Но успела получить только диплом по литературе и языку и ударилась в актерство. Думала, что потом обязательно вернусь, доучусь, получу степень в журналистике и устроюсь на работу в самую по­пулярную газету в Техасе. Помню, в детстве всякий раз просила у Санта-Клауса одно и то же — новый блокнот и остро заточенные карандаши. Писала и стихи, и рассказы, вариантов было множество. С одной стороны, я всегда чувствовала себя южанкой, мои корни — в Техасе. Но поскольку мама родом из Норвегии, а отец — из Швейцарии, безусловно, отчасти была ребенком «европейских» родителей.

Со своим бойфрендом Дойлом Брэмхоллом II. 2017 г.
Фото: LEGION-MEDIA

— У вас всегда была довольно насыщенная личная жизнь, но вы как-то в последние годы умудряетесь ее ловко скрывать... (У Рене были романы с Джорджем Клуни, Джимом Кэрри, музыкантом Джеком Уайтом, семимесячный брак с музыкантом Кенни Чесни. Потом отношения с Брэдли Купером, после разрыва с которым актриса как раз и «ушла со сцены» в 2010 году. И в Техасе у нее начался роман тоже с музыкантом — Дойлом Брэмхоллом II, ее другом с юности. Но и с ним совсем недавно Зеллвегер рассталась, хотя и не рассказывает об этом публично. — Прим. ред.)

— Я умею вовремя скрыться и улизнуть! (Смеется.) Хотите спросить, состою ли я сейчас с кем-то в отношениях? У меня миллион отношений — самых разных! (Смеется.) Дело не в том, что я нахожу сложным иметь личную жизнь... Ничего сложного. Просто не стоит об этом говорить. Я знаю, как это скучно звучит в интервью с актрисой. Пытаетесь ее разговорить, а она молчит, и все так банально... Но что поделать — я такая. Немного тайны не помешает любой девушке, верно?

— Скажите, а вам и впрямь помог вот этот шестилетний отрыв от Голливуда? Недаром, выходит, сейчас говорят о вашем ренессансе...

— Забавно звучит. Конечно, мне стало намного лучше. Я научилась о себе заботиться. Физически. И теперь для меня эта забота стоит на первом месте. Я набралась какого-то нового опыта, чтобы колодец вновь наполнился после засухи... Но ведь я не просто бездельничала. Я много чем занималась: училась в университете, писала, в том числе сценарии, много чего еще. Я не могу находиться в состоянии полного покоя, жить в холостом, так сказать, режиме. И по-прежнему стараюсь не обращать внимания ни на какие сплетни, игнорирую их. А какой смысл вести себя иначе? Я все равно не в состоянии никому заткнуть рот, никого ни в чем разубедить. Не могу контролировать в данных ситуациях ничего. И главное, меня все это ничему новому не учит. Пустая трата энергии. Предпочитаю провести время со своими собаками, пообщаться с любимым племянником или поработать над какой-то рукописью — в свободное время.

— И все же однажды вы посчитали нужным отреагировать и объясниться — довольно резко. В ответ на «обвинения» в пластике. Я имею в виду все тот же ажиотаж, возникший вокруг вас в 2014 году...

— Да, я тогда написала статью для солидного издания. Но это не объяснение. Мне тогда показалось, что я должна это сделать. И ничего смелого в моем поступке не было. И писала я сама, лично, а не кто-то иной. Написала ровно то, что думала: «Я считаю, что это никого не касается, но я не меняла свое лицо и ничего не делала со своими глазами». Что ж, я ведь пережила и это, как и все остальное. Чего еще желать?

«Cтараюсь не обращать внимания на сплетни. Я все равно не в состоянии никому заткнуть рот, никого ни в чем разубедить. Предпочитаю просто быть счастливой»
Фото: LEGION-MEDIA

— В сериале «Что/если» вы явно пошли против своего амплуа — ваша героиня настоящая змея, роскошная, самоуверенная валькирия из Силиконовой долины. Загадочная и могущественная...

— О да, эта роль для меня стала истинным наслаждением! На съемках я каждый раз говорила и делала то, о чем многие бы мечтали, но не могли себе позволить. И для меня эта работа была вдвойне наслаждением, потому что мы очень много репетировали. А я фанат репетиций. И к тому же писалось все прямо в процессе съемок. И постоянные сюрпризы ждали всех. Хотя я в принципе не очень люблю такой подход. Но было интересно.

Я думаю, что большинство фильмов, в которых я снималась в прошлом, в наше время вряд ли могли бы появиться. Сейчас совсем другая бизнес-модель в Голливуде, в индустрии кино. Но я ничего не имею против новшеств. В конце концов, мы, актеры, всего лишь исполнители, певцы, менестрели. Играем, чтобы заработать на ужин. И сейчас это особенно очевидно. Но я счастлива, что мне по-прежнему разрешают этим заниматься.

— Я слышала, что в том уединенном месте, в пустыне фактически, где вы живете под Лос-Анджелесом, в прошлом году во время сильнейших пожаров вы едва не лишились своего собственного дома?

— К счастью, обошлось. Но пришлось эвакуироваться на неделю вместе со своими собаками. Очень интересный опыт, скажу я вам. Можно сказать, необычная игра: надо стремительно решать, что надо обязательно взять с собой из дома на случай пожара, а что можно оставить. Много ведь не возьмешь в машину. В пять утра я загрузила в свой минивэн собак и стала судорожно соображать. Вцепилась в какие-то любимые сапоги, схватила еще оставшуюся от папы пишущую машинку, на которой я в свое время печатала письма бабушке — на бумаге, сделанной из лука! Потом выгребла из ящиков письменного стола все документы, ну и все. И да, две сумки у меня заранее были собраны — как у всех, на всякий случай.

Я специально купила дом в таком месте, совсем не гламурном. Куда очень долго ехать из Голливуда из-за пробок, и нет океана рядом, — потому, в том числе, что мне это напоминает Техас. Покой, тишина и уединение. И все те практические навыки, то, чему меня научил отец, — построить забор, починить карбюратор, сделать почти любую работу по дому, если что-то сломалось, — здесь, в этом месте, очень мне пригодились. И они здесь значат что-то важное, понимаете? Я сама чиню и устраняю проблемы. Имею дело с водопроводом, канализацией, системой очистки воды, и у нас здесь почти не ловит телефон. (Улыбается.) Особый мир, по ­которому, мне кажется, все мы иногда скучаем...

Подпишись на наш канал в Telegram
Китайский гороскоп с 1 по 15 октября 2022 года
«Согласно китайской метафизике, в октябре наша планета в очередной раз приближается к очень значимым энергетическим воротам. Последний раз год Водного тигра был 60 лет назад, то есть он нес в себе все те же самые тенденции, которые мы видим в этом году», — говорит астролог Ба-Цзы Наталия Гурьянова.




Новости партнеров

популярные комментарии
#
Нравится она мне : )
#
Она и не вернулась...... хотела как лучше , а получилось..... очень жаль, что актриса так изменилась , в худшую сторону.
#
#comment#
0 / 1500



Звезды в тренде

Станислав Румянцев
актер, каскадер
Тимати
рэп/хип-хоп/R’n’B-исполнитель
Татьяна Брухунова
директор Театра эстрадных миниатюр под руководством Евгения Петросяна
Полина Гагарина
автор песен, актриса, певица