[AD]

Аркадий Райкин: неопубликованные воспоминания его брата

Брат Райкина Максим был четвертым ребенком в семье. Но именно он знал больше всех об Аркадии Исааковиче.
Записала Анжелика Пахомова
|
01 Мая 2015
Во время концерта. 1964 г. Фото: риа новости

«Гадалка сказала: «У вас была большая пропажа, и вы очень расстроились… Но не надо волноваться. Когда вернетесь в Ленинград, вам в белом носовом платке эту пропажу вернут». — «Но это же бред! — шепнул жене Аркадий. — Мы весь дом перерыли… И времени уже слишком много прошло». Но гадалка оказалась права», — записал брат Аркадия Исааковича в своих воспоминаниях.

Племянник Аркадия Исааковича — Андрей Райкин рассказывает: «Мой отец, Максим Исаакович, был четвертым ребенком в семье — после Аркадия, Беллы и Софьи. Но именно он знал больше всех о старшем брате. Ведь он не только в детстве был всегда рядом с Аркадием. Но и потом долгие годы работал с ним в Театре миниатюр. А после смерти Аркадия Исааковича стал записывать воспоминания. К сожалению, успел не очень много. Но и то, что есть, представляет огромный интерес». Действительно, в воспоминаниях, которые нам предоставил Андрей Максимович, обнаружилось множество неизвестных фактов и подробностей жизни великого артиста. «7Д» впервые публикует отрывок из этих воспоминаний.

Люди говорили: «Райкина на вас нет»

«В детстве моего старшего брата звали Арончик. Это был обыкновенный еврейский ребенок, который болел, шалил, дрался со сверстниками и доставлял родителям много хлопот. Конечно, никто не думал, что из этого сорванца в скором времени, вопреки желанию отца, вырастет знаменитейший артист. Но так было угодно судьбе, и Арончик превратился в Аркадия…

Надо сказать, характер у брата был сложный, и своими поступками он не раз приводил родителей в шоковое состояние… Однажды семилетний Аркадий решил прокатиться на поезде. Взял наших сестер, забрался с ними в товарный вагон с углем и поехал к отцу, который работал в 60 километрах от нашего Рыбинска на лесопильном заводе. Когда они добрались до проходной, оказалось, что отец уже месяц как трудится в другом месте. Аркадий с двумя ревущими девочками вернулся на железнодорожную станцию и с ужасом узнал, что поезда в Рыбинск до утра не будет. К счастью, на путях стоял небольшой паровозик.

Личный биограф Райкина рассказал, как актер провел год в тюрьме
Личный биограф Райкина рассказал, как актер провел год в тюрьме
ПОДРОБНЕЕ

Размазывая по лицу слезы, они стали упрашивать машиниста отвезти их в город. Тот пожалел детей и отвез домой. Подобных приключений у Аркадия было много… Брат любил, когда нас, детей, оставляли дома одних. Он моментально вытаскивал из шкафов вещи, переодевался то в женскую, то в мужскую одежду, и начинался настоящий театр. Во время представлений брат, бывало, хватал сестер за косы, выволакивал на балкон, бил крышкой от кастрюли по головам и, когда они визжали, на весь двор пояснял публике: «Джаз!»

После окончания школы он один год работал на Охтинском заводе, а потом ушел оттуда, так как был принят в театральный институт. Отец поступок Аркадия пережил болезненно: «Мало того, что сын не захотел работать и помочь больному отцу, так он еще задумал стать балаганщиком! Что за профессия — артист! Это же скандал, позор на мою седую голову…» Аркадию с его самолюбием было трудно выдержать такие разговоры, и он ушел из дома в общежитие… А с 1939 года, после того как Аркадий стал лауреатом Всесоюзного конкурса артистов эстрады, у брата началась другая жизнь. Члена жюри конкурса Утесова спросили: «Как ты думаешь, этот парень долго будет иметь успех?» И Леонид Осипович ответил: «Всегда!»

Аркадий Райкин  с братом и женой Руфью Аркадий Райкин (справа) с братом Максимом и женой Руфью на гастролях в Чехословакии. 1960-е гг. Фото: из архива М. Райкина

Успех Аркадия стал вызывать жгучую зависть. Однажды ему поручили вести концерт лауреатов, и возникла задумка: открывается занавес, навстречу зрителям на качелях вылетает Райкин. Только вот тросы качелей оказались подпилены. К счастью, это вовремя обнаружили. Страшно по­думать, что было бы, если бы Аркадий сел на них!

Зато в жизни сам Аркадий не боялся рисковать. Он помогал очень многим, кто оказался в беде. У нас в театре работал шофер, Сережа Гусев, он отсидел срок за то, что во время войны раненый попал в плен к немцам. Райкин его спас — он единственный не побоялся взять его на работу, и Гусев до конца жизни так и остался в нашем театре... Еще у нас прятался Саша Александровский, отец его когда-то был послом в Чехословакии, он находился в заключении, а мать была на поселении в Сибири. Какое-то время Саша пробыл у нас на даче в Подмосковье, а в августе поехал в столицу узнать правду про своего отца, где и был схвачен. Его допрашивали, пытаясь узнать, где он все это время скрывался.

«Если бы я раскрыл тайну, думаю, что участь Аркадия Исааковича была решена…» — говорил позже Саша. Он так ничего и не сказал на допросе. И тем не менее многие знали, что к брату в трудной ситуации можно обратиться. Так, актриса Зоя Федорова, выйдя из заключения, пришла на концерт Райкина. У нее не было ни денег, ни носильных вещей. И Аркадий с женой Руфью Марковной помогли ей, так же как и музыканту Эдди Рознеру, который долго выступал в костюме Райкина. Таких случаев было много.

Брат рисковал, но люди, к счастью, не предавали его. Да что там, простые граждане писали ему письма, жалуясь на свои беды, этих посланий было много тысяч. Вот в старые времена на Руси обиженные искали защиту у батюшки-царя или у губернатора, били челом, просили власти о вмешательстве, когда нарушались законы. А к кому в 40—50-е годы мог обратиться человек, когда сама власть совершала беззаконие? К Райкину! Даже было такое выражение: «Эх, Райкина на вас нет!» Тогда и отец наш, придя на концерт сына и убедившись в его таланте, смог смириться с его «несерьезной» профессией.

Наш отец, Исаак Давидович Райкин, был настоящим тружеником. Он даже никогда не бывал в отпуске — просто брал за него денежную компенсацию. Отец поступал так, не потому что не хотел отдыхать. У него была астма, давали о себе знать больное сердце и другие недуги. Каждое лето он мечтал поехать в санаторий поправить здоровье, но бюджет семьи, состоявшей из четырех детей и неработающей жены, не позволял этого сделать.

Аркадий Райкин с сыном «Аркадий всегда был элегантен. Я даже дома никогда не видел брата в халате или пижаме». Аркадий Райкин с сыном Костей. 1957 г. Фото: риа новости

Все папины родственники, в том числе и его братья, которые, как и мы, жили в Риге, занимались лесоразработками. Вот и он связал судьбу с лесом, став лесным бракёром. Правда, в поисках работы еще до революции ему пришлось переехать в Рыбинск (позже мы все перебрались в Ленинград).

Вскоре родственные связи с заграницей были искусственно прерваны, ведь любой телефонный звонок или письмо из Риги могли послужить поводом для обвинения в нелояльности к советской власти. Поэтому отец долгие годы ничего не знал о родственниках, до тех пор, пока советские войска в 1939 году не вошли в Прибалтику. И вот тогда отца разыскали рижане, позвонили по телефону и попросили приехать, так как они сохранили его старую квартиру. К большому сожалению, денег у отца лишних не было, поэтому родители решили отложить поездку до лета 1941 года. Но их мечтам не суждено было сбыться — началась война.

Мы с родителями не успели эвакуироваться из Ленинграда. А Аркадий, который был к тому времени уже известным артистом, со своей женой Руфью Марковной (близкие звали ее Ромой) организовал концертную бригаду. Они начинали свою самостоятельную жизнь с нуля. Родители ни с той, ни с другой стороны не могли им помочь. За два предвоенных года они обставили 50-метровую комнату на Греческом проспекте, купили книги, в комиссионном магазине картины, массу антикварных вещей, украсивших быт. Уезжая с концертной бригадой, Аркадий с Ромой попросили присматривать за их комнатой.

Шло время, вокруг нас умирали люди: знакомые, друзья, соседи. Из­редка Аркадию удавалось с каким-нибудь военным переправить нам небольшую посылочку. Мы продавали книги, мебель и с трудом дотянули до долгожданного лета… Как-то к отцу обратился сосед: «Один мой знакомый страшно бедствует, потерял жену и детей. Не могли бы вы ему разрешить немного пожить в пустующей комнате вашего сына?»

Закончилось это тем, что, когда мы с отцом однажды приехали на Греческий проспект, дверь в комнату открыть не удалось, оказалось, что постоялец успел сменить замок… Мы стали стучать — вышел здоровенный мужик с красной мордой… «Я отец Аркадия Райкина, это комната моего сына», — начал отец. А в ответ услышал: «Была!» — «Что это значит?» — «Была его, а стала моей…» После этих слов отцу стало плохо с сердцем.

Константин Райкин с бабушкой Мама Райкина, Лея Борисовна, с внуком Костей. 1950-е гг. Фото: из архива М. Райкина

Вскоре нас, наконец, включили в списки на эвакуацию. Когда люди выезжали из блокадного Ленинграда, всех предупреждали, что по дороге поезд будет останавливаться на разных станциях и там будут кормить. Но боже упаси съесть все, что дадут. Нужно же сначала приучить желудок к пище… И мы старались сдерживаться. Но не всем это оказалось по силам. Когда мы прибыли в Уфу, отца поместили в госпиталь. Мы ему носили обед, но он и в госпитале получал трехразовое питание… Однажды я пришел, а койки, на которой лежал отец, нет. «Где мой папа?» — «Умер… От заворота кишок».

Единственный раз Райкин ударил человека

Отец так и не узнал, что и я пошел по стопам брата. После войны я поступил в Ленинградский государственный театральный институт, а отучившись, был направлен на работу в город Грозный, в Театр имени М. Ю. Лермонтова. В 1951 году я уехал в отпуск в Москву, где жила моя жена и где в то время гастролировал Театр миниатюр Аркадия Райкина… И вдруг за два дня до премьеры артист Г. Рубин подал заявление об уходе, поставив брата в очень трудное положение…

Аркадий мне предложил заменить его: «Ты был на всех репетициях, все видел и все знаешь, выручай…» И я остался работать с Аркадием. Театр миниатюр в то время был и правда миниатюрным, в труппе всего 12 актеров. Играли один спектакль в течение года. И при этом начиная с 1939-го по 1987 год, где бы Райкин ни выступал, в зале не оставалось свободного места. Даже когда во время гастролей по Сибири из-за плохой погоды мы застряли в пути и добрались до сцены, где должны были выступать, в три часа ночи, зал был полон! Нам принесли несколько ведер воды, и мы наскоро привели себя в порядок. Но вышли на сцену — погас свет. Так зрители сбегали домой, принесли керосиновые лампы, и мы в четыре часа утра начали спектакль!

Аркадий Райкин и Максим Максимов в фильме «Люди и манекены». 1974 г. «Работать с Райкиным было нелегко — из-за его характера. По существу, театр миниатюр был театром одного актера, и каждый должен был это понимать… Даже мне Аркадий не делал поблажек. Чтобы не было двух Райкиных, я выступал под псевдонимом Максимов». Аркадий Райкин и Максим Максимов в фильме «Люди и манекены». 1974 г.

Попасть «на Райкина» было безумно трудно, и люди придумывали всевозможные способы проникновения в театр. В Днепропетровске студенты сшили несколько простыней и по ним забрались на балкон второго этажа. В другом городе зрители вытащили из стены здания театра десятка два кирпичей и сделали лаз.

А однажды в Москве, в Центральном доме культуры железнодорожников, один человек проник через чердак. Когда он появился в фойе, от него все шарахались, потому что он был весь в паутине и саже. Билетеры отвели его в кабинет директора, куда в это время по своим делам зашел брат. — «Почему вы в таком виде пришли в театр?» — поинтересовался Аркадий. «Потому что я приехал из другого города специально, чтобы побывать на вашем спектакле, но билет достать не удалось. Пришлось пробираться через крышу». Брат повел зрителя к себе в гримерную, дал ему мыло и полотенце и, когда тот привел себя в порядок, попросил посадить его на приставной стул в первый ряд…

А в Театре эстрады в Ленинграде произошел такой случай. Потолок в зрительном зале был стеклянный, разделен на квадраты. Но там шел ремонт, и некоторые стекла были вынуты. Во время спектакля зрители увидели, что прямо с потолка свешивается несколько пар ног. Поднялся хохот, и ноги исчезли… А через несколько секунд вниз посыпались осколки стекла. Оказывается, те, кто сидел наверху, испугались и побежали к выходу — по доскам, настеленным по стеклянному потолку. К счастью, никто не пострадал.

Мы гастролировали много, а брат был нездоров. Но выходил на сцену в любом состоянии. Однажды в Ленинграде во время спектакля ему стало плохо с сердцем, и дирекция вызвала неотложную помощь. Врачи приехали, уложили Аркадия на банкетку, сделали электрокардиограмму и запретили ему в этот вечер выходить на сцену. Моментально изменили весь спектакль, заменили миниатюры... Аркадий Исаакович очень расстроился. Дело в том, что в зрительном зале сидела его жена, еще не оправившаяся после тяжелейшего инсульта.

Аркадий Райкин «Решение Аркадия стать артистом отец переживал болезненно: «Что за профессия! Позор на мою седую голову…» (Аркадий Райкин в юности. 1920-е гг.) Фото: из архива М. Райкина

«Если Рома увидит, что я не выхожу на сцену, ей станет ясно, что со мной что-то произошло, — сказал брат. — Я вас прошу, разрешите мне хотя бы на три минуты выйти к публике». Врачи не решались. Не хотели брать ответственность на себя, но брат был неумолим. Выпустили его на одну минуту, но он ушел со сцены только через полчаса. И когда сделали электрокардиограмму, все ахнули. Она оказалась гораздо лучше предыдущей. Так, сценой, брат лечил больное сердце — всю жизнь.

С 1957 года мы стали ездить за границу. Сначала в соцстраны. У брата была гениальная память, и он всякий раз выступал на местном языке — венгерском, болгарском или польском… А программа была двухчасовая, текста приходилось учить много, на это уходило несколько недель.

В 1962 году Райкина пригласили на Международный фестиваль пантомимы в Западном Берлине и уже на месте сообщили: «Через три дня объявлено ваше сольное выступление!» Райкин не был готов к этому, так как приехал без театра, в сопровождении только одного актера. Но он немедленно связался с посольством и попросил прислать переводчика. В срочном порядке ему перевели монологи, интермедии и фельетоны на немецкий язык. И через три дня Аркадий выступал перед переполненным залом.

Еще в памяти остались польские гастроли. Тогда брат в первый и последний раз в жизни ударил человека. Дело было так: в Варшаве нас разместили в шикарной гостинице с трехразовым питанием. Каждый день после спектакля мы шли в ресторан, где нам подавали рыбные закуски, кофе, мороженое, шоколад…

И после этой роскоши мы переезжаем в Легницу, в штаб нашего командования, отыграть шефские концерты для военнослужащих и их семей. Нас селят в здание бывшего гестапо, где теперь располагалось советское общежитие. В каждой комнате — по четыре-шесть коек, покрытых суконными одеялами, сломанные стулья, шкафы, которые не закрывались или не открывались. Были бы мы одни — ладно. Но брат пригласил выступить с нами польских музыкантов. А тут — вода в кранах появляется только два раза в сутки, в восемь утра, когда мы еще спим, или в семь вечера, когда все на концерте… А что творилось в туалетах! Один музыкант, зайдя туда, открыл окно, желая проветрить помещение, но тут со двора раздался окрик постового: «Закрой окно! Стрелять буду».

Автопортрет Райкина, подаренный племяннику Андрею Автопортрет Райкина, подаренный племяннику Андрею Фото: Из коллекции автографов А. Райкина

Было безумно стыдно перед поляками. Таким взбешенным, как тогда, я Аркадия никогда не видел. Он вызвал к себе директора театра, поговорил с ним на повышенных тонах и в конце концов, потеряв самообладание, дал ему в ухо. Надо сказать, обстановка в Польше во время тех гастролей и так была напряженная — из-за недавних венгерских событий. Во многих польских городах тогда ввели комендантский час, по улицам разъезжали военные с автоматами, и к русским местное население относилось плохо. Порой окружающие смотрели на нас с откровенной ненавистью…

Как же я удивился, когда после первого же спектакля люди аплодировали стоя, да еще кричали: «Да здравствует польско-советская дружба!» Я сначала думал, что это кричат специально подосланные люди. Но так происходило на каждом концерте, а люди были разные. Просто благодаря Райкину «лед таял».

Только однажды, в Лондоне, брату пришлось столкнуться с холодновато-спокойным отношением к себе, но это было связано с потрясающей дисциплиной сотрудников Би-би-си, работавших с нами. Все делалось по звонку. Начался рабочий день — и все цеха одновременно приступили к своим обязанностям. А через несколько часов рабочий с молотком в руках подошел к деревянной доске, утыканной не до конца вбитыми гвоздями, и точным ударом вогнал один из них по самую шляпку. Это был сигнал, что пришло время обеденного перерыва.

Мы заканчивали репетировать миниатюру, Аркадию оставалось произнести две-три фразы. Но режиссер встал и ушел, сказав, что у него обед. Что делать, оставив репетицию, мы тоже пошли в кафе. К буфету выстроилась очередь. И, к нашему удивлению, никто не уступил Аркадию Исааковичу место! После обеда рабочий подошел к доске и вогнал в нее очередной гвоздь. Репетиция продолжилась, и Райкин произнес три недосказанные фразы. Потом был спектакль, после которого в честь Райкина и его театра был устроен прием... Наступил последний день нашего пребывания в Англии.

Автопортрет Райкина, подаренный племяннику Андрею «Так скать Андрюше от как-гритца Аркаши» — с такой надписью артист вручил свой рисунок племяннику Фото: Из коллекции автографов А. Райкина

Когда мы ехали на автобусе в аэропорт, на шоссе увидели огромную демонстрацию с шарами и транспарантами. Она двигалась в ту же сторону, что и мы, — к аэропорту. Десятки тысяч людей! Оказалось, это встречают «Битлз» с американских гастролей. Когда мы уже сидели в самолете, на взлетную полосу приземлился их самолет. Встречающие взревели от восторга. В воздух полетели шляпы, цветы, транспаранты — все, что было в руках у публики. Сила восторга была такова, что поглотила звук нашего ревущего самолета, который поднялся и взял курс на Москву…

Надо сказать, работать с Аркадием Исааковичем было нелегко — из-за его характера. По существу Театр миниатюр был театром одного актера, и каждый работающий в нем должен был это понимать… И даже мне, брату, Аркадий не делал никаких поблажек. Во всяком случае, когда мы вместе с Владимиром Ляховицким решили параллельно с театром выступать на эстраде, Аркадию это не понравилось. Он спросил: «Что вы там делаете?» — «То же самое, что и в театре». — «Сначала должны показать мне, с чем выходите на сцену. Без моего разрешения не имеете права выступать, я вам запрещаю!» Мы стали показывать ему миниатюры, и довольно часто он говорил, что с этим выступать нельзя. Кажется, это была ревность.

А в середине 70-х годов мы в очередной раз приехали на гастроли в Польшу. Аркадий в поезде заболел и приехал в нерабочем состоянии. Ляховицкий снова предложил сыграть спектакль без него, силами остальных артистов. Когда Аркадий об этом услышал, пришел в ярость: «Это все штучки Ляховицкого и моего брата! — кричал он. — Какое они имеют право! Театр Райкина не будет выступать без Райкина!» И спектакли в городе пришлось просто отменить.

Аркадий Райкин Аркадий Райкин. 1963 г. Фото: ТАСС

Райкина обвиняют в нечестности

Но все же брату была не чужда справедливость. В отличие от многих начальников, с ним можно было спорить и даже переубедить. Помню, мы обсуждали новую миниатюру — о том, как на станциях воруют спирт. «Это неинтересно, — сказал Ляховицкий. — Что у нас воруют, знают все… К большому сожалению, мы живем в стране, где нет честных людей». — «Ты хочешь сказать, что я — нечестный человек?» — спросил Райкин. — «Да…» Наступила пауза. Владимир продолжил: «Вот вы заходите с заднего входа в Елисеевский магазин к директору и покупаете рыбу, мясо, балык, апельсины и другие продукты, тогда как люди стоят в длинной очереди за колбасой по 2 рубля 20 копеек». — «Но я же плачу деньги», — возразил брат. — «И они бы заплатили. Только им такой возможности не дают. Значит, вы поступаете не совсем честно по отношению к людям. Вы, как и весь наш народ, поставлены в условия, вынуждающие вас поступать аморально». Этот разговор продолжался долго, и в конце концов брат с нами согласился.

Аркадий Райкин и фотограф Анатолий Гаранин «Конечно, Аркадий жил по советским меркам вполне обеспеченно. А вот слухи об огромном богатстве Райкина были явным преувеличением. Их специально запускали чиновники». Аркадий Райкин и фотограф Анатолий Гаранин дома у артиста. 1981 г. Фото: риа новости

Конечно, Аркадий жил по советским меркам вполне обеспеченно. К чему у него была настоящая слабость — это к хорошей, дорогой одежде. Он всегда был элегантен и шил костюмы у лучших портных Москвы, Риги и Таллина. Я даже дома никогда не видел брата в халате или пижаме. А вот слухи об огромном богатстве Райкина были явным преувеличением. Их специально запускали чиновники, в том числе тогдашний начальник Ленинградского управления культуры.

Просто после сдачи нескольких программ, которые проходили очень нервозно, Аркадий сделал «ход конем»: стал сдавать спектакли московским чиновникам… Это вызвало ярость у начальника: «Театр ленинградский, мы должны отвечать за его репертуар… А принимают спектакли москвичи!» Чиновник отомстил, испортив 60-летие брата, которое могло стать настоящим праздником для ленинградцев, — нам выделили площадку на тысячу мест, хотя желающих попасть было в несколько десятков раз больше… Райкин скромно выступал во Дворце культуры имени Первой пятилетки. Добило нас распоряжение — радио и телевидение на юбилей не пускать!

Но хуже всего то, что начальник управления и подвластные ему чиновники стали распространять про Райкина несусветные гадости. Знаю, это звучало прямо на партсобраниях. После чего ложь расползалась по стране. Однажды на гастролях в провинции ко мне подошел военный и уверенно сказал: «Тот, кто выходил на сцену, — не Райкин. Все знают, что Райкин сидит в тюрьме». — «В тюрьме? За что же, интересно?» — «За то, что переправил драгоценности в гробу матери в Израиль». Аркадий, который очень любил мать, невероятно переживал из-за глупой и злой сплетни.

Аркадий Райкин «К чему у Райкина была настоящая слабость — это к хорошей, дорогой одежде. Он шил у лучших портных Москвы, Риги и Таллина». Аркадий Райкин. 1963 г. Фото: ТАСС

Немало нашу семью нервировали и «дети лейтенанта Шмидта». Одна дама, Роза Абрамовна Биомельфельд, в замужестве Райкина, стала выдавать себя за нашу маму. В век маленькой зарплаты и дефицита это было полезно: перед Розой Абрамовной открывались двери всех баз и распределителей. Однажды она попала в больницу, где работала наша сестра Белла, она ведь врач. Когда Роза Абрамовна попыталась проделать свой трюк, позвали Беллу, которая изобличила самозванку. Но та не растерялась: «О, майн гот, вот и рожай после этого детей, трать на них силы, гробь здоровье, чтобы в конце жизни услышать такое!»

Вообще, Аркадий умел быть снисходительным к людям. Однажды у его жены дома, в Ленинграде, пропал ряд дорогих вещей: серьги, колечки и так далее. Весь дом перерыли, но ничего не нашли. Милиция тоже оказалась бессильна. Прошло полгода, Аркадий поехал на гастроли в Кишинев. Там они с женой попали в гости, где одна женщина гадала, причем все удивлялись ее точному попаданию.

Аркадий Райкин «Мы гастролировали много, а брат был нездоров. Но выходил на сцену в любом состоянии. Так, сценой, брат лечил больное сердце — всю жизнь». Аркадий Райкин. 1981 г. Фото: Белинский Юрий/ТАСС

«Можете и мне что-нибудь сказать?» — спросила Руфь Марковна. — «Могу… У вас была большая пропажа, и вы очень расстроились… Но не волнуйтесь. Когда вернетесь в Ленинград, вам в белом носовом платке эту пропажу вернут». — «Но это же бред! — вполголоса сказал Аркадий. — Мы весь дом перерыли… И времени уже слишком много прошло».

Статьи по теме

Но когда они добрались до дома, дверь им открыла домработница, татарка, которая оставалась в Ленинграде с маленьким Костей. В руках у нее был носовой платок: «Рома, — сказала она. — Твоя пропажа нашелся. На твоя кольцо, твоя серьги…» И передала вещи, которые, по ее словам, завалились в щель кресла.

Я думаю, что брат и пострадал от своей деликатности, нежелания жаловаться. В больнице Четвертого управления в Кунцеве, куда его увезли с сердечным приступом, его продержали в помещении приемного покоя на каталке, без одеяла. И брат схватил воспаление легких.

Когда, приехав к нему в больницу, я увидел его исхудалое лицо — понял, что дни его сочтены. Однако голова его работала прекрасно. Принесенные мной басни он прочитал, сделал по ним ряд замечаний…

Всё о звезде

Но мое предчувствие оказалось верным. Вскоре он умер. Но несколько дней ни газеты, ни радио, ни телевидение не сообщали о кончине Райкина. Зачем-то скрыли, где будет проходить панихида… Чего боялись чиновники? Недовольства народа? Социального взрыва? Высказываний против советской власти? Непонятно».

Фото Константина Райкина


ПОПУЛЯРНЫЕ КОММЕНТАРИИ

  • #
    <<> его любили безумно поколение 20-40гг , значить он был их и по духу и по братству, прекрасный артист!>> прекрасный душою человек в первую очередь.

  • #
    Потрясающий, харизматичный АРТИСТ! Сейчас таких нет и близко,смотреть не на что. Аркадий Исаакович помогал еще совершенно простым людям, устраивал в больницы. Светлая память!

  • #
    его любили безумно поколение 20-40гг , значить он был их и по духу и по братству, прекрасный артист!

  • #
    #comment#
  • Не удалось отправить сообщение
    Елизавета II Елизавета II королева Великобритании
    Все о звездах

    Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.


    НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

    Загрузка...


    +