— Зашла Аня, Алексей поспешил с ней обняться, а вы — нет.
— Да. Для нее это норма, дети давно привыкли, и мы это проговорили. Ну не воспиталось, что поделать. Я их обоих люблю, прям не могу. Но мне не надо их при этом обцеловывать.
Соне говорю: «Иди, я тебя поцелую, а то так нехорошо с бабушкой прощаться».
— В октябре вы с Алексеем отметили двадцатилетие совместной жизни. Какая Нина Дворжецкая в быту?
— Трудно про себя говорить. Ну какая... Характер у меня отвратительный. Я крепкая, со здоровым эгоизмом.
Я терпеть не могу конфликтных ситуаций. Видимо, это отголоски развода родителей и интерната. Ругань — «ты это, а я это...» — бессмысленная история. «Хлопки по морде» ни к чему не приводят.
С Алешей у меня, слава Богу, не получается конфликтов совершенно. А вот Женя был взрывной.
Я была ромашкой и не умела кричать. Научилась уже позже... И сейчас, когда кричит наш ректор Евгений Владимирович Князев, а я — в ответ, он удивляется: «Как ты умеешь ругаться!» Я отшучиваюсь, что у меня были хорошие учителя: «Ты да Дворжецкий, это вы научили меня защищаться». Они однокурсники, друзья. Князев был свидетелем на нашей свадьбе.
Но это большая редкость, чтобы я крикнула. И когда конфликт неизбежен, так же бывает, я ухожу в домик, как улитка, замолкаю. Мои дети боялись такого состояния. Наверняка я не права, уходя от прямого столкновения, разрешения спора, но ничего не могу с этим поделать.
— А что касается материнства, как вам кажется, самореализация, стремление к большой цели, отсутствие денег — это поводы для женщины не рожать вовсе?
— Я всем девочкам-артисткам говорю одно: «Рожай, никуда от тебя ничего не уйдет». Успех и востребованность не зависят от появления младенца, особенно сейчас. Это раньше было трудно, когда няню не найти или на большие роли не брали, зная, что у тебя маленький ребенок.
