Юрий Кузнецов. Такая обычная жизнь

«После смерти жены я перестал брать трубку, и по городу поползли слухи: Кузнецов пропал. А я просто не мог прийти в себя».
Не скажу, что нас накрыла сумасшедшая страсть. Но я отогрелся душой в ее присутствии. Мужчине ведь нужно внимание, понимание. С Ириной после венчания Не скажу, что нас накрыла сумасшедшая страсть. Но я отогрелся душой в ее присутствии. Мужчине ведь нужно внимание, понимание. С Ириной после венчания Фото: Из личного архива Ю. Кузнецова

Ведь я играл уже главных героев, и жена мною гордилась. Мы и не помышляли тогда, что Омск — не последнее место жительства семьи Кузнецовых. Однако судьба сделала новый кульбит. В один прекрасный день, когда я был на гастролях в очередном провинциальном городке, в гостинице раздался телефонный звонок. Приглашали в Ленинград на пробы в картину «Мой друг Иван Лапшин» Алексея Германа. Оказывается, меня запомнил, мотаясь в экспедиции по Сибири, второй режиссер фильма Виктор Аристов.

Это была моя первая поездка в Ленинград. Летел на самолете. Душа пела! Тем более что пробовали сразу на главную роль — Лапшина. Виктор Федорович Аристов встретил меня как родного. Репетировали два дня, в перерывах разговаривали, многое обсуждали. На третий день пришел Герман, посмотрел на меня в одном костюме, в другом.

А у меня от волнения какой-то нервный смех вдруг начался. Ну представьте: огромный и пустой павильон «Ленфильма», где только я, Герман, Аристов и оператор. Тут у любого ступор случится! Мы показали отрывок. Я даже имел наглость оператору Валерию Федосову, с которым много потом работал, замечания делать. Мне казалось, что он неправильный ракурс берет: «Я вот так встану, а вы сверху снимайте».

Снялся, вечером полетел домой, чтобы утром играть спектакль в театре. По дороге в аэропорт даже успел купить мандарины и апельсины, потому что в Омске их не было. Так с этой авоськой и сидел в самолете. И все думал о том, какой Ленинград прекрасный город и как здорово тем, кто живет среди этой красоты.

Через какое-то время пришла телеграмма, она до сих пор лежит у меня под стеклом: «Вы назначаетесь на роль начальника милиции в картине «Мой друг Иван Лапшин». Вылет тогда-то...» И точка.

Это уже потом я узнал, что худсовет утвердил меня на главную роль, а Алексей Герман уперся. Захотел взять Андрея Болтнева, который «пробовался» уже после меня. «Кузнецов может, он сыграет, — кричал Герман, — но мне нужно другое, открытое лицо. Такой герой, которому я мог бы поверить, когда он говорит: «Ничего! Мы вычистим землю и посадим сад, и сами потом в том саду еще поживем». А Кузнецов, когда произносит эти слова, неискренний. Я не верю: он говорит одно, а думает другое, у него глаза какие-то хитрые. А у Лапшина взгляд должен быть чистым и душа нараспашку!» Если честно, я совсем не расстроился.

Съемки и так стали чудом, хотя на площадке я был задействован не много. Зато появилась возможность наблюдать за Андреем Мироновым, Алексеем Жарковым, Ниной Руслановой. Я смотрел на них с почтением, тщательно маскируя свой интерес. Понимал, если буду просто стоять и глазеть, режиссер скажет: «А чего ты, собственно, здесь торчишь? Тебе сейчас надо над ролью работать». Поэтому наблюдал за коллегами, делая вид, что читаю текст. И все было чудесно, зато потом на озвучании начались проблемы.

Я никак не мог произнести четко фразу: «А генеральный штаб что думает?» Говорю ее раз, другой, время идет, все нервничают, а у меня — провал, ничего не получается. Упорно повторяю: «ГениАльный штаб что думает?» На выручку пришел оператор Федосов, который объяснил, что в кадр смотреть не нужно.

В пятьдесят лет я стал папой во второй раз. С дочкой Сашенькой В пятьдесят лет я стал папой во второй раз. С дочкой Сашенькой Фото: PhotoXpress.ru

Спасибо ему большое, а то еще чуть-чуть — и меня просто выгнали бы за профнепригодность. Остальные-то актеры уже прошли большую школу озвучки, а я этого совсем не умел.

Когда «Лапшин» вышел на экран, на меня посыпались предложения в кино: одно за другим. Я стал часто ездить в Ленинград и Москву. И был счастлив, когда меня взяли на роль майора милиции Жукова в картину «Противостояние» режиссера Семена Арановича! Не знал в то время, что получу амплуа милиционера по жизни. Наоборот, опасался стать экранным бандитом. В картине «Колье Шарлотты» так лихо сыграл рецидивиста, что съемочная группа сочувствовала: «Пропал ты, Кузнецов. После «Колье...» только уголовку будешь играть. Потому что все у тебя получилось. Да так, что смотреть на твоего Корченова страшно».

Прилетая на съемки в Ленинград, я все больше влюблялся в этот город. Где-то в глубине души мечтал перебраться сюда. И, видимо, мои чаяния были услышаны свыше. В 1986 году снимался на «Ленфильме» в картине «Прорыв». Вдруг коллеги говорят: «Юра, сходите в Театр Комедии имени Николая Акимова, вас там ждут». Я встретился с режиссером Юрием Аксеновым, и он пригласил меня на работу. Гораздо позже выяснилось, что инициатором всего этого был Олег Басилашвили, с которым я подружился на съемках «Противостояния». Ни о чем подобном я его не просил, но каким-то удивительным образом Олег Валерианович понял, как я заболел Ленинградом, как тяжело мне каждый раз уезжать отсюда. И попросил Аксенова обратить на меня внимание.

На сей раз раздумывать долго не стал. Еще бы — приглашали в театр в самом Ленинграде!

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в



Загрузка...
Новости партнеров
Написать комментарий


Читайте также

Надежда Белявская. Памяти отца

Надежда Белявская. Памяти отца

Константин Хабенский Константин Хабенский актер театра и кино
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте