Мария Аронова. Бабье счастье

«Я лежала на больничной койке и пыталась найти ответ на вопрос: «За что мне это?» Понимание пришло, когда назвала имя Актера».

У меня есть отец, а этот человек мне никто». А через час перезвонил: «Я подумал и решил, что должен поехать».

Храм был полон прихожан. «Вы тоже с батюшкой проститься? — обернулась к нам какая-то старушка. — Хороший был батюшка. Терпеливый, мудрый не по годам. Жалко, что Господь так рано его к себе призвал».

Узнать, от чего умер Влад, я могла только у его мамы. Но увидев ее, черную от горя, с запавшими глазами и потрескавшимися, как от горячки, губами, поняла: расспрашивать ни о чем не стану. Подошла, обняла и сказала: «Я очень любила вашего сына».

Потом взяла за руку Владика: «А это ваш внук».

Губы тети Вали дрогнули — то ли в попытке улыбнуться, то ли от сдерживаемых рыданий.

Когда мы возвращались домой, Влад спросил:

— А папа знает, что мы сюда ездили?

— Конечно.

— Да, ему надо было об этом сказать...

Отношения между сыном и Женей наладились сразу после того, как родилась Сима. Хотя я, если честно, боялась: вдруг сын начнет ревновать нас к малышке и отдалится, уйдет в себя окончательно и бесповоротно.

Разговор начала осторожно: — Владик, мы с папой целыми днями крутимся возле Симочки, на то, чтобы поговорить с тобой, бывает, нет и минуты.

Ты не обижаешься?

— Да ты чего, мам? — Влад вытаращил на меня и без того огромные глазищи и рассмеялся: — Да я рад как не знаю кто, что вы, наконец, нашли другой объект и не будете доставать меня своим воспитанием!

С чувством юмора у Гандрабуры-младшего всегда был полный порядок.

Симу мы ждали восемь лет. Иногда Женя робко заговаривал о том, что, может, мне стоит обратиться к врачу. Я протестовала: «Всему свое время. Вот стукнет мне тридцать два — рожу девочку».

Как-то, еще будучи студент­кой, я зашла проведать руководительницу театральной студии, в которой занималась до поступления в «Щуку».

Фото: PersonaStars.com

У Ирины Николаевны Тихоновой был гость. Помню, меня поразили его глаза — полные глубокой печали, даже скорби. На молодом, почти юном лице.

— Мой гость умеет гадать по руке, — сказала Ирина Николаевна. — Покажи ему свою ладонь.

Я спрятала руки за спину:

— Нет, спасибо, не хочу.

— Не бойся. Он плохого не скажет.

Парень мягко взял меня за локоть, вытащил из-за спины руку. С минуту смотрел на ладонь:

— У вас есть маленький сын, с отцом которого вы недавно расстались.

Я вопросительно посмотрела на Ирину Николаевну: дескать, это вы ему рассказали? Она помотала головой: «Нет!»

— А в тридцать два года вы родите девочку от мужчины, которого разглядите не сразу, но который будет вам опорой до конца жизни.

Я состроила укоризненную мину:

— Уверяли, что узнаю только хорошее, а сами... Это сколько же мне еще ждать судьбоносной встречи!

Через несколько месяцев парень, предсказавший мне судьбу, погиб в автомобильной катастрофе. Узнав об этом, я сразу вспомнила его полные скорби глаза. Видимо, он предвидел и свою скорую кончину.

В марте 2003 года мне исполнился тридцать один год, а из летнего отпуска, который мы провели на Волге, я вернулась беременной.

Женя шутил: «Выходит, в великой русской реке водятся не только лещи и щуки, но и маленькие девочки».

В роддом меня провожал Женя. Прощаясь возле дверей, которые вели из приемного в предродовое отделение, сунул в руку маленького клоуна. Смешного, с крошечными бубенчиками на концах раздвоенного колпака: «Он будет тебя охранять».

Когда начались схватки, я зажала игрушку в кулаке и не выпускала до тех пор, пока меня не увезли в родовой зал.

На следующий день новоявленному папе разрешили нас навестить. Когда медсест­ра положила Жене дочку на руки, он заплакал. Взрослый, сорокасемилетний мужик...

Детскую комнату Фомин оборудовал сам.

Бегал по магазинам и аптекам, выбирая «конверты», распашонки, чеп­чики, кремы, присыпки. И мамой для крошечной Симы тоже был он: купал, пеленал, укачивал, вскакивал ночами. А я была дурацким — неумелым и нескладным — папашей, который все делал не так: подсовывал не тот тюбик, вынимал из стопки не то полотенце, не так макал в бутылочку с зеленкой ватную палочку.

Сейчас мне забавно наблюдать, как они общаются. На равных. Вот Сима, выставив вперед выгнутую парусом ладошку, трясет ею в воздухе:

— А я тебе, папочка, говорила! Признайся, что ты был не прав!

— Нет, дорогая моя, это ты была не права!

— совершенно серьезно доказывает дочке свое Фомин.

Картина со стороны уморительная.

Когда я уезжаю на гастроли, Сима, конечно, скучает, но без папы не может прожить и дня. Бывает, идем куда-нибудь гулять втроем, дочка дергает меня за рукав:

— Пап, а пап?

— Что, сынок? — отвечаю.

Серафима заливается веселым смехом.

Владик оказался замечательным братом и очень надежной нянькой. Сам вызывался погулять с сестрой и даже изобрел особый способ укачивания, который потом переняли все молодые мамаши нашего дома: садился на качели и потихоньку раскачивался, держась за ручку коляски.

Фильмы со звездами:

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Влад Топалов. Дыхание любви

Влад Топалов. Дыхание любви





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Тутта Ларсен Тутта Ларсен журналист, телеведущая, радиоведущая
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй