Василий Ливанов. Повороты судьбы

Известный актер впервые рассказал о том, что случилось с его сыном и почему.
Фото: Павел Щелканцев

Первые три года после развода мы с Настей часто встречались. Я водил дочку в кино, в парк, на спектакли детских театров. Алина запретила нам видеться, когда узнала, что в моей новой семье родился ребенок. Мой старший сын Борис. Борька...

А в девятнадцать лет Настя пришла ко мне сама. Накануне собственной свадьбы и, как она сказала, «по зову души». Мы, заплакав, обнялись, а потом долго-долго разговаривали. И я увидел перед собой близкого не только по крови, но и по духу человека. Все-таки до семи лет мне многое удалось вложить в дочку.

Спустя полгода после встречи, последовавшей за долгой разлукой, Настя объявила:

— Папа, скоро ты будешь дедушкой.

Моя жена Лена в это время тоже ждала ребенка. И тоже мальчика. Срок у обеих примерно одинаковый. Я Настасью в шутку предупредил:

— Родишь племянника раньше, чем на свет появится дядя, — не прощу.

Она рассмеялась:

— Обещаю сделать все возможное, чтобы такого не случилось.

Обещание сдержала: мой младший сын Коля старше моего же внука Володи на целый месяц.

Рассказом о первом браке я нарушил хронологию повествования, перескочив через большой отрезок жизни, проведенный в родительском доме. А между тем там происходили удивительные события и люди там бывали уникальные — великие, легендарные личности: Василий Иванович Качалов, которого отец считал своим учителем в профессии и в честь которого был назван я, Александр Петрович Довженко, Михаил Михайлович Тарханов, Николай Константинович Черкасов, Петр Петрович Кончаловский, Валерий Павлович Чкалов, Борис Леонидович Пастернак.

О последнем — разговор особый. Его с нашей семьей связывали долгие годы дружбы.

Отец познакомился с Пастернаком в 1934 году, на первом съезде советских писателей. В конце тридцатых МХАТ собирался ставить «Гамлета», но имевшиеся варианты перевода мало подходили для сцены. В 1939 году перевод этой шекспировской пьесы закончил Пастернак. Текст понравился и отцу, и художественному руководителю театра Немировичу-Данченко, которому Борис Ливанов сразу же принес пьесу.

Владимир Иванович сказал: «Вы знакомы с автором, вам играть в спектакле главную роль — вот и поработайте вдвоем над текстом с прицелом на инсценировку». Поэт и актер взялись за дело с энтузиазмом — трудились самозабвенно, увлеченно — и за этим творческим процессом сильно сдружились. Спустя несколько лет, уже после войны, когда в издательстве «Детгиз» увидит свет новая редакция перевода, Пастернак напишет на подаренном отцу экземпляре: «Борису, с которым мы вместе варили это варево».

К сожалению, публика Бориса Ливанова в роли Гамлета так и не увидела — спектакль был запрещен «лично товарищем Сталиным». Его распоряжение было доведено до труппы, когда шла генеральная репетиция, актеры на сцене были в гриме, в костюмах...

То, что «вождь народов» относится к шекспировской пьесе с опасением, если не сказать страхом, отец понял в сороковом году — на приеме в Кремле, устроенном в честь первых лауреатов Сталинской премии.

Артист Ливанов был награжден ею за роль князя Пожарского в фильме «Минин и Пожарский».

Я столько раз слышал рассказ об этой встрече, что кажется, будто на ней присутствовал.

Сталин сам подошел к отцу и, предложив ненадолго оставить коллег-лауреатов, провел в конец зала. Они беседовали в течение часа. Время от времени Хозяин чуть поднимал руку — тут же появлялся человек с подносом, на котором стояли две наполненные коньяком рюмки. Большую официант ставил перед отцом, маленькую — перед Сталиным.

Кадр из фильма «Неотправленное письмо». После его премьеры Алина Энгельгардт ушла от мужа ко мне Кадр из фильма «Неотправленное письмо». После его премьеры Алина Энгельгардт ушла от мужа ко мне Фото: Russian Look

Они выпивали и возвращались к разговору. Много говорили именно о «Гамлете». Иосиф Виссарионович расспрашивал о трактовке пьесы режиссером, о том, каким отец видит своего героя: сильным или слабым? А безумие? Гамлет так до конца и притворяется безумным или на самом деле сходит с ума?

Прошло минут сорок после начала беседы, когда отец ощутил на своем плече чью-то тяжелую руку. Обернулся. Железная длань принадлежала человеку, который все это время безмолвно стоял у Ливанова за спиной. «Товарищ, мы вам мешаем?» — спросил Сталин чекиста, решившего, видимо, что отец злоупотребляет вниманием и временем вождя. Реакции «товарища» отец не видел — когда оглянулся, того уже не было. Как говорится, «след простыл».

Когда аудиенция была окончена, Сталин и Ливанов подошли к столу, за которым сидели актеры.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Мария Берсенева: «Я без тебя не могу»

Мария Берсенева: «Я без тебя не могу»





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Жан-Клод Ван Дамм (Jean-Claude Van Damme) Жан-Клод Ван Дамм (Jean-Claude Van Damme) Актер, режиссер, сценарист, каратист
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
+