Лариса Долина: «Теперь могу носить короткие юбки и узкие платья»

«У нас с дочкой долгое время было много разногласий. Лина могла неделю мне не звонить и не писать....
Павел Соседов
|
21 Июля 2021
Лариса Долина. Фото Лариса Долина Фото: Филипп Гончаров

«У нас с дочкой долгое время было много разногласий. Лина могла неделю мне не звонить и не писать. И тогда я сама разыскивала ее через подружек. Объясняла: «Я не пытаюсь тебя контролировать, мне только нужно, чтобы ты написала несколько слов: «Мама, я жива, здорова». Но этого не происходило. А когда родилась Саша, отношения сразу стали очень теплыми и сердечными», — рассказывает певица.

— Лариса Александровна, в нынешнем — юбилейном для вас — году вы преобразились. Выглядите потрясающе! Это правда, что вы не просто придерживались интервального режима питания, но и ужесточили его? И вместо положенных 16 часов перерыва в еде выдерживали 18?

— Да. Иначе не получилось бы достичь результата. У меня очень слабый метаболизм. Как я иногда шучу: мне достаточно посмотреть на еду, чтобы набрать 500 граммов. В прошлом году я вернулась из Сочи, где отдыхала с моими девочками (дочкой Ангелиной и внучкой Сашей. — Прим. ред.), сильно поправившейся. В пандемийный год расслабилась без работы, дошла до 78 килограммов. Нужны были жесткие меры. И в конце августа я пошла на прием к специалисту, сдала кровь. На основе компьютерного анализа биохимических показателей для меня составили два списка: красный — продукты, которые категорически нельзя есть, и зеленый — которые можно и нужно. Я стала питаться согласно этим спискам и даже без интервального голодания начала худеть. Но мне этого показалось мало, и я перешла на особый жесткий режим питания. Похудела на 23 килограмма. Планирую и дальше держать достигнутый вес — 55 килограммов.

— Помимо того что вы преобразились физически, вы еще и сменили имидж.

— Потому и сменила, что похудела. Теперь могу носить короткие юбки, узкие платья, которые люблю, но не всегда могла себе позволить. Шесть лет назад меня познакомили с великолепным дизайнером Гогой Никабадзе, и с тех пор мы сотрудничаем и дружим. Все те годы, пока я была в неприглядном для себя весе, он безошибочно угадывал с размерами и фасонами нарядов. Сначала Гога помогал мне скрыть недостатки фигуры, теперь помогает подчеркнуть достоинства. Все костюмы, которые вы видите в этой фотосессии, создал он. Гога настоящий мастер — его вкусу я доверяю абсолютно. Много потрясающей одежды и для сцены, и для жизни, не только для меня, но и для моих девочек, было им создано за эти годы. В нарядах от Гоги Никабадзе я вышла и на сцену «Крокус Сити Холла» 25 апреля в своем юбилейном концерте под названием «Портфолио». Сейчас заканчивается монтаж видеоверсии, и 11 сентября концерт покажут на НТВ.

— Лариса Александровна, вы человек волевой. А умеете ли идти на компромиссы?

— Чтобы семейные отношения сложились, женщина должна быть гибкой. Мне самой этому тоже пришлось учиться. Не нравится мужчине то, что ты сказала или сделала, промолчи, не лезь на рожон. Он потом сам поймет, что не прав. Важно быть мягкой, женственной и следить за тем, чтобы необдуманным словом не обидеть любимого. А вообще, словом легко ранить любого человека, не только близкого, поэтому я и подчеркиваю: «Всегда, прежде чем сказать, думайте». Тем более если это касается семьи.

Лариса Долина «В пандемийный год расслабилась без работы, дошла до 78 килограммов. Нужны были жесткие меры. Похудела на 23 килограмма. Планирую и дальше держать достигнутый вес — 55 килограммов» Стиль: Гога Никабадзе Одежда: GOGA NIKABADZE Фото: Филипп Гончаров

— А в творчестве компромисс возможен?

— В советское время мне было жизненно необходимо идти на компромиссы в репертуаре. Меня ведь не пускали в эфир, вырезали отовсюду, даже размагничивали записи. И для того, чтобы хоть как-то о себе заявить, приходилось петь песни, которые нравились не мне, а начальнику. Но я заставляла себя эти песни полюбить. Когда-то такой совет мне дали старшие, более опытные товарищи. А теперь я своим студентам говорю: что бы ты ни взялся исполнять — это необходимо полюбить. Иначе зритель увидит и услышит фальшь.

— А кто в то время на советской эстраде был для вас старшим товарищем? Кобзон?

— И он в том числе, конечно. Но в основном я говорю о музыкальных редакторах Всесоюзного радио. Одна из них — Диана Берлин. Она буквально стала мне мамой, когда я приехала в Москву. Берлин учила меня всему. И главное — смотреть на себя со стороны. Именно благодаря ей я начала сравнивать свою речь с речью москвичей и услышала свой жуткий одесский акцент. Постепенно преодолела разницу… Диана Берлин мне очень помогала, и мы дружим семьями по сей день. Ее дочь Лиля Виноградова пишет чудесные стихи, на основе которых возникают лучшие мои песни. Например, «Улыбайся мне», «Мороз по коже». С Игорем Крутым мы сейчас записали песню на стихи Лили «Я люблю», премьера состоится в этом году на «Новой волне».

— Вы пришли на телевидение в эпоху Лапина (Сергей Лапин — многолетний председатель Гостелерадио СССР. — Прим. ред.). Очень неоднозначная и сложная была личность…

— Да, к сожалению. И именно он, известный антисемит, вершил судьбы артистов… Впервые увидев меня в эфире, распорядился: «Эту еврейку убрать!» И все. Меня отовсюду стали вырезать. Первый раз мое выступление оставили в эфире только в 1983 году — я участвовала в программе «Новогодний аттракцион в Московском цирке», которую вели Алла Пугачева и Игорь Кио. Это был симбиоз двух видов искусства, когда эстрадные музыкальные номера сопровождались номерами цирковыми. На свой страх и риск Володя Давыденко, тогда главный музыкальный редактор Центрального телевидения, снял меня в этой программе. Я пела песню Валерия Севастьянова и Алексея Римицана «Затяжной прыжок», а гимнастка из-под купола цирка прыгала в бассейн. Камера следила в основном за ней, а по мне скользнула лишь пару раз. Но все же это был прорыв — номер вышел в эфир!

Правда, вскоре возникла новая проб­лема: министр культуры издал указ, по которому иногородним артистам запрещалось работать в московских концертных организациях. Уволили

Лариса Долина «На протяжении месяца музыканты каждый день ходили на разговор к моим родителям как на работу. И в итоге папа с мамой сдались. Договорились, что я буду приезжать в ресторан, петь одно отделение и получать за это пять рублей — по тем временам немалые деньги» Стиль: Гога Никабадзе Одежда: GOGA NIKABADZE Фото: Филипп Гончаров

280 человек, в том числе и меня. С грудным ребенком на руках — а у меня только родилась дочка Лина — я уехала в Ленинград. Поселились мы в комнате у родителей отца моей дочери, через перегородку. Жили очень трудно и бедно — еле-еле сводили концы с концами. Примерно через полгода в свой эстрадно-симфонический оркестр меня пригласил Анатолий Бадхен, и я устроилась в «Ленконцерт». Когда мы ездили на гастроли, Лина оставалась со свекровью. А еще я зарабатывала на жизнь тем, что раз в месяц в составе сборной актерской бригады выезжала на концерты «Товарищ кино». К тому времени у меня за плечами уже было несколько картин, в том числе «Мы из джаза», и, выходя на сцену, я пела блюз из этого фильма. Концерты «Товарищ кино» пользовались тогда огромной популярностью, мы собирали стадионы. С кем я только не познакомилась и не подружилась в этих поездках! Светлана Тома, Борис Щербаков, Владимир Ивашов, Нонна Мордюкова, Римма Маркова — вот только некоторые имена…

— А сколько Лине было лет, когда вы ее отправили в Одессу к другой бабушке — вашей маме?

— Два годика. Я уже вернулась в Москву, разорвав отношения с отцом Лины. Помню, привезла ее в Одессу, передала с рук на руки своей маме. И вдруг мама, которая всю жизнь очень следила за собой, красилась в блондинку, заявляет: «Все, больше краситься не буду, я теперь бабушка». Когда вспоминаю — улыбаюсь. Я сегодня сама бабушка, но это же не повод махнуть на себя рукой.

— Знаю, что в юности у вас с родителями были разногласия, они не поощряли вашего стремления к творчеству, к пению.

— Папа с мамой не только не поддерживали мою тягу к пению, более того, были против. Хотя и у папы были прекрасный слух и голос, и мама обладала великолепным сильнейшим голосом. Она могла бы стать певицей, но не пошла против воли своих родителей, которые были категорически против. Вот и мне папа с мамой, далекие от творческой среды, запрещали заниматься музыкой. Я убегала на занятия тайком, пока они на работе. Так в возрасте 12—13 лет я начала петь в самодеятельности. И сразу почувствовала, что жить без сцены, без музыки не смогу. Потом меня где-то услышали музыканты, которые играли в популярном одесском ресторане «Украина», и пригласили к себе солисткой. А мне 13 лет! Я, конечно, ответила, что родители меня не отпустят. Но ребята стали их уговаривать. На протяжении месяца каждый день ходили на разговор к моим родителям как на работу. Месяц! И в итоге папа с мамой сдались, силы на сопротивление закончились. Договорились, что несколько раз в неделю я буду приезжать в ресторан, петь одно отделение (два часа) и получать за это пять рублей — по тем временам немалые деньги. А после родители будут меня забирать... Помню, как я боялась — не дай бог, кто-то из учителей нашей школы зайдет и меня увидит. Но, к счастью, этого не случилось. Мои гонорары мама аккуратно собирала в конвертик. За месяц набегало рублей 80—85, и мы шли на одесский «толчок» что-нибудь мне покупать.

— Успеваемость не хромала при этом?

— Нет, я пыталась как-то учиться. Отличницей не была, но и троек не получала. Но когда мне исполнилось 16 лет, в Одесской филармонии объявили конкурс в вокальный ансамбль «Волна» при эстрадном оркестре «Мы — одесситы». Создавался новый гастрольный коллектив. Подружка моя, с которой мы пели в самодеятельности, подала заявку на участие в этом конкурсе и вдруг заболела. Попросила: «Лора, сходи, замени меня». Ну, я и заменила… За меня ухватились очень крепко, а я-то школьница — 10-й класс, начало учебного года. В итоге вопрос разбирали на комиссии по делам несовершеннолетних: можно ли в виде исключения освободить меня от занятий. Мне повезло, что председателем этой комиссии был директор нашей школы, он сказал: «Я думаю, что надо дать девочке возможность реализоваться. А вдруг она станет звездой? Не стоит ее лишать этого шанса!» Школу я окончила заочно — сдавала экзамены между гастролями.

Лариса Долина с  внучкой Александрой С внучкой Александрой во время выступления на концерте «Взрослые и дети», посвященном 30-летию детской студии «Непоседы». 2021 г. Фото: Сергей Фадеичев/ТАСС

Два года проработала в ансамбле, а потом поняла, что хочу петь соло. И устроилась в самый престижный ресторан Одессы «Черное море» при новой современной гостинице. Попасть туда было невозможно, столы заказывали за неделю. А тут еще пошли разговоры: «Идите в «Черное море», там поет уникальная девочка!» За полгода, что я там проработала, успела перезнакомиться со многими столичными артистами и музыкантами, гастролировавшими в Одессе. Когда приехал «Ленком», в наш ресторан заглянул Саша Абдулов. После моего выступления подошел познакомиться, сказал: «В Москву тебе надо!» — «Да зачем мне ваша Москва?» — самоуверенно ответила я. Понадобилось еще несколько лет, чтобы понять: из Одессы пора «рвать» и двигаться дальше. Ну а с Абдуловым мы потом стали очень близкими друзьями. Он один на всем свете называл меня ласковым именем Ляля, остальным я это запрещала. За огромным столом на его даче во Внуково мы могли сидеть по 12 часов и не уставали друг от друга, собирались в семь вечера, а расходились в семь утра... Вот как голодный человек садится за стол и не может наесться, так и у нас был страшный аппетит друг к другу, бесконечный интерес. И Сашина актерская компания мне нравилась. Вообще, кинотеатральный мир и его люди мне ближе и интереснее, чем мир шоу-бизнеса... Саши Абдулова сегодня очень не хватает. Очень! Я даже не вычеркиваю его номер из своей телефонной книжки, рука не поднимается.

— Вы ведь участвовали в том фильме, который сделал Абдулова по-настоящему знаменитым, — «Обыкновенное чудо». Пели там за Екатерину Васильеву партию Эмилии в дуэте «Ах, сударыня, вы, верно, согласитесь…»

— Это интересная история. Я тогда снимала в Москве комнату и бралась за любые подработки. Записывала песни к фильмам, а еще участвовала в так называемых «ночниках». Их организовывал Миша Звездинский. Рестораны в Москве работали до 11 вечера, публике зачастую этого было мало, и для тех, кто хотел «продолжения банкета», Звездинский снимал небольшие помещения, завозил туда кухню, приглашал музыкантов. Как раз накануне запи­си у Марка Захарова у меня был такой «ночник». До шести утра я пела, до восьми спала, а к девяти меня ждали на «Мосфильме». Вокалисты знают: в

9 утра голос «спит» категорически. На запись я приехала с опозданием на 15 минут и со слипшимися глазами. Встречал сам Захаров. Я стала извиняться: «Простите меня, простите, пожалуйста». Марк Анатольевич ничего на это не ответил, только сказал: «Проходите в студию». И я, как могла, охрипшим голосом пропела партию Эмилии. Что меня спасло? Оказалось, что такой голос как раз был и нужен, ведь героиня Екатерины Васильевой курит трубку. Так мое «сырое» исполнение и вошло в фильм.

Я пела за многих популярных актрис. И за Марину Неелову, и за Наташу Гундареву, и за Александру Яковлеву. И всякий раз требовалось не просто спеть, а передать определенный характер, попасть в образ. В «Чародеях» «Три белых коня» я и вовсе спела детским голосом. Недаром Алла Сурикова, с которой мы подружились после работы над фильмом «Человек с бульвара Капуцинов» (я записывала вокальные партии Дианы), назвала меня «Миронов в юбке». Высшая похвала!

— Вы работали не только за кад­ром, но и снимались в кино. Впер­вые — у Карена Шахназарова?

— Нет. Самая первая картина называлась «Бархатный сезон», я играла чернокожую певицу и пела дуэтом с Вейландом Роддом. Роль, правда, эпизодическая. Потом была картина «Чудак» — и там я опять играла чернокожую певицу. На мне как клеймо поставили, ведь следующим фильмом стал «Мы из джаза» с аналогичной ролью… Я тогда работала в оркестре Анатолия Кролла, и Шахназаров позвал этот оркестр записывать музыку к фильму. А Кролл предложил: «У меня есть концертная программа «Антология джаза», давайте мы ее сыграем на репетиции». Так Карен Георгиевич меня увидел и услышал. В результате специально для меня написали роль певицы, которой изначально в сценарии не было. Авторы обратились к архивным материалам 1920-х годов и обнаружили, что некая американская певица в то время приезжала в Советский Союз. Но поскольку с американцами у нас отношения в очередной раз были плохими, решили мою героиню сделать уроженкой Кубы. С Кареном Георгиевичем мы сработались, и позже он пригласил меня спеть за Наташу Гундареву в фильме «Зимний вечер в Гаграх». В результате мой опыт работы в кино, в том числе и за кадром, когда приходилось вживаться в образы абсолютно разных героинь, очень пригодился на музыкально-драматической сцене. Ведь последние двадцать лет я много работаю в мюзиклах.

Лариса Долина с дочерью Ангелиной С дочерью Ангелиной Фото: Елена Сухова

— Последняя ваша премьера — мюзикл «Суини Тодд, маньяк-цирюльник с Флит-стрит» в Театре на Таганке.

— Да, недавно я влилась в труппу Театра на Таганке, которой руководит моя троюродная сестра Ира Апек­симова. Она создала там очень теп­лый и радушный климат. Все артисты невероятно доброжелательно ко мне относятся, нет ни зависти, ни интриг. И меня уже спрашивают: «Лариса Александровна, когда вы к нам принесете свою трудовую книжку?» Недавно я предложила Ире Апексимовой: «А давай рискнем и поставим на меня какой-нибудь чисто драматический спектакль, без музыки?»

— Тяжело было вводиться в готовый спектакль?

— Очень тяжело. Тут дело не во вводе, а в сложности самого спектакля. Невероятная музыка Стивена Сонд­хайма, тяжелейшая вокальная партия. Ничего труднее у меня в жизни не было. Это можно сравнить лишь с тем, как я в середине 1980-х по приглашению Альфреда Шнитке пела в его кантате «История доктора Иоганна Фауста» партию Призрака Мефистофеля. Тогда казалось, тяжелее уже не будет. Но вот появился «Суини Тодд...». Мою вокальную партию я репетировала на протяжении двух месяцев по шесть-восемь часов ежедневно. У меня главная женская роль, и два с половиной часа я практически не схожу со сцены. Ближайшие даты спектакля — в августе, всех приглашаю.

— Вы сейчас в такой великолепной творческой и физической форме, что вполне могли бы продолжать выходить на сцену в некогда популярном мюзикле «Любовь и шпионаж»…

— Вы знаете, я постоянно думаю о том, чтобы возобновить этот спектакль. Ведь музыку Максим Дунаевский написал специально для меня. Когда смотрю в интернете фрагменты из «Любви и шпионажа», слезы наворачиваются. Лелею надежду, что мюзикл можно восстановить. Ведь пять лет назад на мое 60-летие бизнесмен и меценат Рашид Сардаров сделал грандиозный подарок: подарил мне права на этот спектакль. Я ему бесконечно благодарна. Так что с ролью Маты Хари я пока не простилась.

А еще у нас с Лешей Франдетти, который поставил в Театре на Таганке «Суини Тодд...», есть идея мюзикла «Сансет-бульвар». Также идут переговоры с продюсерами и правообладателями «Чикаго» о том, чтобы восстановить его на российской сцене. Мюзикл — абсолютно моя стихия.

Лариса Долина «Один на всем свете Абдулов называл меня ласковым именем Ляля, остальным я это запрещала. Как голодный человек садится за стол и не может наесться, так и у нас был страшный аппетит друг к другу, бесконечный интерес. Мне сейчас Саши очень не хватает...» Стиль: Гога Никабадзе Одежда: GOGA NIKABADZE Фото: Филипп Гончаров

— А как получилось, что вас, русскую артистку, пригласили участвовать в оригинальной бродвейской версии «Чикаго»?

— В Москве я репетировала «Маму» Мортон в «Чикаго». А постановкой этой версии мюзикла занималась американская команда, и продюсеры между собой договорились, что я спою на Бродвее. Этим фактом своей биографии особенно горжусь, потому что я — первая и пока единственная российская актриса, которая сыграла в бродвейской постановке. С американской труппой у меня было восемь спектаклей в театре «Амбассадор». Про­дюсеры попросили найти в либретто мюзикла место, куда я могла бы органично ввернуть фразу на русском языке. На спектакли с моим участием приходило много бывших соотечественников, и, когда со сцены звучала русская речь, зал взрывался аплодисментами. На стене театра до сих пор висит моя фотография в роли «Мамы» Мортон…

— Лариса Александровна, вы идете в ногу со временем и даже завели страничку в «Инстаграме». Чего боль­ше: раздражения или радости от пребывания в соцсетях?

— Благодаря соцсетям все больше молодых людей следят за моим творчеством, вопреки тому, что им навязывают современные тренды. У меня довольно большой фан-клуб, и я получаю очень много приятных и благодарственных отзывов. И кстати, стараюсь давать обратную связь своим поклонникам — по возможности отвечаю и комментирую. Конечно, хейтеров тоже хватает. Но я этих людей просто удаляю. Сначала, когда только-только зарегистрировалась в «Инстаграме», переживала, читая ненавистнические комментарии. Особенно много их было после выхода передачи Макса Галкина «Музыкалити», где я позволила себе критику в адрес 19-летней девушки-тик­токера Вали Карнавал. Мне пришлось двое суток удалять весь тот негатив, который на меня выплеснулся, и, соответственно, все это читать… Но что поделать — всегда найдутся люди, которые, что бы ты ни делал, захотят тебя унизить и самоутвердиться за твой счет.

А Валя Карнавал совсем недавно прислала мне в подарок вручную расписанную укулеле (четырехструнная гавайская гитара. — Прим. ред.) с надписью «С любовью». Теперь моя девятилетняя внучка Саша пытается учиться на этом инструменте играть, даже нашла в интернете какую-то онлайн-школу по игре на укулеле.

— Сейчас вы живете вместе с дочерью и внучкой?

— Лина и Саша уже больше года живут со мной. Мы купили Лине квартиру, и пока в ней шел ремонт, я уговорила девочек переехать ко мне. И нам оказалось так хорошо, гармонично и комфортно вместе, что разъезжаться не спешим. Недавно они улетали на детский форум Леонида Агутина в Сочи, и я жутко скучала. Сашкиного голоса не слышу, как Линкины сковородки шкварчат, не вижу... Как только смогла, к ним присоединилась — и получила огромное удовольствие от общения на форуме с музыкально одаренными детьми.

Лариса Долина  со Львом Лещенко, Николаем Басковым, Кристиной Орбакайте, Филиппом Киркоровым и Валерием Леонтьевым На концерте «Песня года» со Львом Лещенко, Николаем Басковым, Кристиной Орбакайте, Филиппом Киркоровым и Валерием Леонтьевым. 2020 г. Фото: personastars.com

— А как две хозяйки на одной кухне уживаются?

— Я не хозяйничаю на кухне, это вот­чина Лины. Она потрясающе вкусно готовит — бесконечно смотрит и слушает всякие кулинарные программы и удачно экспериментирует. Всех нас кормит. Открою секрет: сейчас строится мой джаз-клуб. Один друг, меценат, решил осуществить этот проект. Планирую, что Лина будет там шеф-поваром, потому что готовит она феерично. Дочь, кстати, и за диетой моей следит, за режимом питания, готовит только из разрешенных мне продуктов. Хотя совсем недавно, когда мы втроем болели коронавирусом на дому и я похудела на три килограмма, Лина испек­ла торт «Наполеон». Я такого вкусного «Наполеона» никогда в жизни не ела!

— Лина сейчас работает вашим личным помощником. Когда дочь поняла, что можно работать с мамой, и все от этого только выиграют?

— Для этого ей надо было просто вырасти. Наши отношения очень сильно изменились после рождения Сашки. У Лины на 180 градусов перевернулось все. И самое важное — отношение ко мне. У нас ведь долгое время было много разногласий. Дочь могла неделю мне не звонить и не писать. И тогда я сама разыскивала ее через подружек. Объясняла: «Я не пытаюсь тебя контролировать, мне только нужно, чтобы ты написала несколько слов: «Мама, я жива, здорова». Но этого не происходило. А когда родилась Саша, отношения сразу стали очень теплыми и сердечными.

— Некоторые родители продолжают воспитывать детей и тогда, когда они уже стали взрослыми…

— Нет, для меня это исключено. Лина сама знает свои недостатки и пытается с ними бороться. Мне не надо ей пальчиком грозить. Дочь взрослый человек, ей 38 лет. А вот мне ее советы всегда очень важны. Она так ясно может взглянуть на ситуацию и так рассудительно сформулировать совет, что я бы никогда и не додумалась. Сашу тоже воспитывает Лина, я не вмешиваюсь. Если мне что-то не нравится, я дочери не буду говорить об этом, а скажу внучке лично. Но без крика и прочих крайних мер. Правда, у Саши появилась новая привычка: на замечания она стала закатывать глаза. Лина ее за это очень ругает. Важно то, что в вопросах воспитания мы с Линой всегда вместе. И внучка знает: если маме или бабушке что-то не нравится, то защиты искать негде — наши точки зрения будут едины. Поэтому я говорю: «Саша, тебе лучше просто слушаться и делать то, что тебе говорят».

— Внучка помимо общеобразовательной школы занимается в музыкальной?

Лариса Долина «Когда сегодня вижу, как настоящие ценности пытаются подменить суррогатом, мне не всегда хватает выдержки смолчать» Стиль: Гога Никабадзе Одежда: GOGA NIKABADZE Фото: Филипп Гончаров

— Нет, у нее в школе есть все: музыка, танцы, актерское мастерство — полный комплекс. Она, конечно, гуманитарий, тянется к искусству, поет. У нее уже вибрато появилось. Способности к музыке есть, и мы развиваем Сашу в этом направлении. Иногда возим ее на занятия к нашему другу — Виктору Началову, папе Юли Началовой. Он прекрасный педагог, мастерски вытаскивает из Саши ее потенциал. Я же с маленькими детьми работать не могу, не умею.

— Зато вы уже пять лет профессионально работаете со студентами-вокалистами. Возглавляете кафедру эстрадно-джазового пения Московского государственного института культуры.

— Меня пригласил предыдущий ректор. Мы очень долго беседовали, и я призналась, что у меня нет педагогического опыта — только многолетний певческий. Но ректор меня заверил, что все получится, а необходимый опыт придет. Тогда я предложила: «Вы меня сразу не оформляйте, дайте хотя бы месяц испытательного срока, а если я пойму, что получается, тогда и подпишем все официально». И вот уже пять лет прошло… За это время я прикипела и к кафедре, и к студентам, проделала огромную работу. Пригласила лучших преподавателей на кафедру, а некоторых пришлось, наоборот, уволить. Ликвидировала заочное отделение. Ну как можно научить петь, танцевать или писать картины заочно? За один учебный год я провожу по десять-пятнадцать отчетных концертов, чтобы студенты на практике избавлялись от волнения на сцене. Это очень важно. И сегодня наша кафедра — лучшая в России. При этом во главу угла я ставлю не просто занятия вокалом, а правильное пение на русском языке. Ведь то, как коверкают наш красивейший язык современные исполнители, меня тревожит. Знаете, я воспитана в хороших традициях. Мне очень повезло, я встречала людей, у которых было чему учиться. Читала правильные книжки, ходила на правильные спектакли, смотрела правильное кино. И когда сегодня вижу, как настоящие ценности пытаются подменить суррогатом, мне не всегда хватает выдержки смолчать. Хочу подчеркнуть, я отстаиваю не свою точку зрения, не за свою правоту борюсь, я всегда выступаю за правду, за справедливость. И это счастье, что у меня есть возможность своих студентов учить тому, что важно для меня самой.


ПОПУЛЯРНЫЕ КОММЕНТАРИИ

  • #
    Чёт-то внучка как-то подозрительно похожа на бывшего мужа Илюху Спицына!...)))

  • #
    Талант, он и в Африке Талант! Не надо желочью тут своею плескать! Долина как была известная ЗВЕЗДА эстрады, так ею и останется. И выглядит, просто замечательно!

  • #
    Андроид-8646, так бабка жабка сама в наколках, молодится всё.

  • #
    #comment#
  • Не удалось отправить сообщение
    Валентин Юдашкин Валентин Юдашкин дизайнер одежды, художник-модельер
    Все о звездах

    Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.





    НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

    Загрузка...

    +