Эдуард Машкович: Для родителей Тани я был негодяем

«Мне больно вспоминать о нашей истории. Эта рана, думаю, никогда не затянется».
Как-то мы встретились с Таней случайно. Я с болью ловил в ее глазах искорки прежней Тани. (Т. Самойлова дома на Кутузовском) Как-то мы встретились с Таней случайно. Я с болью ловил в ее глазах искорки прежней Тани. (Т. Самойлова дома на Кутузовском) Фото: из личного архива А. Самойлова

Мы с женой Кирсанова шли по ночной Москве, на улице было так хорошо, тепло. Потом, также пешком, я вернулся на Кутузовский. Пришел домой уже утром. Таня проснулась. Молчит. Я собираюсь в театр, а она — куда-то по делам. Мне стало наконец интересно, и я не выдержал.

— А что же ты меня не спрашиваешь, где был? Что делал?

Она улыбнулась:

— Понимаешь, в чем дело… Ну спрошу я… Если ты ее проводил, ну и ради бога… А если что-то не так, все равно правды не скажешь. Мне очень не хочется заставлять тебя врать.

Значит, она все чувствовала, но не понимала причины моего охлаждения. И не осознавала, что больна.

Очень долго я мучился вместе с ней, страдал. А потом у меня просто не стало больше сил… Я был рядом, пока теплилась надежда, что все изменится. Но уйти от больного человека всегда труднее, мучительнее. Я так устал, что молил бога, чтобы это все скорее закончилось. Мне нужен был толчок, который помог бы мне уйти от Тани. И этим толчком оказалась Вера… Мы с ней женаты до сих пор…

Как-то в нашем буфете я увидел своего приятеля Сашу Афанасьева в компании симпатичной девушки. «Кто это?» — спросил я его. «Да это Верочка Самсонова из ансамбля Александрова».

А тут у нас начались гастроли в Питере. Вечером спускаюсь к администратору гостиницы с просьбой выписать номера для артистов.

И вдруг вижу: первой заходит в гостиницу та самая девушка. Верочка идет навстречу и улыбается. А с ансамблем Александрова приехал мой друг Славка. Сели мы с ним в номере выпить-закусить. И тут я опять про эту девушку вспомнил: «Позвони, пусть к нам Вера придет. Что мы одни с тобой сидим?» Слава нашел через администратора ее номер. Вера ответила: мол, с превеликим удовольствием, только придет… с тремя подружками. Так и пришли. Правда, все потом ушли, а Вера осталась…

В Питере зима. Трескучий мороз. Мы заканчивали гастроли на несколько дней раньше. Девчонки прибежали нас проводить в Москву. «Ты когда возвращаешься? — спрашиваю Веру. — 28 января? Так это же мой день рождения! Я приду встретить «Стрелу»…» А «Красная стрела» приходила в семь утра.

Как быть? Что сказать жене? Думал-думал и придумал. «Тань, — говорю накануне вечером. — Кирилл Лавров просил меня встретить его на вокзале. Ему надо помочь…» — «Конечно, конечно! И к нам в гости его непременно зови».

Я как был, в одной рубашке, брюках и пальто, в том и ушел. Хорошо, туфли надел. И больше на Кутузовский не возвращался. Остался без вещей, безо всего. Да и делить нам было нечего. Квартира — Танина, сын — Самойловых. Помню, накануне мы купили здоровенный телевизор (8 человек несли) в кредит. Мы разошлись, а я все кредит выплачивал.

Дома меня не было недели две. Я не звонил, а Таня мужа не искала. Хотя что его искать? Она в любой момент могла найти меня в театре, я же там в кабинете каждый день сижу.

Как-то она пришла туда за зарплатой, мы встретились в коридоре, и она очень буднично спросила:

— А ты где вообще?

— Тань, прости меня, но я не вернусь…

Она повернулась и пошла не оглядываясь. Ни слез, ни упреков, ни слов сожаления. Таня — очень сильная женщина...

И вот тут началась атака со стороны Таниных родителей. Они хотели меня уничтожить. Самойлов-старший даже в Театр киноактера пришел на меня жаловаться. Он долго шумел в кабинете директора, там и заявление оставил: «Прошу разобраться с аморальным поступком Эдуарда Машковича. Бросил великую актрису». А ведь очень хорошо ко мне относился! Думаю, это его Зинаида Ильинична послала: «Женя, иди и разберись с этим негодяем!»

И Женя пошел. Он думал, что придет, орденами потрясет — и меня тут же уволят. А там у всех такие ордена. А еще Самойлов не учел, что меня очень любили все актеры…

Но на письмо народного артиста пришлось реагировать. По моему персональному делу созвали профсоюзное собрание. Нонна Мордюкова взяла слово и за меня заступилась: «И я бы так же сделала на его месте! Да кто она такая? Тоже мне, подумаешь!» Все ее поддержали. И я остался в театре.

Нас с Таней развели. Мне назначили алименты: до 18 лет Мити моя мама переводила ему деньги, собирала все квиточки. Я понимал, что меня никогда в жизни не пустят к ребенку. Так и случилось. Родители Тани решили, что раз я, негодяй, бросил больного человека, то меня нужно вычеркнуть из памяти ребенка.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Ума Турман (Uma Thurman) Ума Турман (Uma Thurman) актриса
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
+