Оксана Мысина: Страсти по Джону

«Мы не могли жить вместе, но тяга быть pядом оказалась сильнее».

Вызвали меня на худсовет и начали стыдить: «Мы взяли вас в институт в надежде, что вы — Марина Мысина номер два! А вы нас позорите! Голые ноги — какое бесстыдство! Зачем вам нужен этот театр? Посмотрите на себя — какая вы актриса?!» А я уже была длинненькая, носик выдавался. Но ответила: «Если я не буду там работать, то не буду жить». Однако и мама с папой, и Спесивцев сказали мне: «Каждое дело надо доводить до конца». Стиснув зубы, окончила «Гнесинку» на четверки-пятерки и только потом поступила в театральное.

У Спесивцева я надышалась цементом и краской, отбивала штукатурку — мы завязывали лица платками по самые глаза и лезли на леса — сама делала кирпичную кладку. Была я и директором канатного цеха: плела канаты, поджигала концы — вот где утолялась моя страсть к огню!

— проверяла, крепкая ли работа. То, как важна прочность каната, я узнала позднее на собственной шкуре, когда дважды — каждый раз во время спектакля «К.И. из «Преступления»», поставленного Камой Гинкасом, — падала из-под потолка.

Одно из падений случилось так. Во время гастролей в Киеве мы играли в здании бывшего монастыря, в зале с высокими сводами. За десять минут до спектакля, во время репетиции, канат, на котором висела лестница, оборвался, и я полетела с шестиметровой высоты! Содрала всю кожу на руке. Актеры и рабочие сцены столпились вокруг меня, руку мне залили чьими-то французскими духами, стали проверять, не вывихнуто ли плечо. Рыдая от боли, я с ужасом думала о том, что второго каната нет.

Поженились мы с Джоном в люберецком загсе — в этом подмосковном городе у меня была квартира. Здесь, в «двушке» на первом этаже и прожили с мужем двенадцать лет... Поженились мы с Джоном в люберецком загсе — в этом подмосковном городе у меня была квартира. Здесь, в «двушке» на первом этаже и прожили с мужем двенадцать лет... Фото: PersonaStars.com

И вдруг вспомнила, что у нас остались веревки, а из них можно сплести новый канат. Когда он был готов и лестницу прикрепили к потолку, я, прижимая раненую руку к телу и стараясь не выдать своего состояния, вышла на сцену. Успех в тот раз был фантастический!..

Но прежде чем попасть к Гинкасу, я рассталась со Спесивцевым. Тогда я отвечала за чистоту полов на сцене и в зале, зрительские кресла протирала, и кто-то нажаловался ему, что я плохо убираю. Режиссер со мной почти год не разговаривал, в итоге я повернулась и ушла. Хотя жалела: театр его — настоящий.

Потом я распрощалась с еще одним режиссером, Светланой Враговой. Она не простила мне, что я «изменила» ее театру, да еще проигнорировав при этом день рождения нашего директора.

Когда я на следующий день пришла на репетицию, услышала массу упреков. И честно сказала Враговой: для меня важнее, чем праздновать чей-то день рождения, выйти на сцену, что я и сделала, пусть и в другом театре. Возникла пауза, затем раздался крик: «Вон отсюда!» Потом Врагова говорила, что она пошутила — все, мол, свои. Но в тот момент я была потрясена, потому что любила и этот театр.

Выскочила, обливаясь слезами, и бросилась звонить Джону. «Моя жизнь закончилась!» — кричала я ему в трубку. «Так, я тебя умоляю, — сказал он, — не заходи в гримерную, ничего не собирай, возьми только сумку и уходи. Мы с тобой пойдем, посидим где-нибудь, выпьем пивка, поговорим и что-нибудь придумаем». Оказывается, Джон долго ждал этого момента и был рад, что меня выгнали: он понимал, что я способна на большее, чем могла сделать в том театре.

Когда я успокоилась, он спросил, с кем я хочу работать.

Я ответила, что с Камой Гинкасом. Нашли способ, как связаться с ним, и на следующий день я уже звонила Каме Мироновичу и заплетающимся от страха языком говорила: «Простите за дерзость… Меня выгнали из театра… Я очень хотела бы с вами работать». «Вы когда можете приехать?» — услышала я. «Сейчас». — «Приезжайте». Как только мы встретились, он хитро прищурился: «А вы такая подлая? Если вас выгнали из театра, то вы, наверное, жуткий человек!» — «Да, я очень подлая», — ответила я и разрыдалась. «Ладно, хватит лить слезы, у меня кое-что для вас есть». Открыл портфель, а там у него лежала рукопись. Выяснилось, что Гинкас давно хотел поставить спектакль по «Преступлению и наказанию» Достоевского и сделать центральной героиней Катерину Ивановну.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в



Загрузка...
Новости партнеров
Написать комментарий


Читайте также

Оксана Федорова: «Про Андрея не знала даже мама...»

Оксана Федорова: «Про Андрея не знала даже мама...»

Любовь Толкалина Любовь Толкалина актриса театра и кино
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.



Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте