Едем в поезде. Я молчу, погрузившись в тяжелые мысли, а Гурченко горячо, на сильных эмоциях рассказывает о мужчинах: и тот ее предал, и другой, и третий. Я тихо сказала: «А у меня муж умер...» Люся виновато проронила: «Прости. У тебя горе, а я со своими мужиками!»
Обыкновенная внешность кормила меня на протяжении шестидесяти лет — я играла домработниц, нянь, медсестер, партизанок, бабушек, тетушек... Но однажды она стала причиной казуса — да еще какого!
В студенческие годы и после окончания ВГИКа я много снималась в Крыму на Ялтинской киностудии. Однажды летом папа отдыхал в Алуште, и мне удалось вырваться к нему на выходные. Нужно возвращаться на съемки, а на ялтинский автобус все билеты проданы. Попросила водителя:
— Возьмите меня, пожалуйста, я на своем чемодане посижу.
Тот посмотрел с пристальным прищуром:
— Ну, заходи.
Поставила на площадке рядом с шоферским местом небольшой фибровый чемодан, уселась верхом, еду с комфортом. А водитель раз кинул на меня внимательный взгляд, два, а потом вдруг спрашивает:
— С кем ты сейчас живешь-то?
Я растерялась:
— Что вы имеете в виду?
— Да ладно, не притворяйся.
— Я не притворяюсь — действительно не понимаю, о чем речь. Вероятно, вы меня с кем-то спутали.
— Ага, тебя спутаешь... — горько ухмыльнулся шофер.
Пришлось показать студенческий билет. Повисла долгая пауза, во время которой водитель изумленно цокал языком и мотал головой.
— Никогда не думал, что такое может быть, — в голосе собеседника послышались извиняющиеся нотки. — Одно лицо, фигура, даже говор! Если бы тебя сейчас домой привел, мать с ума бы сошла...
Что за история была между моим двойником и водителем, так и осталось тайной. Но я часто вспоминала случай в автобусе и думала: «А хорошо бы встретить мою копию и посмотреть на себя со стороны!»
Надо все-таки, наверное, соблюсти хронологический порядок и рассказать о детстве, юности и о том, как попала в кино. Актерские задатки проявились в три года. Хорошо помню, как я, стоя на папиных коленях, не выговаривая половины букв, читала с выражением «Легенду о Марко» Максима Горького:
Но был с ними юноша Марко;
Схватил он красавицу-фею
И стал целовать ее жарко.
А фея, как гибкая ветка,
В могучих руках извивалась,
Да в Марковы очи глядела
И тихо чему-то смеялась...
Весь день она Марко ласкала...
