«Никогда не забуду самое первое платье, которое Валя Юдашкин предложил мне продемонстрировать. Оно было очень пышным, с кружевными панталончиками и красными подвязками. По задумке режиссера, на сцену меня должен был вынести молодой человек. А я на тот момент была женщина крупная. Парень испугался не на шутку. Я его успокоила: «Не бойся. Ну хочешь, я тебя сама на руках вынесу?» — рассказывает Надежда Бабкина.
— Надежда Георгиевна, за прошедший год многое изменилось и в стране, и на телевидении. Вы стали ведущей программы «Модный vs Народный» на НТВ, а любимый многими «Модный приговор» ушел с экрана… Больно ли было расставаться с этой работой?
— Я очень благодарна «Модному приговору», который познакомил и подружил меня с Сашей Васильевым и Эвелиной Хромченко. Программе я отдала более десяти лет жизни, занимая кресло защитника. Но жизнь идет дальше, обстоятельства меняются, и на месте топтаться я не привыкла. Когда съемки «Модного приговора» вдруг закончились, я стала ежедневно получать десятки сообщений примерно такого содержания: «Надежда, когда же мы снова увидим вас на экране?» Признаться, я и сама соскучилась по встречам с телезрителями. Поэтому, когда меня пригласили на канал НТВ в качестве ведущей нового шоу «Модный vs Народный», я сразу согласилась. Однако не теряю связи ни с Эвелиной Хромченко, ни с Сашей Васильевым. Конечно, общения стало меньше, ведь мы не видимся ежедневно, как это было раньше. Но тот же Саша недавно побывал на премьере спектакля «Тихий Дон» в театре «Русская песня». Мне очень дороги и приятны его слова, сказанные после спектакля, и особенно ценны его советы — советы большого театрального художника.
— Возникают ли сомнения, когда приступаете к новому делу? Как преодолеть робость и неуверенность перед чем-то совершенно новым?
— Мне папа всегда говорил: «Если ты, Надька, в чем-то сомневаешься, не трогай это дело. На полпути нельзя останавливаться. А вот когда уверена в чем-то — пока не достигнешь результата, не бросай. Несмотря на препятствия, все равно иди до конца»... Если я чего-то не знаю, не стесняюсь в этом признаться и попросить совета у профессионалов. Когда только пришла на «Модный приговор», чувствовала себя весьма неуверенно. Не обладая глубокими познаниями и опытом в сферах телевидения и моды, я, не стесняясь, спрашивала совета у более опытных коллег — Васильева и Хромченко. Например, Эвелина очень выручила, когда мне в 2012 году пришло приглашение на инаугурацию президента. Платьев красивых вроде полные шкафы, но я совершенно не представляла, как, согласно этикету, должна выглядеть на подобном мероприятии. Позвонила Эвелине. «Какая задача?» — спросила она. «Чтобы все заметили», — отвечаю. «Тогда только в красном! Но наряд не должен быть коротким. И никаких украшений! Максимум нитка жемчуга». Я послушно исполнила все ее рекомендации — и произвела фурор! После инаугурации моими фотографиями «в красном» пестрел весь интернет. Теперь точно знаю, как должна одеваться в подобных случаях, а в чем не стоит ходить в чиновничьи кабинеты.
— Какие случаи и герои запомнились вам на съемках «Модного приговора»?
— За долгие годы телевизионной деятельности на самых разных каналах перед моими глазами прошли судьбы тысяч женщин. Но наибольшее впечатление произвела история доярки Зинаиды, приехавшей на съемки «Модного приговора» из Республики Марий Эл. Она появилась в студии в очень красивом национальном костюме с монистом на голове. Помню, подумала тогда: зачем ее переодевать, ведь она сама по себе уникальна. Оказалось, Зинаида довольно часто бывает в Европе, где поселились обе ее дочери, вышедшие замуж за иностранцев. Но у себя на родине эта трудолюбивая женщина каждый день просыпается в три часа утра и направляется в коровник. Зимой ходит пешком, летом ездит на велосипеде. И так на протяжении десятилетий. А дома — муж-механизатор, огород, хозяйство. Но ни тени жалости к себе, никакой обиды на судьбу. Из волшебной комнаты стилистов «Модного приговора» Зинаида вышла другим человеком — элегантная, стильная, подтянутая. Находившиеся в студии дочери плакали от умиления, потому что отродясь маму такой не видели. А на вопрос Саши Васильева, куда она отправится в новых нарядах, Зина с гордостью ответила: «Поеду к старшей дочери в Португалию!» «Господи, как же хорошо, что мы людей делаем счастливыми», — мысленно благодарю я Бога. И радуюсь, что у меня сохраняется возможность делиться своим опытом — теперь на НТВ.
— Через «Модный приговор» прошло множество героинь, доводилось ли встречаться с кем-то из них после съемок?
— Когда выхожу «в народ», иногда встречаю этих женщин и девушек. И все они говорят добрые слова. Как-то услышала от одной: «Знаете, у меня кардинально изменилась жизнь после «Модного приговора». Появились интересная работа, прекрасный мужчина…» И ведь это — не единичный случай! Когда мне говорят: «Хочу быть счастливой!» — отвечаю: «Хочешь быть счастливой — будь!» Наплевательское отношение к себе — следствие лени, слабохарактерности и безволия! Напоминаю: если есть желание изменить жизнь, если вы искренни в своем желании, то возможно все!
Часто встречи со зрительницами случаются в магазинах. А мои походы на шопинг — всегда шоу. Обязательно перемеряю гору одежды, покручусь перед девочками-консультантами. А если в соседней кабинке идет примерка, охотно дам совет. Скажу человеку честно, идет ли ему вещь, хорошо ли сидит. Если нет — не стану лукавить. Взгляд со стороны всегда полезен. Иногда консультанты даже пишут сообщения мне на телефон: «Надежда, загляните, пожалуйста, в наш отдел, тут тяжелый случай». На покупки трачу не более трех часов, больше не выдерживаю. Люблю так: пришел, примерил, победил! Даже свои театральные костюмы в процессе их пошива не примеряю больше двух раз. Если со второй попытки не садится, уже знаю, что не смогу его носить — отношение будет предвзятое. Зато, когда сценический костюм пришелся по душе, буду его беречь и носить долго. Так и с базовыми вещами гардероба, я от них не избавляюсь, а просто перешиваю, если меняюсь в размере.
Коко Шанель говорила: «Для того чтобы быть незаменимой, нужно быть разной». Надо чаще меняться! И я стараюсь следовать этому совету всю жизнь. И второе мое правило: отдаю предпочтение одежде, в которой чувствую себя уверенно и комфортно. Например, люблю ту, что с карманами, потому что вечно не знаю, куда пристроить руки. Ни в коем случае нельзя следовать моде слепо, облачаясь в вещи, которые тебе не идут и смотрятся пошло.
— Быстро ли нашли общий язык с соведущим программы «Модный vs Народный» Владом Лисовцом? Были ли знакомы прежде?
— Я — человек команды, потому что всю жизнь работаю в коллективе, и, мне кажется, нет людей, с которыми я бы не нашла общий язык. С Владом «спелись» быстро, хотя прежде знакомы не были — нас представили друг другу накануне съемок. Я сразу почувствовала, что мы на одной волне. Влад — человек во всех смыслах уникальный: редкий знаток моды, известный стилист, искусно жонглирующий собственными неповторимыми образами. Случается, конечно, что спорим, не без этого, — иногда эмоционально, мы же разные люди, каждый со своим мнением и жизненным опытом. Но именно в споре рождается истина.
— На том же НТВ вы стали председателем жюри второго сезона проекта «Страна талантов». Чем запомнился сезон?
— Особое впечатление в этом сезоне — Астраханский ансамбль песни и танца. Солисты сразу обратили на себя мое внимание, еще даже не начав петь, — одними костюмами в красно-бело-голубых тонах. Астрахань — моя родина, поэтому посыл, заложенный в их костюмах, я моментально считала. Голубой цвет — это Волга, белый — степи широкие, красный — маковые поля. Их выступление напомнило мне о детстве: как я росла, получала образование, как объездила всю Астраханскую область… Ком в горле стоял. А когда солисты по моей просьбе исполнили песню «Тополя», с которой мне в юности удалось победить на одном из конкурсов, тут уж я слез сдержать не могла.
— А есть ли шанс у финалистов проекта попасть в коллектив «Русской песни» или стать участниками фестиваля «Песни России», художественным руководителем которого вы являетесь?
— В прошлом году некоторые участники шоу «Страна талантов» имели возможность продемонстрировать свое мастерство во время концертов нашего фестиваля в Чувашии и Крыму. И имели огромный успех у зрителей. В этом году мы продолжили эту практику и пригласили на фестиваль финалистов первого и второго сезонов шоу: вокальный ансамбль «Русский стиль», Антона Безлуцкого — артиста ансамбля «Россияне» нашего театра и Анастасию Меденюк. Одно дело — проверить и показать себя на телевидении, и совсем другое — предстать перед многотысячной аудиторией, собравшейся на стадионе или центральной площади города.
— Как раз недавно на Кубани завершился 17-й Всероссийский фестиваль-марафон «Песни России». Встают картины из детства и юности, когда приезжаете в маленькие станицы?
— Конечно, вспоминаю бабушку с дедом, которые имели свою усадьбу. Хозяйство ухоженное, большое — куры, скотина. На дворе стояла мазанка, небольшой сарайчик с занавесками. И снаружи, и внутри он был сделан из глины. Пол, стены — все гладенькое, тепленькое и приятное на ощупь. Двор тоже был гладко укатан глиной, как будто асфальт положили. Веничком его, бывало, подметешь, водичкой обрызгаешь, и можно ходить босиком — такой? он чистый?, ухоженный, приятный для ног. Вообще, наша деревенская глина обладала каким-то удивительным свойством — после того как высыхала, она не трескалась и сохраняла форму, которую ей придавали. Я помню, как строили такие дворы, и даже сама в этом участвовала. Сначала собирали кизяк. Его замешивали вместе с рубленой соломой и глиной. Получалось густое вязкое «тесто». Потом брали эту загустевшую массу руками, клали в формы и аккуратненько оглаживали. После сушки на солнце получались кирпичи. Из этих кирпичиков строили сарайчики, в которых тепло и уютно зимовать скоту, мостили ими дворы.
Вспоминаю папу — председателя колхоза, человека партийного, очень серьезного, основательного. Однажды случился колоссальный урожай помидоров, вывезти который не представлялось возможным, но и дать погибнуть — жалко, ведь столько трудов вложено! И он придумал такую вещь: прямо на поле поставили специальную печь и из томатов варили пасту, которую сами колхозники с удовольствием и раскупили.
— Какие нестандартные ситуации случаются на фестивалях, ведь вы много встречаетесь с людьми, работаете на открытых площадках?
— Несколько лет назад в селе Александровском Ставропольского края на концерт на площади пришло в два раза больше людей, чем было запланировано. Это стало полной неожиданностью для администрации. Глава не знал, как быть, потому что не хватало полицейских, чтобы гарантировать безопасность. Пришлось подтягивать силы полиции из соседних регионов. В этом селе подошла ко мне очень взрослая женщина со слезами на глазах: «Какое счастье, что наконец я увидела вас живьем, теперь и умирать можно. Разрешите, я вас потрогаю?» Я говорю: «Трогай, моя дорогая, трогай, только живи долго и радостно, и не надо таких слов мне говорить». Она смотрит на меня пристально, с любовью, глаза с поволокой, и вся такая чистенькая, хорошая. И потом говорит: «А я ведь к вам не просто так пришла, я хочу вам песенку одну оставить, которую пела еще моя бабушка до революции!» И она нам ее напела, дала слова, а мы записали на магнитофон. Глядя на эту женщину, я вспомнила свою маму: какое это счастье, когда такие любящие, заботливые глаза смотрят на тебя.
В Кисловодске выступали на площади, которая со всех сторон окружена горами. И по всему периметру на пригорках устроились люди. Потом на ужин нас повели в ресторан в историческое здание водолечебницы, где стоят еще дореволюционные краны, ванны — в начале прошлого века строили капитально… Впервые в Кисловодске я оказалась лет пятьдесят назад. Здание филармонии на горе, при ней гостиница, в номерах которой мы жили по 11 человек. Потолки метров пять, а удобства во дворе. И я хорошо запомнила тот Кисловодск… И вот приехала, смотрю на гору, а филармония и гостиница на том же месте! У меня прямо холодок пробежал по спине: мама дорогая, ведь прошла целая историческая эпоха, целая жизнь!
В этом году в поселке Кшенском Курской области нас буквально завалили пионами. Мы попали в сезон их цветения — и все зрители несли их охапками! А пионы — одни из любимых моих цветов. Здесь же произошел курьезный случай: «Русская песня» отработала на сцене первый блок, и мы пошли переодеваться. Девчонки уже скрылись в гримерке, а меня остановил солидный мужчина — местный профсоюзный активист. Спрашивает: «А где ваш босс?» Я не поняла, кого он имеет в виду, переспросила: «Что значит где? Я босс». — «Да нет, — отмахивается мужчина, — руководитель ваш где?» — «Так это я!» А он не унимается: «Мне Бабкина нужна — понимаете?» Я совсем растерялась: «Я же Бабкина!» — «Та, которая Надежда Георгиевна?» — «Да, та самая!» Он смотрит на меня в упор с подозрением и недоумением и выдает: «Странно… А я думал, она старше!»
Фестиваль дарит необыкновенные эмоции каждый год, в каждом городе, в каждом селе. И везде переполненные залы, стадионы. Нас встречают цветами, караваями, песнями и плясками. Людям нужны такие события, они хотят, чтобы с ними разговаривали, хотят праздника. А как ты состряпаешь этот праздник, это уже дело художника, дело артиста. И если ты это делаешь для людей, будь добр — выложись на полную катушку.
— Надежда Георгиевна, мы понесли в этом году несколько невосполнимых потерь. Вы дружили и работали с Вячеславом Зайцевым и Валентином Юдашкиным...
— И Слава, и Валя — выдающиеся художники. Каждый из них в свое время работал над моими сценическими образами. Никогда не забуду самое первое платье, которое Валя предложил мне продемонстрировать. Оно было очень пышным, с кружевными панталончиками и красными подвязками. По задумке режиссера, на сцену меня должен был вынести молодой человек. А я, надо заметить, на тот момент была женщина крупная. Парень испугался не на шутку. Я его успокоила: «Не бойся. Ну хочешь, я тебя сама на руках вынесу?» Фантазия Вали Юдашкина не знала границ. До сих пор вспоминаю его показ 2013 года, на котором он представил коллекцию «Золото скифов», подготовленную специально для Недели моды в Париже. Это было что-то невероятное! Сокровища древних племен будто воплотились в деталях его платьев, жакетов и брюк.
Если говорить о сценических костюмах «Русской песни», то больше всего по духу мне были близки коллекции Вячеслава Зайцева. И в начале 90-х я обратилась к нему с просьбой сшить для нас костюмы. Слава сам поехал выбирать ткани в Павловский Посад. Ведь там сохранилось традиционное производство — ткани повторяют рисунки, орнаменты, созданные древними мастерами. И это была не просто стилизация, а настоящий русский стиль — символичный, содержательный. Слава отбирал ткани по цветовой гамме, по насыщенности красок, по расположению цветов, узоров и тому подобному. Казалось бы, мелочи, но именно внимание к деталям и отличает профессионала, а из маленьких деталей формируется нечто грандиозное.
Когда материалы были отобраны, мы пришли в Дом моды на проспекте Мира всей командой. Пили чай, разговаривали, а Слава присматривался к нам своим умным, с хитринкой, глазом, изучал. Потом сказал: «Постройтесь, пожалуйста, в том порядке, в котором вы стоите на сцене». И в помещение вкатили тележку с огромными рулонами тканей. Он стал брать по одному рулону, подходил к каждому, начиная с середины, то есть с меня, и накидывал артисту ткань на плечи. Я внимательно за этим процессом наблюдала, потому что мне было крайне любопытно и интересно, в связи с чем он так делает. Оказалось, что таким образом, подбирая ткани и рисунки один к другому, он выстраивает визуальный ряд, создает цветовой ансамбль. Длилась эта «примерка» минимум два часа. Настоящая магия! В конце концов, когда Зайцев все рулоны перетасовал и сформировал в своей голове коллекцию, удовлетворенно улыбнулся и сказал: «Теперь я доволен!»
Спустя время, на одной из Славиных выставок, я увидела потрясающие наряды, отделанные белым кружевом. Была в таком восторге, что загорелась идеей создать нечто подобное для «Русской песни». Ни о чем другом больше и думать не могла. Еле выдержала неделю до назначенной встречи с Зайцевым. Когда увиделись, обрушила на него свои идеи. Но он спустил меня на землю: «Понимаешь, мне трудно будет найти ткани на весь твой коллектив. У нас в стране подходящих материалов нет, а заказывать за границей — слишком дорого». Я говорю: «Подожди, я через неделю еду в Китай, я тебе все ткани привезу!» Нас действительно с представительской официальной делегацией пригласили в Китай. Но так как это были не длительные гастроли, а разовые выступления, у меня было всего шесть свободных часов до вечернего самолета.
Тогда я обратилась с просьбой к представителям принимающей стороны, и меня отвезли на какой-то рынок. Это было фантастическое место — по масштабу, по колориту, по изобилию, — я уезжать оттуда не хотела! Думала: «Черт с ним, с этим самолетом, следующим улечу». Но за два часа я упаковалась тканями, а в оставшееся время собрала материалы для отделки: кружева разной фактуры, бусинки, прочую фурнитуру. Хватала все, что было подходящего: «Десять метров? Давай! Есть всего пять? Давай. Один метр? Беру!» Даже кусочки-образцы с витрин поснимала. Забила два огромных чемодана. Себе не купила ни одной вещи! Как ни странно, все эти кусочки, что я привезла из Китая, пригодились Славе в работе. Когда Зайцев все это «богатство» увидел, был потрясен. Говорит: «Умница! Теперь у нас все есть. Может быть, пойдешь работать ко мне в Дом моды закупщиком? Ты привезла лучшее, что можно было найти!»
В результате получилась фантастическая двухцветная коллекция: черные платья, обильно расшитые белыми кружевами. Но фасоны нарядов в народном стиле! Костюмы дополняют головные уборы — у девушек кокошники, а себе я заказала кубанку. Мы до сих пор выступаем в этих костюмах. И никогда их не сдадим «в архив», настолько качественно они сделаны. Зрители всегда бурно реагируют на наш выход в этих нарядах — у людей дыхание перехватывает!
Много концертных платьев для сольных выступлений у меня было и от Зайцева, и от Юдашкина. Теперь эти костюмы в коллекции Саши Васильева. Он периодически их выставляет. И я счастлива, что свой юбилей, свое 80-летие, маэстро Зайцев отметил у меня в театре. Нам удалось организовать грандиозный праздник. Слава Зайцев был великим русским художником, патриотом своей страны, прославившим русский стиль на весь мир!
— Вы ведь были знакомы и с ушедшей от нас в январе Инной Чуриковой?
— Мы познакомились в 1995 году на одном из кинофестивалей. Часами гуляли вдоль моря и не могли наговориться, самозабвенно делились друг с другом самым сокровенным. Однажды в Санкт-Петербурге, не сговариваясь, оказались в соседних примерочных одного из магазинов модной одежды. Это было шоу — то, как мы примеряли обновки! Инна переоденет