Джон Траволта: «Мне предлагают роли мерзавцев, чтобы я сделал их человечнее»

Этот актер давно не снимался в блокбастерах, и его имя не мелькает в таблоидах в связи с тем или...
Мария Обельченко
|
15 Марта 2020
С женой Келли Престон на фестивале в Каннах. 2018 г.
Фото: Legion-media

Этот актер давно не снимался в блокбастерах, и его имя не мелькает в таблоидах в связи с тем или иным скандалом. Но миллионы поклонников Траволты во всем мире ждут его появления в любом, даже самом скромном проекте. Чтобы еще раз убедиться, что их кумир не растерял своего знаменитого обаяния.

Джон и его жена актриса Келли Престон вместе с 1991 года, что по голливудским меркам — вечность. Секрет их брака волнует многих. И поэтому первый наш вопрос к актеру был именно об этом.

— Джон, поделитесь советом, как два голливудских актера с успешными карьерами, пережившие трудные этапы в жизни (в 2009 году в семейном доме на Багамских островах во время приступа эпилепсии умер их 16-летний сын Джетт. — Прим. ред.), с огромным количеством поклонников и поклонниц, смогли сохранить свой брак?

— Знаете, мы реально друг о друге с женой заботимся. И поддерживаем наши отношения, не даем им стоять на месте. Это очень важно — быть всегда готовым меняться и подстраиваться. Да, для этого нужны энергия и желание. Зато такой подход вносит свежую струю в брак и помогает с уважением относиться к интересам друг друга. Ведь многие супруги перестают вообще интересоваться жизнью партнера. Разумеется, необходимо время от времени отбрасывать все дела и проблемы и оставаться наедине — путешествовать, да просто в ресторан сходить.

— Где вы впервые встретились с Келли?

— Это было на пробах комедии «Эксперты». Келли как раз становилась популярной. Она потом мне рассказывала, как увидела меня входящим в студию со своими двумя собаками. Там была в это время наша общая подруга, и она сказала мне, что сейчас познакомит меня с девушкой, в которую я обязательно влюблюсь и женюсь на ней. (Смеется.) Между нами и правда сразу возникла «химия». Но Келли была замужем. Помню, я спросил: «Что это значит — находиться в браке?» Мне было 33 года, и я, что называется, был «поздний цветок», переросток. (Смеется.) Келли ответила: «О, мне очень нравится!» Никто еще так не говорил — что ему нравится быть замужем или женатым, и я по­думал, как здорово было бы жениться на ком-то, кто любит быть замужем! (Смеется.) Вот такая у нас была ­первая встреча.

— Ваша мама была актрисой и певицей, потом стала преподавать в школе драму и английский язык и литературу. Вы росли в благодатной творческой атмосфере вместе со старшими сестрами и, наверное, еще и поэтому так хорошо относитесь к женщинам...

— У меня было счастливое детство. Я очень сильно любил маму и своих сестер. Они были для меня целым миром. Зарабатывали на нужды семьи благодаря актерской работе и музыке. И делали все это радостно, весело, без давления и стресса. Они мне показали, что можно добиться успеха, занимаясь тем, что любишь, и получая от этого удовольствие.

— Вы были младшим ребенком — наверное, избаловали вас женщины...

— Да нет. Мне дарили игрушку на Рождество, которую я хотел, и верили в то, что я гениальный и блестящий парень, в то время как я таким не был. (Смеется.) Все то же самое, что и в большинстве семей. Разве что таланта чуть больше, потому что мы брали уроки пения и актерского мастерства.

С женой Келли в фильме «Кодекс Готти». 2018 г.
Фото: Legion-media

— Ну, судя по всему, вы все-таки отличались от «многих парней» — помимо всего прочего даже обладаете талантом рисовальщика и писателя. Выпустили очаровательную книжку, которая наверняка очень ваших фанатов порадовала, — о любви к небу и самолетам...

— Это такая сказка и для детей, и для взрослых — для тех, кто не верит, что желания могут исполняться, если очень этого хочешь. С раннего детства я был помешан на авиации и на всем, что с ней связано. Коллекционировал расписания авиалиний. Помню, как сестра подарила мне, восьмилетнему, билет на 20-минутный полет на маленьком самолете из Ньюарка в Филадельфию. И я был настолько потрясен, что с трудом это смог пережить. (Смеется.) В тот момент я по­думал, насколько комфортнее собирать брошюрки с расписаниями рейсов, чем самому летать. (Смеется.)

— Почему же не стали еще писать?

— Даже не знаю. Ведь и правда, эта маленькая книжечка получила потрясающую рецензию в «Нью-Йорк таймс». Сто тысяч экземпляров было продано. Помню, как Стивен Спилберг говорил мне, что читает ее перед сном своим детям, потому что им очень нравится. Мечтаю с тех пор — а это было еще в 90-е годы — снять по этой повести фильм. И сам себе буду тогда режиссером. Впервые.

— И все-таки, к счастью для нас, зрителей, вы сначала стали актером, а не летчиком — а то мы бы и не знали Джона Траволту. Старшая дочь Элла Блю пошла по вашим стопам. Вы это приветствуете? Она с вами вообще привыкла сове­товаться?

— Да, Элла обращается ко мне за советом по любому поводу. У нас потрясающие отношения отец — дочь. Я ей по-настоящему доверяю. Она до сих пор звонит мне, чтобы спросить разрешения пойти в кино где-то у черта на куличках. И я говорю: «Иди, но только возьми билет на сеанс не позже чем в семь часов». Я рад, что она стала актрисой. Очень горжусь дочкой. Элла действительно хорошая актриса и красивая молодая женщина. Посмотрите на нее в картине «Ядовитая роза». Она там удивительно похожа на молодую Лиз Тэйлор.

— А ваш девятилетний сын Бенд­жамин к чему имеет склонности?

— Ну, Бен еще совсем молодой человек. Хочет стать гимнастом и хорошо играет в теннис. Конечно, он увлечен компьютером и всеми этими новыми играми, как любой ребенок своего поколения. А когда мы снимаем дома фильмы для домашнего просмотра, Бен любит у нас поработать режиссером. Вот так. Я очень горжусь своими детьми.

— И наверняка их балуете...

— (Смеется.) Келли в этом убеждена. Она считает меня безнадежно слабовольным папашей, который ведется на любые детские просьбы. Например, поздно вечером или даже ночью Бен спрашивает маму, может ли он съесть мороженое. Она решительно отправляет его спать. Тогда Бен идет ко мне. И я такой: «Конечно! А хочешь полить мороженое горячим шоколадом?» (Смеется.) Короче говоря, у меня на все ответ один: «Да!»

— Как вы попали в фильм «Фа­нат», где играете поклонника одного знаменитого актера, который доводит того чуть ли не до смерти? Вы знаете, что этот образ и фильм в целом чем-то напоминают «Джокера»?

— Да, мне говорили об этом. Забавно, однажды, лет пятнадцать тому назад, мы были вместе с Хоа­ки­ном Фениксом (сыграл главную роль в «Джокере». — Прим. ред.) и Бальтазаром Гетти на одной вечеринке по случаю выхода нашей картины «Команда 49: Огненная лестница». А Фред Дерст, режиссер нынешнего моего фильма «Фанат», тоже был на той вечеринке. А он профессиональный музыкант, известный в этих кругах, и у него много настоящих фанатов. Так вот, он дружит с Хоакином, который тоже, как известно, увлекается музыкой и выступает со своей группой и даже одно время «завязал» с кино, чтобы только музыкантом оставаться. И тогда-то Фред Дерст мне сказал, что музыка для него лишь дорога в кинематограф и он мечтает когда-нибудь снять фильм, в котором бы я сыграл. Ну я и ответил, мол, давай, я всегда открыт к интересным проектам. И года два тому назад он показал мне сценарий «Фаната», и я в него сразу же влюбился. Но прекрасно понимал, как трудно будет найти деньги, уж слишком эксцентричный этот сценарий, да и режиссер — новичок. Но я нашел! С помощью друзей собрал, достал нужную сумму!

С дочерью Эллой Блю и сыном Бенджамином на отдыхе в Австралии. 2019 г.
Фото: Legion-media

— Чем же вас так привлек этот сценарий? Неужели вы испытали на себе ужас преследования фанатиком?

— Нет, к счастью. У меня никогда не было серьезных проблем с поклонниками. Есть профессиональные фанаты: они собирают автографы, фото — словом, все атрибутику, связанную с их кумиром, меняются, торгуют этими артефактами. А есть другие — крепкие орешки. Эти лелеют свои реликвии, дрожат над ними и способны на все, чтобы доказать кумиру свою любовь. Они, конечно, могут быть опасны... Но я всегда умел с этим справляться. Не появлялся, скажем, в публичном месте, если у меня плохое, неподходящее для выхода на публику настроение или даже просто выражение лица. И тому подобное. Такие вещи часто вызывают раздражение и недовольство пиарщиков, но я и с ними всегда умел договориться. Надо быть вежливым и вести себя достойно со своими поклонниками, и они ответят тебе тем же. А если переходишь на гонки с преследованием — в буквальном смысле, — это чаще всего заканчивается трагедией.

— Вы, будучи легендой и иконой в мире кино, сыграли недавно тоже своего рода легенду — гангстера Готти в фильме «Кодекс Готти»...

— Сначала в этом фильме вместе со мной должны были участвовать очень дорогие актеры. Но бюджет резко сократился. И мне пришлось даже свою жену, которая редко снимается, уговорить поучаствовать в этом проекте. Но дело не в этом. Джон Готти был гламурным, стильным, современным и очень твердо стоящим на земле человеком. Мог найти общий язык с любым и при этом обладал железной хваткой. Меня конечно же заинтриговала такая фигура. Я так же подходил к роли Роберта Шапиро, главного адвоката О. Джей Симпсона, убившего свою жену, но благодаря адвокату и его команде сумевшего избежать наказания. В сериале «Американская история преступлений».

— Скажите, Джон, вам понравился новый фильм Квентина Таран­тино «Однажды в... Голливуде»?

— Очень. Очень понравился. На мой взгляд, Квентин на сто процентов отразил то время и ту атмосферу в Голливуде. Единственное, что мне показалось ошибочным, — в начале 1969 года самолет «Боинг 747» еще не летал. Первый пробный полет этой модели прошел только в феврале 1969 года. И это все. Больше у меня нет к нему никаких вопросов. Я потому еще в восторге от этого фильма, что обожаю такие сюжеты: «А что, если бы события развивались иначе?» Ведь у Тарантино Шарон Тэйт остается жива, а погибают совсем другие люди... В общем, мне кажется, это какая-то своего рода восстановительная терапия. И конечно, я не могу не сказать, раз вы мне задали вопрос о Тарантино, что я всегда буду ему благодарен. За своего Винсента Вегу в «Криминальном чтиве». Благодаря Квентину в моей жизни и в моей карьере открылась совершенно новая глава. А это самый большой подарок, который один артист может подарить другому...

— Вообще-то, строго говоря, вы были известным актером и до 1994 го­да, то есть до «Криминального чтива», — «Бриолин» знаменитый, «Лихорадка субботнего вечера», «Го­род­ской ковбой», «Прокол», «Ос­тать­­ся в живых»...

— Всем известно, что наш бизнес очень нестабильный. Нельзя ни в чем быть уверенным. Ничто не может служить прочным якорем, удерживающим актера на определенной волне всегда.

С дочерью Эллой Блю в фильме «Ядовитая роза». 2019 г.
Фото: Legion-media

— А были роли, от которых отказались, а потом жалели?

— Их немного. Сценарий фильма «Всплеск», где сыграл в результате Том Хэнкс, писали на меня. Так же как роль в «Днях жатвы», там сыграл Ричард Гир вместо меня, как и написанную для меня роль в фильме «Офицер и джентльмен». И в «Красотке» — тоже Гир. (Смеется.) Не знаю, был бы я в той же позиции, что сейчас, снимись в этих фильмах. Но в любом случае я счастлив тем, что всегда мог выбирать. Сам. Это гораздо, на мой вкус, интереснее, чем безупречно выстроенная по определенному плану карьера. Много лет тому назад известный кинокритик из «Нью-Йорк таймс» преподала мне отличный урок. Она сказала: «Я надеюсь, Джон, вы никогда не станете глубоко переживать из-за каких-то наших критических мнений. Потому что, Джон, подумайте сами, это всего лишь мнения, и больше ничего». Мне было 23 года, но я запомнил эти слова на всю жизнь. Как-то Стив Маккуин — а он был кумиром миллионов, суперзвездой (это было незадолго до его преждевременной гибели) — снялся в малюсеньком фильме по пьесе Шекспира. И один журналист спросил его, зачем он тратит так много своего времени на его раскрутку. Маккуин ответил: «Иногда просто любишь то, что сделал. Гордишься и хочешь, чтобы твою работу увидели как можно больше людей. И оттого, что это маленькая работа, вовсе не значит, что я не имею на это права». Мне очень понравилось это интервью. Поэтому я всегда горжусь своей работой и никогда не отказываюсь рекламировать любое кино, даже если оно кажется кому-то незначительным.

— Да, вы явно не боитесь «малюсеньких» проектов...

— Иногда мне предлагают роли, которые для меня слишком мрачные. А хотят, чтобы именно я их сыграл, потому что считается, я могу сделать моего героя человечнее, чтобы он вызывал не одно лишь омерзение. Но далеко не всегда я соглашаюсь. Если сам не вижу в этом герое ничего, что мне могло бы понравиться, лучше ­откажусь.

— Скажите, пилотирование самолетов (у Траволты в отличие от других летчиков-любителей есть лицензия, позволяющая садиться за штурвал больших коммерческих самолетов, то есть тех, что совершают регулярные рейсы. — Прим. ред.) по-прежнему важная часть вашей жизни?

— Очень важная. Возможно, одна из самых важных.

— И жена и дети с вами летают?

— Да. То время, что мы вместе проводим в самолете, очень важно и ценно для всех нас. Никто не мешает, мы одни и можем полностью посвятить себя друг другу.

Подпишись на наш канал в Telegram
Накал страстей и ошеломляющий сюжет: 5 лучших психологических триллеров последних лет
2 февраля в прокат выходит психологический триллер «Хищники» с Дени Меноше («Бесславные ублюдки») и Мариной Фоис («22 пули: Бессмертный»). К премьере мы вспомнили лучшие психологические триллеры последних лет, сюжет которых будет держать вас в напряжении до самого конца.

«Хищники», 2022




популярные комментарии
#
Не люблю его. Он-саентолог. Как и Том Круз. Страшная секта.
#
#comment#
0 / 1500



Звезды в тренде

Принц Гарри (Prince Harry)
член королевской семьи Великобритании
Меган Маркл (Meghan Markle)
актриса, фотомодель
Вера Алдонина
дочь Юлии Началовой и Евгения Алдонина
Анна Романова
актриса театра и кино, астролог