[AD]

Александр Митта о работе с Филатовым, Высоцким, Шукшиным и Мироновым

Эксклюзивное интервью со знаменитым режиссером и сценаристом.
Наталья Николайчик
|
15 Сентября 2016
Леонид Филатов и Александра Яковлева в фильме «Экипаж». 1979 г. Леонид Филатов и Александра Яковлева в фильме «Экипаж». 1979 г. Фото: Мосфильм-инфо

«На пробы в «Экипаж» я пригласил обоих: Филатова и Даля. Но Лёня сказал: «Я не приду». — «Почему?» — «Я уже пробовался с Далем, все всегда берут его». В результате сниматься действительно начал Олег. Но после первого съемочного дня он попал в больницу...» — рассказывает режиссер и сценарист Александр Митта.

— Однажды вы сказали: «Я человек, у которого было отрублено детство»…

— Да, у меня, казалось бы, должно быть несчастливое детство. В 1937 году мне было четыре года, я лишился мамы. Ее арестовали и сослали на десять лет в магаданские концлагеря. После смерти Сталина полностью оправдали. Но детство без мамы не лучшее… А в 1941 году война оставила меня и без отца. Его послали на Урал строить танковые заводы, а я попал в детский дом, где было голодно. Но детство из всего извлекает радость жизни и остается в памяти как время счастья. Отец был нужным специалистом в автомобильном деле. Как только его вернули в Москву, он забрал меня с собой. И у меня в разгар войны началась не полоса, а поток счастливого детства во Дворце пионеров в центре Москвы. Я там пропадал с утра до вечера во всех творческих студиях: в скульптурной, живописной, театральной. Там, в бывшем купеческом особняке, звон стоял от детских голосов и песен.

Детство из всего может получить витамин жизни. Но когда рядом нет родителей, рискуешь задержаться в этом периоде. И все, что я делал, было продиктовано этим желанием. Сочинял стихи, рисовал картинки, придумывал какие-то пьесы, пошел рисовать в «Крокодил» и в детский юмористический журнал «Веселые картинки». В кино я, как и во всем, старался остаться в детстве, которым жизнь меня недокормила. Фильмы начал снимать детские — для детей, про детей: «Друг мой, Колька!..», «Точка, точка, запятая...», «Без страха и упрека». Мне повезло: в годы, когда я начал работать, кино для детей стало государственной заботой, я просто оказался в нужном месте. Но главное везение в том, что рядом были великие по таланту мастера детского кино. И первый — Александр Лукич Птушко, кинорежиссер-сказочник. 

Его фильмы смотрел весь мир. Он приносил премий и доходов больше, чем все остальные фильмы, вместе взятые. Мы их помним: «Новый Гулливер», «Алые паруса», «Садко», «Руслан и Людмила»… Это мировая классика детского кино. Богатство моей памяти — я видел, как все это рождается. Почему не продолжил путь Птушко? Простить себе не могу. Хотя я снял не одну сказку — «Сказку странствий», «Сказ про то, как царь Петр арапа женил». «Экипаж» — это ведь тоже сказка о том, как три богатыря спасали людей от огнедышащего дракона в фантастической стране. Сегодня художнику, чтобы выжить, нужно быть взрослым и уметь делать деньги из своей профессии. Но, по-моему, важнее способность остаться ребенком вопреки здравому смыслу.

Александр Митта Александр Митта на съемках фильма «Сказ про то, как царь Петр арапа женил». 1975 г. Фото: АнатолиЙ Ковтун /ТАСС

— Александр Наумович, в свое время вы учились на режиссерском факультете ВГИКа на одном курсе с Василием Шукшиным и Тарковским. Какие они были?

— Они оба были лидерами курса. На занятиях садились на первых скамьях, задавали педагогам вопросы. Были настоящими фанатиками своего дела. Шукшин, приехав поступать в Москву с тетрадкой рассказов, собирался стать сценаристом. О существовании такой профессии — режиссер — он даже не знал. Он думал, что если есть история и есть артисты, сыграть-то ее можно. За его кажущейся дремучестью выдающийся кинорежиссер Михаил Ильич Ромм, мастер нашего курса, сразу разглядел талант и отстоял Шукшина перед приемной комиссией.

— Это правда, что обаяние Шукшина было ­таким мощным, что ему и девушки не могли ­отказать?

— Да, он был яркий, красивый сибирской мужской красотой, и к тому же по характеру очень открытый и дружелюбный… Шукшин не погряз в романах — все время был занят. Постоянно писал свои рассказы убористым почерком с обеих сторон листа. В литературу Шукшин ворвался стремительно, и в этом ему помог Ромм. Михаил Ильич не советовал ему рассылать по журналам рассказы по одному. А вот когда у Шукшина накопилось большое количество отличных историй, Ромм сказал: «Пора!» Так рассказы оказались и в «Новом мире», и в «Октябре» — в самом правом и самом левом журналах. 

О самородке с Алтая сразу же заговорили! Но Шукшин не почивал на лаврах. Иногда он работал круглые сутки. Днем учился, играл во всех студенческих работах, снимался в кино. А ночью у него был допинг: банка растворимого кофе, бутылка водки и две пачки сигарет. Каждую ночь он писал по рассказу. Так и сжег себя. Когда Шукшин умер, врач, делавший вскрытие, сказал его ближайшему другу — актеру Жоре Буркову: «У Шукшина было нормальное, но полностью изношенное сердце 90-летнего человека. Он мог еще месяц прожить, два, но не больше».

Внешне Шукшин казался мощным человеком, но при этом был очень уязвим. Некоторое время он жил у меня. Именно тогда ему пришла казенная бумага: «Макар Леонтьевич Шукшин реабилитирован посмертно». Это — о его отце, расстрелянном в коллективизацию. В наше время все вокруг получали такие бумажки — чуть шире спичечного коробка, с бледными буквами. Все радовались. А Шукшин страшно переживал и корил себя за то, что всю жизнь стыдился отца. У него остались воспоминания, как они с матерью ходили в лагерь, который находился всего в двадцати километрах от их села Сростки. Они жили голодно, но собирали последнее, чтобы приготовить котомочку с едой для отца. Приходили к колючей проволоке и перебрасывали. А того уже давно не было в живых. 

 Алексей Петренко и Владимир Высоцкий в фильме «Сказ про то, как царь Петр арапа женил». 1976 г. «Высоцкий мог по две-три ночи подряд не спать. Володя же и в кино снимался, и в театре репетировал, и концерты давал… Когда же ему песни было писать, как не по ночам?» Алексей Петренко и Владимир Высоцкий в фильме «Сказ про то, как царь Петр арапа женил». 1976 г. Фото: Мосфильм-инфо

Расстреляли практически сразу после ареста… Шукшин был в таком шоке после получения этого письма, что тут же страшно напился и пошел бить представителя власти — первого попавшегося милиционера. Естественно, его забрали. Ромм тогда надел свой пиджак, который называл «лауреатским», с пятью медалями и отправился выручать своего студента. Впоследствии эти вспышки у Шукшина повторялись неоднократно — справка о реабилитации послужила спусковым крючком к такому поведению. Выработался алгоритм: Шукшин пьет и бьет милиционера. Ромм вздыхал: «Вот висит мой пиджак с медалями. Я его надеваю, только когда надо Васю вызволять».

— Ваша семья ведь тоже пострадала от репрессий?

— Так и есть… Мне было четыре года, когда у меня начались «счастливые» вечера. Отец сказал, что мама уехала в командировку, и стал по вечерам вместо нее читать мне сказки. А маму арестовали… Он и сам был на краю пропасти: жена — враг народа, сам наверняка шпион. Он ведь только что вернулся из командировки в Америку, где осваивал на заводах Форда технологию металлопокрытия для «ЗИСов». Директором завода был его друг Лихачев. И тот не мог отменить арест, но мог отсрочить, перенеся имя ценного сотрудника из нынешнего арестного списка в следующий. В отношении моего отца Лихачев воспользовался этим своим правом 19 раз. И дело было, конечно, не в дружбе, отец был действительно практически незаменимым сотрудником — он держал цех, который, говоря простым языком, отвечал за то, чтобы машины руководителей страны сверкали никелированным покрытием…

Много позже я узнал: беда с моей мамой про­изошла из-за того, что она была красавицей. Может, кто-то помнит знаменитый в свое время конструктивистский плакат «Рабфаковка» — на фоне Большого театра молодая женщина в пальто с поднятой рукой. Это моя мама… К ней стал приставать с ухаживаниями энкавэдэшник, и она не просто ему отказала, а поставила вопрос на обсуждение на партийной ячейке. А он отомстил — заставил двух работниц маминого предприятия сказать, что они якобы слышали от нее: «Убили Кирова — и Сталина убьют». После маминого ареста отец даже ходил к этим женщинам со мной, крошечным. Они плакали и честно признались: им угрожали…

Среди собравшихся в квартире Высоцкого (стоят слева направо): Борис Мессерер, Эдуард Володарский, Станислав Говорухин, Марина Влади и Владимир Высоцкий; (сидят): Белла Ахмадулина (1), Василий Аксенов (2), отец Высоцкого Семен Владимирович и его вторая жена Евгения (3, 4), Всеволод Абдулов и его дочь Юлия (5, 6), жена Володарского Фарида (7), Александр Митта и его жена Лиля Майорова (8, 9). 1975 г. «Влади четко подчинила свою жизнь Высоцкому. Контракты из-за него срывала... Чуть что, она детей под мышку — и в Москву» Среди собравшихся в квартире Высоцкого (стоят слева направо): Борис Мессерер, Эдуард Володарский, Станислав Говорухин, Марина Влади и Владимир Высоцкий; (сидят): Белла Ахмадулина (1), Василий Аксенов (2), отец Высоцкого Семен Владимирович и его вторая жена Евгения (3, 4), Всеволод Абдулов и его дочь Юлия (5, 6), жена Володарского Фарида (7), Александр Митта и его жена Лиля Майорова (8, 9). 1975 г. Фото: Валерий Плотников

Меня фактически воспитывала старшая сестра Лена — дочь мамы от первого брака, а еще тетя Женя, мамина сестра, которая уже отсидела свои пять лет. Тетя была главным врачом больницы в поселке Мышега около Алексина, это в Тульской области. Я проводил у нее каждое лето. Когда через десять лет вернулась мама, она поселилась у тети Жени. В Москве ей находиться было нельзя. Приезжая к тете, я общался с мамой. Внешне лагерь ее не испортил: на удивление, она осталась такой же румяной красавицей, как и прежде. Правда, ее благополучие было внешним. Через два года мамы не стало…

Ну а со стороны отца пять мужчин в нашей семье к началу войны были расстреляны. Репрессии не коснулись только отца и его самого старшего брата. Он прошел всю войну военным врачом. И самого младшего, которого забрали в армию с первого курса института и он в первые дни войны сгорел в танке. Мои тетки и двоюродные сестры тоже пострадали: если сложить все их сроки, отсидели они шестьдесят лет. Например, двоюродную сестру Инну взяли прямо с защиты диплома.

Я рос и четко понимал: лагерная участь и меня не минует. Поэтому решил пойти на архитектурный факультет инженерно-строительного института, МИСИ: рассчитывал получить полезную профессию, чтобы не оказаться на общих работах на лесоповале. Мне невероятно повезло: педагог по архитектуре у меня был великий архитектор Константин Степанович Мельников. Я бывал у него в его уникальном круглом доме в Кривоарбатском переулке.

— Когда же вы решили поступать во ВГИК и стать режиссером?

— Институт я окончил в 55-м году. Сталина уже не было. Наступили новые времена, и я понял: никто арестовывать меня не будет. И решил пойти во ВГИК. Я просто с улицы пришел к Михаилу Ильичу Ромму домой и оставил у него свои работы. Он вел уже второй курс и написал мне рекомендацию. Меня взял на курс тоже великий Александр Петрович Довженко. Это идеальный первый мастер — он не вел классические занятия, он произносил проповеди и настраивал на пафос служения человечеству и Искусству с большой буквы «И». Это воодушевляло. На его курсе учились Лариса Шепитько, Отар Иоселиани, Георгий Шенгелая... 

После первого семестра Довженко меня выпроводил: «Что тебе среди детей делать? Иди к Ромму». Так я оказался на курсе Михаила Ильича, где учились Тарковский и Шукшин. Ромм не только ко всем своим студентам относился по-отечески. Двери его дома были всегда для нас открыты. Михаил Ильич разговаривал о профессии, о жизни. Кормил гостей знаменитым борщом, давал в долг деньги, зная, что не вернут.

Валерий Тодоровский с женой Лилей. 2010 г. «Когда Валера Тодоровский задумал снимать фильм «Стиляги», он с Лилей консультировался. Она многие модные вещи придумала» С женой Лилей. 2010 г. Фото: Юрий Феклистов

Когда я начинал учиться киноделу, на студиях страны снимали ничтожное количество фильмов. Но каждый год их становилось все больше. К моменту нашего дипломного завершения все основные студии нуждались в молодых кадрах. Меня позвали на «Ленфильм» развивать сценарий комедии «Полосатый рейс» и тут же вернули в Москву — там образовалось объединение «Юность», фильмов для детей и подростков, как будто специально для меня. «Полосатый рейс» я отдал Володе Фетину. И он снял прекрасную комедию, которая до сих пор не сходит с экранов. А я вместе со своим товарищем Алексеем Салтыковым принес на «Мосфильм» сценарий Александра Хмелика «Друг мой, Колька!..». 

Рядом с нами свой первый дипломный фильм снимал Андрей Тарковский — это была новелла «Каток и скрипка», Василий Шукшин снимал свою первую короткометражку «Из Лебяжьего сообщают». У Тарковского уже был готов сценарий «Андрея Рублева», но на пути к этому фильму он получил от студии предложение исправить проваленный фильм «Иваново детство» — за половину оставшихся денег доснять картину. Он сказал: «Хорошо, но я сделаю все, что хочу». И полностью переписал сценарий. Этот фильм открыл и режиссера Андрея Тарковского, и оператора Вадима Юсова — лучшего европейского мастера. Так победы и провалы тесно слепились в студийной жизни. Но места хватало всем.

— Вы сняли немало фильмов, сделавшихся теперь уже настоящей классикой кино. И актерских имен тоже открыли немало. Ту же Проклову в фильме «Звонят, откройте дверь».

— Это она меня открыла. Потому что получить такую девочку было подарком! Мы искали идеальную юную актрису, а она, оказывается, все время была при нас, в группе. Лена — внучка второго режиссера и поэтому все время была на студии, подыгрывала девочкам, которые приходили на пробы. Не сразу я догадался, что можно роль предложить ей. На площадке двенадцатилетняя Лена оказалась абсолютно самоотверженной. У нас были зимние съемки на Гоголевском бульваре, у Кропоткинских ворот. И я Лену как-то из виду потерял. Спрашиваю: «Где она?» — «Да плачет». — «А что такое?» — «Отогревается. Отплачется, отогреется и вернется». А морозы тогда стояли лютые, у Лены на ногах только рейтузы не очень плотные. Так съемки и шли. Отплакалась, согрелась — и снова на площадку. Этого долгое время никто не замечал...

Елена Проклова и Олег Табаков в фильме «Гори, гори, моя звезда». 1969 г. «На главную роль был утвержден Ролан Быков, но вместо него сыграл Олег Табаков. И у них с Леночкой все получилось просто отлично!» Елена Проклова и Олег Табаков в фильме «Гори, гори, моя звезда». 1969 г. Фото: Мосфильм-инфо

В фильм «Гори, гори, моя звезда» Леночку я тоже пригласил — она там очень хорошо играет. А на главную роль был утвержден Ролан Быков, с которым мы были знакомы еще с драмкружка в Доме пионеров. Но у него оказалось свое жесткое представление о том, какой должна быть картина. Он не хотел никакого юмора. С его приходом и напором у меня все стало валиться из рук. Картину спасло то, что ее закрыли. Танки вошли в Чехословакию, и в Министерстве культуры прошла ревизия. Сценарий показался подозрительным, и фильм заморозили. Когда через полгода картину снова запустили, в главной роли уже снимался Олег Табаков

С Табаковым дело пошло отлично! Эта картина — рекордная по количеству снимавшихся в ней режиссеров. По правилам на маленькие эпизодические роли полагалось брать штатных артистов Театра киноактера. Но у режиссеров вид был поинтеллигентней. И получить в ансамбль режиссеров Наумова, Хуциева, Воинова было заманчиво. Однако не я один мечтал о таком подарке. Андрей Тарковский написал сценарий о революционере Лазо и сыграл роль царского полковника, который сжигает Лазо в паровозной топке. А тут подоспел мой фильм, где Наумов, Хуциев и Пороховщиков расстреливают Олега Табакова — так это восприняли чиновники в министерстве. Министр кричал: «Что за мода у режиссеров?! Надевают бело­гвардейские погоны и сжигают коммунистов!»

— В этой картине у вас еще один режиссер-актер снялся — Олег Ефремов...

— Роль молчаливого художника Федора я придумал для Никулина. Но тот вместе с цирком задержался на гастролях в Австралии. Застрял на другом континенте чуть ли не на полгода, у них там был бешеный успех. Ждать я не мог и обратился к Олегу: «У меня есть роль. Она написана для Юрия Никулина. И он там все время молчит, потому что он это делает лучше всех. Но я для тебя напишу большие монологи. Собственно, они уже написаны, ты выберешь все, что тебе понравится». Олег говорит: «Оставь этого художника молчать. А я буду думать о своем. У меня в театре такие проблемы, что получится очень драматично!» Посмеялись… И действительно, Олег промолчал весь фильм. По-моему, сыграл одну из самых ярких ролей. А мы и не заметили, как его сняли… Так иногда бывает — получаешь нежданный подарок от великого артиста. Случается, вынужденные замены становятся настоящей удачей…

Андрей Миронов и Татьяна Аксюта в фильме «Сказка странствий». 1982 г. «Миронов боролся за эту роль. Позвал меня домой и разыграл целый концерт — сыпал остротами, пел, был просто неотразим. Это был ярчайший из виденных мной актерских бенефисов» Андрей Миронов и Татьяна Аксюта в фильме «Сказка странствий». 1982 г.

— Такой удачной заменой стал Андрей Миронов в «Сказке странствий»? Вы ведь предполагали на главную роль Леонида Филатова.

— Это была не замена. Я видел, что с одним актером фильм может стать философской притчей, а с другим — трагической клоунадой о главных ценностях жизни. Снять два фильма было нереально. Но когда еще перед тобой есть два великих артиста и оба могут сыграть?! В театре бывает два состава, в кино возможен только один. Филатов деликатно предлагал сделать выбор, он никогда не демонстрировал свою большую заинтересованность, не влиял на режиссера. А Миронов понимал, что эта роль, по сути, его, и боролся за нее. Позвал меня домой и разыграл целый концерт — сыпал остротами, пел, был просто неотразим. Это был ярчайший из всех когда-либо виденных мной актерских бенефисов. Потом, когда он снимался на студиях Румынии и Чехословакии, его сцены не раз завершались аплодисментами восхищенных зрителей — в них превращались работники съемочной группы. В России я никогда не видел такой импульсивной благодарности. Я слышал, что у нас на съемочной площадке аплодировали только Людмиле Гурченко. А во всем мире эта форма оценки существует.

Василий Шукшин на съемках фильма «Калина красная». 1973 г. «Шукшин был яркий, красивый сибирской мужской красотой. Но в романах не погряз — все время был занят, писал рассказы» Василий Шукшин на съемках фильма «Калина красная». 1973 г. Фото: Игорь Гневашев

— Ну а Филатов прекрасно сыграл у вас в другом фильме — в «Экипаже»…

— При том что роль, которую он так ярко сыграл, сначала получил Олег Даль. Я пригласил на пробы обоих. Когда Филатов узнал про Олега, сказал: «Я не приду». — «Почему?» — «Я уже пробовался с Далем, все всегда берут Даля». В результате сниматься действительно начал Олег. Но после первого съемочного дня он заболел. Оказалось, у него нервное истощение, и требовалось три месяца на восстановление. Так сказали врачи. Тогда я пришел к Олегу в больницу: «Если не возражаешь, я позову вместо тебя Филатова». — «Конечно, зови!» Я позвонил Лёне, а тот перезвонил Далю — выяснить, нет ли здесь какой-то интриги, и только после этого согласился. Он был идеально порядочным человеком… Попадание в роль оказалось абсолютным! 

На этом фильме вообще было много таких попаданий. Например, Георгий Жженов. Он тоже появился в результате замены. Я часто, когда поработаю на картине с хорошим актером, вижу его в следующем фильме. А на предыдущей картине «Сказ про то, как царь Петр арапа женил» я работал с Алексеем Петренко — он замечательно играл царя. Пригласил я его и в «Экипаж». И он, к моему отчаянию, отказался. Сказал: «Металл — не мое, я — человек деревянный. В крошечной баньке париться могу, а в железной кабине мне трудно». Зато Георгий Степанович Жженов был буквально рожден для этой роли! Его вся страна полюбила.

Рената Литвинова «Именно после этой роли Ренату узнали и полюбили жители всей страны. Несмотря на то что сама сценарист, в текст она не вмешивалась — не поменяла ни слова» В фильме «Граница. Таежный роман». 2000 г. Фото: Анатолий Пашвыкин

— В «Сказе про то, как царь Петр арапа женил» вы и Высоцкого снимали. Его сразу пригласили или тоже планировали кого-то другого снимать?

— Высоцкого я не просто пригласил, именно под него изначально сценарий писался. Мы давно дружили. Рядом с нами жила его мама, и он часто по дороге от мамы к себе в Матвеевское застревал и ночевал у нас. Глядя на него, можно было решить, что это человек абсолютно железного здоровья. Сухощавый, мышцы железные, мог по две-три ночи подряд не спать. Он и не спал — я свидетелем был: все спят, а он согнулся над листком бумаги и что-то пишет… Высоцкий же и на радио работал чуть ли не каждый день, и в кино снимался, и в театре репетировал, и у него постоянно были концерты… 

Когда же ему песни было писать, как не по ночам? Марина четко подчинила свою жизнь Высоцкому. Контракты из-за него срывала, с ней уж перестали связываться в кино. Чуть что, она детей под мышку — и к нему, в Москву. Последние годы Володи были очень плодотворные! У него, конечно, должно было быть огромное актерское будущее, по «Месту встречи изменить нельзя» можно понять, какой он был актер для кино. И еще он хотел заниматься режиссурой, подготовил сценарий «Зеленый фургон», в Одессе должен был начинать съемки.

— А правда, что Высоцкий именно у вас праздновал свадьбу с Мариной?

— Нет, они сняли квартиру на Фрунзенской набережной. Круг гостей был очень узкий: Андрей Вознесенский и Зураб Церетели. Лиля (жена Митты. — Прим. ред.) приготовила яблочный пирог.

— Я слышала, что у вас был очень гостеприимный дом...

— Наша первая комнатка была рядом с гостиницей «Советская», в концертном зале которой первое время находился молодой «Современник». Вот «Современник» у нас и собирался. Заходили и ребята с «Таганки», многие другие. Перед приходом гостей Лиля бежала на рынок, покупала большую баранью ногу, нашпиговывала ее чесноком и запекала. С этим блюдом никакой ресторан не мог конкурировать. Это был фирменный знак дома. Никаких других закусок не требовалось, все отрезали куски и были довольны.

Лиля и сама работала в театре — у Образцова, делала куклы. У нее в мастерской был запас золотой и серебряной пудры, и благодаря Лиле прически московских модниц в буквальном смысле стали блестящими. Она же была в свое время королевой стиляг! Кстати, когда Валера Тодоровский задумал снимать фильм «Стиляги», он с Лилей консультировался. Она не просто сама наряжалась, она многие модные вещи придумала. Когда на Западе появились модные платформы, Лиля рассказала об этом знакомому сапожнику, и тот стал делать на всю Москву такую обувь. 

С Еленой Пановой и Михаилом Ефремовым на съемках фильма «Граница. Таежный роман» «Сценарий киноредакции Первого канала не понравился. Но, на мое счастье, его прочитал Эрнст и сказал: «Снимайте!» Фильм получился удачным. Жалею, что не придумал сиквел…» С Еленой Пановой и Михаилом Ефремовым на съемках фильма «Граница. Таежный роман» Фото: Анатолий Пашвыкин

Лиля придумала и плащи из прозрачного винипластика. Вниз она подкладывала полосатую ткань и все это сшивала. Даже сейчас такая модель выглядит красиво!.. Она работала не только в Театре Образцова, но и готовила экспозиции огромных кукол для международных выставок. А главная ее работа — придумывать и рисовать в издательстве «Малыш» книжки-игрушки, первые книжки дошкольника: «Курочка Ряба», «Сестрица Аленушка и братец Иванушка», «Принцесса на горошине»… Тираж был два-три миллиона в год. Их покупали в 40 странах и переводили на 26 языков. Способ, которым делались эти книги, так и назывался — «по типу Майоровой».

Познакомились мы с ней в издательстве «Малыш». Я в свободное от учебы время подрабатывал в «Крокодиле» и в «Веселых картинках» — придумывал комиксы, которые дети носили в карманах и которыми обменивались. В издательство меня пригласили, чтобы я совместно с Лилей сделал книжку. Книжка не вышла, а семья получилась. Я вообще удивляюсь, почему Лиля выбрала меня. У нее ведь в поклонниках были самые яркие мужчины того времени, и каждый сразу же предлагал жениться… Думаю, дело в романтической идее — в моем лице она нашла человека, который без нее пропадет. А значит, его нужно во что бы то ни стало спасти.

— Может быть, вас спасла именно жена. Но как бы то ни было, теперь вы — настоящий мэтр. Десять лет преподавали в киношколе в Гамбурге… Вы вернулись в кино в 2000 году, сняв для Первого канала сериал «Граница. Таежный роман»...

— Киноиндустрия за это время сильно изменилась. К тому же у меня не было опыта работы на телевидении. Сценарий «Таежного романа» киноредакции Первого канала не понравился. Но, на мое счастье, его прочитал Эрнст и сказал: «Снимайте!» В картине работали прекрасные артисты. Алексей Гуськов потрясающе раскрылся. Прекрасные Марат Башаров, Андрей Панин и Миша Ефремов, который по своему таланту не уступает выдающемуся отцу… Женский состав замечательный — Ольга Будина, Лена Панова и Рената Литвинова. Прежде Литвинова играла артхаусные роли. Ее героиня Альбина получилась объемной и драматичной. Именно после этой роли Ренату полюбили и узнали зрители всей страны. В текст она, несмотря на то что сама сценарист, не вмешивалась — не поменяла ни слова из того, что написали мы с Зоей Кудрей. 

Александр Митта с Олегом Ефремовым и Евгением Леоновым на съемках фильма «Гори, гори, моя звезда». 1969 г. «Роль художника я придумал для Никулина. Но тот с цирком задержался на гастролях, и я обратился к Ефремову. По-моему, он сыграл одну из самых ярких ролей. Случается, вынужденные замены становятся настоящей удачей…» С Олегом Ефремовым и Евгением Леоновым на съемках фильма «Гори, гори, моя звезда». 1969 г. Фото: Мосфильм-инфо

У Зои брат был командиром на аэродроме, и он помог нам найти безлюдный, расформированный аэродром в брянских лесах. Военная часть там раньше была — полторы тысячи человек боевого состава, а к моменту съемок осталось всего сто охранников. Помещения пустовали, и мы построили там декорации. Наш быт тоже устроился вполне нормально. Военный городок обезлюдел, и можно было занимать любые квартиры. Правда, они все были одинаковые: крыша над головой и койка. Но никто из артистов никаких требований не выставлял, все смирились с тем, что есть. Это сейчас все они звезды, у всех райдеры с экзотическими требованиями. А тогда даже Рената Литвинова довольствовалась малым. Единственные привилегии, которыми она пользовалась, — свой художник по костюмам, поэтому она всюду божественно одета. У всех остальных одежда была из общей костюмерной. Фильм получился удачным. Жалею, что не придумал сиквел…

— А чем сейчас занимаетесь?

— Снял фильм «Шагал — Малевич». Еще у меня начаты и не дописаны три книжки, нужно все завершить. Ну и вот уже много лет у меня в Москве своя киношкола. С 5 сентября начался очередной учебный год. Я работаю курсами, где преподают крепкие практики: Николай Лебедев, Дмитрий Астрахан и другие прекрасные режиссеры и сценаристы. Раньше приезжали лучшие педагоги из Америки. Принцип школы простой: не воспитывать, а обучать ремеслу. А там уж у всякого своя судьба. Мне на свою грех жаловаться…


ПОПУЛЯРНЫЕ КОММЕНТАРИИ

  • #
    Чудесный режиссер и, очевидно, хороший человек. Если у меня неважное настроение - я просто включаю "Арапа" с этим невозможно "мультипликатированным" Высоцким, с гениальным молодым Петренко, с чудесным Морозовым, с нежнейшей куколкой-Мазуркевич....А Рыжов?! Господи, да там даже Кокшенов хорош!!! Это просто фантастический фильм, это всем фильмам фильма, и эта гениальная музыка Шнитке..."Бабочек" можно слушать бесконечно. Этот фильм надо в золото оправить и на выставку в Эрмитаж

  • #
    Замечательное и теплое интервью. Обо всех написано с душой и добром. Спасибо, Александр Наумович за Ваши великолепные фильмы и интересные воспоминания.

  • #
    Все перечисленные фильмы - шедевры. И сколько открытий актерских, просто чудо. Многие потом так и не повторили свой успех, Мих.Ефремов в их числе.

  • #
    #comment#
  • Не удалось отправить сообщение
    Ирина Пегова Ирина Пегова актриса театра и кино
    Все о звездах

    Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.





    НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

    Загрузка...

    +