Агния Дитковските: «Сжигаю мосты навсегда»

«Пузырек дрожит в руках. Высыпаю содержимое на ладонь: горстка таблеток — на одной чаше весов, на другой — жизнь».
Агния Дитковските Агния Дитковските Фото: Михаил Королев

Пузырек дрожит и позвякивает в руках. Открываю его и высыпаю содержимое на ладонь: убогая горстка таблеток — на одной чаше весов, на другой — жизнь. С ее радостями и болью, любовью и разочарованиями… Неужели сейчас всему настанет конец?

Сразу вспомнилось: начинается урок в московской школе при посольстве Литвы, и наша учительница со скорбным лицом произносит: «Сегодня Катя не смогла прийти...» «Ну и где эта тихоня? В библиотеке?» — отзываются мальчишки (они вечно издевались над нашей самой большой «зубрилкой»).

— «Кати больше нет — она покончила с собой...» Наша одноклассница ушла, оставив лишь пафосную записку всем людям на земле: «Я не могу сделать вас счастливыми». Вина, сочувствие, жалость — вряд ли мы испытали тогда хоть одно из этих чувств. «У нее всегда были не все дома», — поставили диагноз мальчишки. «Какая глупость — умирать из-за первой любви в 15 лет! Подумаешь, с парнем рассталась…» — пожимали плечами девчонки. Только со временем я поняла, что для такого поступка одной сердечной раны недостаточно. Беда не приходит одна: родители не понимают, сверстники травят, любовь безответна… Все накапливается, и в один ужасный момент ты говоришь себе: «Все, стоп!» Я сама не раз переживала нечто подобное…

Москва до сих пор кажется мне враждебной.

Меня очень поддерживала мама... Особенно мы сблизились, когда
переехали в Москву. С мамой, актрисой Татьяной Лютаевой, и братом
Доминикасом Меня очень поддерживала мама... Особенно мы сблизились, когда переехали в Москву. С мамой, актрисой Татьяной Лютаевой, и братом Доминикасом Фото: Михаил Клюев

Хотя живу здесь уже несколько лет и неплохо знаю город. Возможно, все дело в первом впечатлении. Когда мы с мамой переехали сюда из Вильнюса, я плакала и просилась обратно. Все вспоминала маленький уютный городок с симпатичными домиками и улыбчивыми жителями. А тут все бегут, толкаются, посылают друг друга куда подальше… Кроме того, мои друзья остались в Литве. А в Москве даже дети — и те каждый сам по себе. Может, поэтому с момента переезда я нашла так мало новых друзей. Да и языковой барьер поначалу мешал. Я тогда хорошо поняла маму: в свое время она переехала в Вильнюс к папе и начинала там жизнь с нуля, не зная ни слова по-литовски. Так же и я — зубрила русский язык по несколько часов в день, но когда выходила на улицу и вынуждена была с кем-то общаться, слова из себя выдавить не могла. Выглядела как умная собака: все понимаю, киваю, но в ответ лучше промолчу.

И я замкнулась в своем школьном кругу — не самом, надо заметить, дружелюбном. Там на меня сразу повесили ярлык «девочки из актерской семьи». Тогда меня очень поддерживала мама…

На тот момент я считала ее своей лучшей подругой — особенно мы сблизились, когда переехали в Москву. Не скрою, в детстве я сложно переживала их развод с папой. Мне было всего пять лет, когда родители разошлись, я даже толком не поняла, что произошло. И почему с нами живет другой дядя, а у папы — новая жена. Отчим Рокас отчаялся найти ко мне подход и однажды, как профессиональный философ, махнул на поведение приемной дочери рукой. Я запрещала ему заходить за мной в школу (а он упрямо ждал у выхода каждый день), смеялась над тем, как он одевается, не вступала в диалог, когда задавал вопросы…

А иногда демонстративно собирала вещи и убегала жить к папе. Но там тоже не чувствовала себя как дома: его новая супруга искренне, но тщетно хотела наладить со мной общение, я же просто старалась ее не замечать. В результате срывалась и с той же сумкой бежала обратно к маме… Казалось, эти метания не закончатся никогда. Но прошло время, обе семьи распались. А я повзрослела, и сейчас мы с Рокасом прекрасно общаемся.

Мама никогда не показывала мне своих переживаний — всегда энергичная, жизнерадостная. И я научилась у нее не терпеть, если вдруг становится плохо. А по характеру я человек даже более жесткий — сжигаю мосты навсегда.

Передо мной довольно рано встал серьезный выбор: работа или учеба. Я собиралась во ВГИК, где учились мои родители, — они вспоминали свое студенчество как самое счастливое время. Поступая, пребывала в розовых очках, хотя прослушивание вспоминаю с содроганием. Терпеть не могу кастинги — эту, к сожалению, неотъемлемую часть профессии: служить бы рада, прослушиваться тошно… А во время учебы иллюзии постепенно стали рассеиваться. Однокурсники сбивались в какие-то компании, шли тусоваться, я же оставалась одиночницей — в клуб меня силком не затащишь: громкую музыку не люблю — слишком спокойная по натуре. Ребята же восприняли это как высокомерие с моей стороны. Вскоре меня стали приглашать на съемки. В первый раз я честно пошла в учебную часть, чтобы отпроситься с пары, и натолкнулась на строгий запрет. Но все равно сбежала с занятий.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Жан-Клод Ван Дамм (Jean-Claude Van Damme) Жан-Клод Ван Дамм (Jean-Claude Van Damme) Актер, режиссер, сценарист, каратист
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
+