Тутта Ларсен: «Не дай бог пройти этот путь!»

«Все мои молитвы к Господу были только о том, чтобы он послал нам с Лукой мужчину по судьбе».
Татьяна Зайцева
|
16 Февраля 2009
С мужем Валерием и сыном Лукой С мужем Валерием и сыном Лукой Фото: Марк Штейнбок

За два с половиной года, прошедших с момента публикации в «7Д» интервью с Туттой Ларсен (Татьяной Романенко), в ее жизни изменилось многое. Если рассматривать самые ключевые события, то их два: телеведущая стала работать на канале «Звезда», покинув MTV, лицом которого была на протяжении 10 лет, и вот уже полгода как вышла замуж. Однако мужа своего все это время тщательно шифровала и никому не показывала. Так что официальное знакомство с Валерием происходит впервые.

Интервью с Туттой, опубликованное в «7Д» летом 2006 года, имело огромный резонанс.

Читатели, и особенно читательницы, всей душой сопереживали Тане, откровенно рассказавшей непростую историю своей жизни. И не мудрено, ведь популярной телеведущей действительно пришлось пережить многое: измены любимого мужа и тяжелое расставание с ним, трагически прерванную беременность и последовавшую за этим жестокую, угрожающую жизни болезнь, на несколько месяцев приковавшую молодую женщину к постели, мучительно-трудную победу над этим недугом и встречу новой любви, наконец рождение здорового ребенка и… непризнание его собственным отцом. Имя которого, кстати, Татьяна упорно скрывала. Однако обращалась через наш журнал и к нему, и к членам его семьи с призывом начать общение с малышом…

Вскоре после публикации в «7Д» этот человек сам решил рассекретиться, дав интервью одной из газет. Им оказался журналист Захар Артемьев, родной брат Паши Артемьева из группы «Корни».

— Таня, Захар утверждает, что когда-то рвался к своему ребенку, жаждал его увидеть, но вы категорически этому воспротивились.

— Никто никуда не рвался и не рвется, хотя мы с Лукой по-прежнему готовы к контакту. Если отец захочет увидеть сына, побыть с ним, то запросто может это осуществить, спокойно придя к нам в гости. И, кстати, убедиться в том, что они — одной породы. Если бы даже я захотела откреститься от отцовства Захара, мне сложно было бы это сделать, потому что Лука внешне просто копия Артемьева — от кончиков ногтей до кончиков кудрей…

К сожалению, после рождения Луки мы с Захаром ни разу лично не разговаривали.

— По словам Артемьева, вы его резко выгнали и наотрез отказались выйти за него замуж, хотя он и предлагал вам это.

— Да, и неоднократно. К сожалению, к тому времени, когда эти предложения стали озвучиваться, я абсолютно точно поняла: Захар не тот мужчина, с которым я смогу прожить до конца своих дней. Тогда у него, по всей видимости, был такой период в жизни: ему казалось, что весь мир настроен к нему враждебно, и он не мог найти в нем себя. Вывести его из этого состояния у меня не получилось. Я хотела носить своего ребенка в спокойствии, без истерик и скандалов, просто радуясь жизни. Надо сказать, довольно долго я всеми силами пыталась отрегулировать отношения, пока все-таки не сработал инстинкт самосохранения.

Не чувствуя опоры и поддержки от Захара, в какой-то момент я четко осознала: с ним мне труднее, чем без него. Захар, видимо, не понимал, в чем причина наших проблем, почему я не хочу быть с ним, из-за чего не могу выйти за него замуж, обижался на меня и в связи с этим обижал меня. И все это нарастало как снежный ком, пока, наконец, мы вообще не перестали понимать друг друга. И все это доросло до таких космических истерик, что у меня просто не оставалось другого выхода, кроме как окончательно разорвать отношения. Но что бы я сейчас ни говорила, мне самой очевидно: безусловно, и я виновата в нашем с Захаром разрыве, потому что в истории двоих всегда виноваты двое. Моя глобальная вина состоит в том, что я не смогла найти способа остаться рядом с этим мужчиной, не нашла в себе мужества выйти за него замуж, что зачала ребенка не в браке…

Фото: Марк Штейнбок

Для меня это было достаточно непростым решением, я пережила огромную внутреннюю драму. Каждую неделю ходила в храм, каялась. Страшно мучилась оттого, что не могла наладить никакого общения с отцом моего ребенка. Знаете, я ведь безумно хотела родить от Захара, в тот момент, когда мы зачали Луку, я его действительно любила. Все в нем нравилось — такой красивый, интересный парень, из прекрасной, талантливой семьи. Кстати, желание иметь ребенка было у нас обоюдным, и, когда я забеременела, это было счастье для двоих. Но, как говорится, все в воле Божьей… Поражаюсь, когда мне иногда звонят журналисты и говорят: «Тутта, мы делаем подборку материалов про сильных женщин, которые выбрали себе путь матери-одиночки, расскажите про себя...»

Я говорю: «Вы чего, тю-тю?! С ума сошли?! Такие пути не выбирают, не дай Бог никому его пройти». Но это дело прошлое, сегодня я испытываю к Захару огромную благодарность — и только.

— Как же вы жили то время, пока были матерью-одиночкой?

— Если вы про слезы в подушку, то скажу так: они были, но не по конкретному потерянному мужчине, а просто от общего положения дел. Ведь понятно, что ситуация, в которой женщина рожает ребенка одна, изначально влечет за собой определенные последствия. Вот вам, к примеру, такая показательная картинка. Работала я однажды на корпоративной вечеринке — это же очень хороший хлеб. Поехали мы, как обычно, все вместе: я, няня и Лука — они всегда сопровождали меня на все съемки и концерты, потому что на протяжении года и трех месяцев я кормила сына грудью.

После завершения работы мы подошли к машине, и я стала складывать коляску, чтобы запихнуть ее в багажник. Но она, зараза, никак не складывалась! При этом на улице был ливень как из ведра, а я — в белом платье и в босоножках на каблуках. Вокруг никого. Коляска тяжелая, колеса у нее грязные, и я, вся уже в этой грязи, бьюсь с этой чертовой коляской и реву, размазывая по лицу сопли и слезы... Дико тяжело было одной просто потому, что все приходилось делать самой — мужика-то в доме вообще не было никакого. Так сложилось, что у нас ни дедушки нет рядом, ни дядюшки, никого... Элементарно — лампочку вкрутить, шуруп ввинтить некому было. Нет, появлялись, конечно, в совсем уж критические моменты какие-то чужие мужики — мужья моих подруг, что-то делали, то есть совсем без помощи я не оставалась.

Мне вообще как-то очень везло — и с няней, и с врачами, и подарки от знакомых и родственников сыпались как из рога изобилия, и подруги мои, уже успевшие породить детей, в бесчисленном количестве передавали для Луки всевозможные вещи. А без них не знаю, как справилась бы — у меня в то время денег вообще не было: выплачивала кредит за квартиру, ремонт только что закончила… Короче, вроде бы все было неплохо, вот только грызла сердце очень большая печаль по поводу того, что мой сын не знает мужских рук, не чувствует мужского запаха, не слышит рядом с собой мужского голоса. И чем больше он подрастал, тем болезненнее и трагичнее казалась мне эта ситуация. Все мои молитвы, обращенные к Господу, были только о том, чтобы он послал нам с Лукой мужчину по судьбе — папу и мужа, который полюбит нас обоих…

При этом мне представлялся взрослый, солидный, состоявшийся и состоятельный человек, имеющий какое-то положение в обществе. Ну а мама моя вообще хотела, чтобы он был олигархом. К счастью, у меня таких запросов не было, поскольку я имела достаточно богатый опыт общения (просто человеческого) с мужчинами — хозяевами домов на Рублевке — и понимала, что такие люди вообще из иной, не моей вселенной, у них и сознание другое, и мораль... Но неважно, о каком мужчине шла речь, главное то, что я даже представить себе не могла, откуда он мог бы взяться. Ведь на протяжении двух с половиной лет вся моя жизнь была строго подчинена только ребенку и работе. Кроме этого, вообще ничего не было. Никакой личной жизни: ни свиданий, ни поцелуев — ничего. Ну если только посчитать за личную жизнь занятия гимнастикой три раза в неделю (потому что спина постоянно болит и ее надо поддерживать) и маникюр с прической — все-таки работаю в эфире.

Даже в кино ни разу не сходила. Разве что изредка вечерком, когда Лука уже спал, подружки ко мне приезжали, и мы сидели, трепались под бутылочку красного вина.

— Каким образом все-таки удалось вырваться из этой круговерти к налаживанию личной жизни?

— Не знаю, это Божий промысел. Валера появился в моей жизни ужасно забавно — два года назад во время работы в телепрограмме «Секрет успеха», которая шла на канале «Россия», где соревновались молодые таланты со всей страны. Я это шоу вела, а он участвовал в конкурсе — пел в группе из Саратова. Съемки у нас были раз в неделю. Я приходила, отрабатывала и убегала.

А в один прекрасный день мой водитель опоздал и (вдруг неожиданно прерывая рассказ)… А давайте дождемся Валерку, он вот-вот должен прийти с работы. Пусть тоже будет рассказывать нашу историю, она же у нас общая…

И действительно, несколько минут спустя появился Валерий. Надо сказать, что точно к этому времени Татьяна закончила колдовать с плитой и духовкой, со стороны которых уже давно доносились аппетитные ароматы. И в тот момент, когда молодой муж сел к столу, его уже ждали разноцветные макароны, кусочки запеченной, в хитрой подливке курицы с хрустящей корочкой и бутылочка красного вина.

— Таня очень вкусно готовит и каждый раз по-разному, — сообщил Валера, поливая спагетти кетчупом.

— Зачем ты это делаешь?! — со смехом восклицает Татьяна. — Они же уже посыпаны пармезаном.

— Я простой парень из Саратова, — смеется в ответ Валера. — Мне можно. Скажи спасибо, что с хлебом их не ем. А курица очень вкусная…

Таня: На самом деле у меня уже начинается типичное гнездование, все признаки налицо: стала с удовольствием готовить, и не просто, а творчески, мне хочется вязать и совсем пропало желание уходить из дома. Вот все зимние выходные мы просто сидели дома, и для меня это было таким кайфом… Ну да ладно. Валер, расскажи, как у нас все началось, как ты вообще попал на проект?

Валера: Я был студентом пятого курса Саратовского государственного университета, учился на очень серьезном факультете — компьютерных наук и информационных технологий — и одновременно выступал с саратовским вокальным коллективом.

Замечательная группа у нас была, мы пели джаз, занимали первые места на разных студенческих конкурсах. И когда узнали, что организуется телеконкурс в Москве, рванули туда на прослушивание. Когда показались, нам сказали: «О, ребята, это круто!» Ну и понеслось: первый тур, второй, третий. Вышли на финальный этап. Нам говорят: «За это обеспечиваем вам три месяца проживания в Москве». Начали участвовать. Ведущая — Тутта Ларсен. Конечно, я знал, кто она такая, но мы же — ребята крутые, для нас авторитетов нет, у нас такое показушное отрицание всего. Ну Тутта, ну Ларсен... Все бегают, автографы берут, а мы принципиально этого не делаем, мы — выше этих банальностей. Все эти «давайте сфоткаемся» для нас — б-р-р-р.

Мы сами о-го-го! Только вежливо: «Здравствуйте, как у вас дела?» И все, до свидания. Держали себя уверенно, весело, немножко нагловато, конечно — в общем, не так, как все. Все у нас было на юморе, на шутках, и так потихонечку мы со всеми нашли общий язык и, можно сказать, всех очаровали. Разумеется, старались обратить на себя внимание, особенно Танюшки — понимали же, что она интересная личность. Но специально знакомиться с ней не лезли. Первый раз перекинулись словами, когда у нас, участников, был разбор полетов. А водитель, который должен был приехать за Таней, задерживался, и она пришла посидеть с нами.

Таня: Ожидая машину, я от нечего делать зашла в студию к участникам, где у них было большое собрание с психологом, который учил всех, как надо себя вести в непростом мире шоу- бизнеса.

«У меня не было никакой личной жизни — ни свиданий, ни поцелуев, ничего. Два с половиной года совершенно одна. Это, поверьте, очень долго...» «У меня не было никакой личной жизни — ни свиданий, ни поцелуев, ничего. Два с половиной года совершенно одна. Это, поверьте, очень долго...» Фото: Марк Штейнбок

Совершенно случайно я села рядом с Валеркой и его лучшим другом Артемом, спросила: «А что это такое у вас тут происходит?» «Да вот, — говорят, — типа, учат нас, как жить надо». А сами ржут. Мы немножко потрепались, поперешучивались, и я поехала домой. Валера утверждает, что именно в тот раз увидел во мне женщину и подумал что-то вроде: «О-о!..» Ну скажи, так?

Валера: А я не смогу объяснить, это все было на уровне ощущений. Я увидел, что Таня какая-то особенная, настоящая, без фальши и понял, что в тот момент со мной на самом деле что-то произошло. Могли же ведь просто поболтать, а потом спокойно разойтись, но что-то же случилось между нами!.. Словно какое-то магнитное притяжение друг к другу.

Таня: Правда, так и есть, у меня тоже сразу щелкнуло внутри.

Но хотя, разглядев Валеру вблизи, я подумала: «Ой, какой красивый мальчик!» — сразу же строго сказала себе: «Ничего не будет, ничего не может быть, я даже не двинусь в эту сторону…» Однако по дороге домой все разговаривала сама с собой: «Эх, если бы у меня не было ребенка и была бы я свободной девушкой лет 20, не задумываясь, с этим парнем… хм, сплясала бы джигу! Но я же взрослая женщина, умудренная жизненным опытом, и флирты-романы меня не интересуют. В моей жизни все серьезно, мне замуж надо, нам с сыном нужен папа, муж, и другие варианты я не рассматриваю». В общем, помечтала и... закрыла для себя эту тему. Как оказалось, в отличие от Валеры, который ее как раз открыл, буквально начав на меня охоту.

Валера: (Улыбаясь.) Ну это еще неизвестно, кто на кого больше охоту вел.

Я действительно охотился, но и Таня тоже.

Таня: Да-да, только почему-то ты вокруг моей гримерки круги наворачивал. Валера стал постоянно заходить ко мне в гримерную, встречал меня в коридорах — я все время видела его сияющую улыбку и синие глаза, против которых устоять невозможно. Здоровался со мной по 20 раз за день, чтобы я знала, что он существует в природе, что он есть. Постепенно все люди, работающие на программе, — стилисты, визажисты, редакторы — все уже всё просекли и при его появлении стали дипломатично удаляться, чтобы оставить нас наедине. Ясное дело, несмотря на данные себе запреты, я не могла уже оставаться равнодушной — это же химия, все витает в воздухе. Но держалась упорно, не поддавалась, хотя, когда видела его, у меня уже коленки подгибались, руки дрожали, я металась по комнате и по сто раз перебирала свое барахло — складывала одежду в пакет, потом вынимала ее, затем обратно засовывала.

Делала какие-то нелепые телодвижения и старалась не смотреть ему в лицо, потому что знала: если взгляну в глаза — не смогу удержаться, пропаду. Не забывайте, все-таки два с половиной года я была одна, а это, поверьте, долго. До последнего момента была уверена в том, что управляю ситуацией, что держу себя в руках, что ничего между нами не будет.

Валера: Тем не менее встретиться предложила.

Таня: Так они же, провинциалы, Москвы толком не видели, вот я и сказала: «Приходите в выходные к Нескучному саду, посмотрите, какой он красивый, мы там с сыном будем гулять, потом зайдем ко мне, пообедаем.

«Мы кидались в объятия друг друга, и я шептала сквозь зубы: «Не пали меня! Я не могу работать, когда ты тут, у меня все настройки сбиваются, я забываю текст...» «Мы кидались в объятия друг друга, и я шептала сквозь зубы: «Не пали меня! Я не могу работать, когда ты тут, у меня все настройки сбиваются, я забываю текст...» Фото: Марк Штейнбок

Звоните».

Валера: Мы, конечно, поблагодарили: «Да-да, придем обязательно». Но потом посоветовались между собой и решили: «Она — столичная штучка, тем более телеведущая, у нас с ней слишком разные уровни, наверняка пригласила просто так, для красного словца». Зажались, в общем, и не пошли. Через неделю встречаемся на съемках, Таня тепло так нас поприветствовала, мы обнялись, расцеловались в щечки, и она спрашивает: «Вы чего, дураки, не позвонили? Куда пропали? Почему не пришли?..» Короче, договорились опять встретиться — теперь уже Таня пригласила нас в гости, на ужин.

Таня: Совершенно нейтральный дружеский ужин. Без свечей. Валера с Артемом и еще две девушки — редакторы этого проекта. То есть абсолютно безопасная компания.

Валера: Мы пришли, Таня жарила рыбу. До сих пор забыть не может, как всю ее размазала по сковородке. Но на самом деле чудесно нас накормила, вот только мне показалось, что вела себя немножко растерянно. И еще я заметил, что она исподтишка наблюдала за тем, как происходит мое общение с Лукой. А мы классно общались — боролись, играли, и он был совершенно счастлив. В общем, посидели мы, поужинали, попили вина, а, когда собрались уезжать, Таня вдруг говорит: «Ну куда вы в такую поздноту поедете, вам в вашу гостиницу ехать черт-те куда, на другой конец Москвы. Оставайтесь!» Мы такие обалдевшие: как это оставаться?! И не решились, уехали.

Таня: А я не удержалась и, излишне раскрепостившись после выпитого вина, отправила Валере эсэмэску со словами: «Зря я тебя отпустила». Но он мне не ответил.

Валера: И правильно сделал.

В результате к чему все пришло? К хорошему финалу, значит, я был прав. Победителя не судят. Но тогда я реально почувствовал: опа-на, да все, кажется, серьезно. И внутри будто взрыв какой-то произошел…

Таня: Однако проект уже близился к завершению, но между нами, кроме приятного общения, так ничего и не происходило. Я снова пригласила в гости ту же самую компанию, но Валера как-то очень умело всех «слил» и приехал один. Остался… Я сдалась, поняла, что больше не могу сопротивляться его натиску, своим эмоциям, потому что чувствовала: со мной происходит чудо. Нас обоих накрыло очень глобально. Мы были в какой-то немыслимой эйфории. Такая сильная эмоция, такая сумасшедшая волна захлестнула, что, когда наконец мы дали волю своим чувствам, больше уже не владели собой...

Потом ходили по телевизионным коридорам, стукаясь плечами о стены — нас конкретно сносило от бессонных ночей и от переизбытка чувств. И еще нам приходилось от всех шифроваться — проект-то продолжался. Помню, как, оказавшись вдруг наедине в каком-нибудь из многочисленных кулуаров теледома, мы кидались в объятия друг друга и я, боясь, что сейчас кто-нибудь выйдет из двери или из-за угла, шептала ему сквозь зубы: «Не пали меня! Я не могу работать, когда ты вьешься вокруг. У меня все настройки сбиваются, я забываю текст, перестаю быть профессионалом».

Валера: Я очень серьезно отнесся к сложившимся между нами отношениям. Размышлял о них много, но ни в чем не сомневался. А Таня, наоборот, думала, что никакой серьезности нет, все время ждала, что вот-вот все закончится.

Таня: Потому что не представляла, какое может быть продолжение и будет ли оно.

Ведь после окончания проекта Валера уехал обратно в Саратов. Навсегда, как мне казалось. Но тут же начался период телефонных разговоров длиной в три часа, приездов всеми возможными способами: поездами, самолетами, автобусами — на сутки, на несколько часов, раз в 10 дней, раз в две недели. Так продолжалось полгода, а потом наступило лето, а с ним — отпуск, и мы стали жить вместе на моей даче — Валера, я и Лука. Я получила возможность понаблюдать, как он общается с ребенком. Никогда не забуду, как мы первый раз пошли вместе на детскую площадку. Луке было 2 года. Я, уставшая, присела на скамейку, так Валера ни разу не дал мне с нее встать: «Сиди, я сам...» А Лука невероятно подвижный, он вообще не останавливается, ему нужно одновременно быть на горке, на лестнице, на кольцах, на турнике, на качелях…

И они носились вдвоем. А сидящие рядом со мной мамочки говорили: «Надо же, как хорошо ваш папа играет с ребенком, такой спортивный молодой человек...» Валера за время нашего отпуска вообще открылся какими-то совершенно новыми сторонами. Вдруг оказалось, что он человек очень ответственный и заботливый, умеющий предугадывать мои желания и в быту всегда быть на подхвате. Поверите ли, я только успевала подумать о чем-то, а он уже это делал, причем не напрягаясь, а наоборот — очень легко и весело. Я только хотела открыть рот и сказать ему: «Пожалуйста, дай мне бутылочку для Луки» — а она уже стоит на столе. Откуда это, не понимаю, ведь у него нет своих детей, нет младших братьев и сестер...

И вдруг я поняла, что на протяжении отпуска большую часть времени просидела на травке, глядя на солнце и дыша воздухом, а Валера занимался с Лукасиком. Наверное, именно тогда я осознала, что такое мужчина для нас с сыном. И оказалось, что это счастье совсем не связано ни с материальным достатком, ни с профессиональными успехами, ни с социальным положением. Оно в другом — в том, что 24 часа в сутки ты чувствуешь себя принцессой, о тебе заботятся, носят на руках, а твой ребенок счастлив. Валера на самом деле уникальный, необыкновенный: всегда веселый, во всем адекватный и очень красивый человек — не только внешне, но и внутри, душой красивый. Просто чудо, какой хороший, вообще не понимаю, откуда он такой взялся. Да, он младше меня, но между нами возраста не существует, он есть только в паспорте. Рядом с Валерой я чувствую себя маленькой девочкой, потому что он — мужик.

А ведь бывают мужчины, которые остаются детьми и в 60 лет. Поначалу и мама, и подружки мои отнеслись к нему с недоверием, говорили, что он притворяется. Дескать, не бывает так, чтобы не слишком опытный и не искушенный в семейных делах мужчина так относился к чужому ребенку. Бывает, как оказалось. Со временем и они это увидели, сказали: «Нет, так притворяться невозможно, на публику так не сыграешь…» В общем, после того как мы провели два месяца втроем, все закрутилось очень стремительно. Валера немедленно предпринял самые радикальные действия. Бросил все в Саратове, переехал ко мне в Москву, за месяц нашел три работы, выбрал из них одну и начал строить нашу новую жизнь.

Валера: Говорю же, я ни в чем не сомневался, поэтому запросто повернул все в своем привычном жизненном укладе на 180 градусов — ушел из коллектива, уехал из родного дома, бросил одну работу, нашел другую...

С одной стороны, каждый мой шаг был спонтанным, но с другой — осмысленным, подкрепленным какой-то невероятной внутренней уверенностью. Будто что-то вело меня.

— А при каких обстоятельствах прозвучало «давай поженимся»?

Таня: Эта тема периодически всплывала, но делать окончательный шаг вперед мы все-таки не решались. В результате предложение выйти за него замуж Валера сделал мне во время ссоры. Вернее, это была не ссора, поскольку мы вообще не ссоримся, просто я чем-то была недовольна, куксилась, и Валера, со свойственной ему ненавязчивой нежностью и легкой снисходительностью к моим закидонам, вдруг сказал: «Ну что ты?

Знаешь же, что я тебя люблю. Выходи за меня замуж!» Нормально, вообще? Меня это просто обезоружило, и когда я, наконец, обрела дар речи, только сказала: «Ну ты и спекулянт. Вот это способ разрешения конфликта!» И мы втихаря от всех пошли в загс и подали заявление. Свадьбу сначала думали устроить грандиозную, а потом прикинули, какого серьезного напряжения всех сил — и материальных, и физических — это потребует, и решили от такой идеи отказаться. Делать же половинчато: кого-то приглашать, а кого-то — нет, не хотелось. Поэтому отмечали скромно — у моей 79-летней бабушки, в очень узком кругу: мои родственники, моя ближайшая подруга и лучший друг Валеры (к его родителям мы потом специально ездили в Саратов). Так получилось, что застолье наше растянулось на 12 часов.

Дело в том, что, когда нам звонили друзья-знакомые, мы всем радостно сообщали: «А мы сегодня поженились!» Реакция у всех была почти одинаковая: «Да ладно?! Сейчас приедем». И приезжали — с подарками, винами, поздравлениями. Очень было смешно: в конце мы с Валерой, уже совершенно невменяемые, возлежали в креслах и только наблюдали за этим калейдоскопом сменяющих друг друга людей. То есть праздник все равно получился — какой-то дико спонтанный, хаотичный, веселый и от этого совершенно классный. И никто не обиделся на то, что не оповестили заранее.

— Что мама сказала, когда вы познакомили с ней Валеру — явно не олигарха?

— Понимаете, у нас с мамой разные представления о том, что такое женское счастье, и я никогда не смогу ей объяснить, что для меня оно не в олигархе.

«Все мои молитвы к Господу были только о том, чтобы он послал нам с Лукой мужчину по судьбе — папу и мужа, который полюбит нас обоих... Мне представлялся взрослый, солидный, состоятельный и состоявшийся человек, имеющий положение в обществе. А мама моя вообще хотела, чтобы он был олигархом» «Все мои молитвы к Господу были только о том, чтобы он послал нам с Лукой мужчину по судьбе — папу и мужа, который полюбит нас обоих... Мне представлялся взрослый, солидный, состоятельный и состоявшийся человек, имеющий положение в обществе. А мама моя вообще хотела, чтобы он был олигархом» Фото: Марк Штейнбок

Тем не менее думаю, мама рада тому, что я счастлива, что не одна, что у Луки есть папа. Кстати, Лука называет Валеру папой, хотя он довольно долго шел к этому, наверное около года.

— Валера, все-таки чужой ребенок... Любимая женщина — это одно, а ребенок любимой женщины — совсем другое, дети часто становятся камнем преткновения в отношениях даже очень любящих людей.

Валера: А кто сказал, что Лука не мой ребенок? Сколько хромосом передается от отца? Двадцать три? И все. А духовная связь? У нас с Лукой похожие характеры, мы легко находим общий язык, с удовольствием играем вдвоем, чувствуем друг друга. И, наконец, он действительно называет меня папой.

Не знаю, что еще сказать, кроме того, что я люблю этого мальчика. А значит, он — мой. И когда кто-то спрашивает, есть ли у меня дети, отвечаю: «Да, сын, мой малыш, ему сейчас 3 года и 9 месяцев». У меня язык не повернется сказать: «Это сын моей жены от предыдущего брака». Очень долго Лука называл меня по имени — Валера, Валерка. Упорно не хотел переходить на «папу». Ревновал, наверное, Таню ко мне. Он вообще во всем очень упорен, твердо борется за свое. Короче, мужчина до мозга костей, маленький такой мужик в хорошем смысле слова. Короче, однажды у Тани наступил период совсем уж напряженной работы, с утра до ночи ее не было дома. И когда уходила няня, с Лукой оставался я. Гулял с ним, кормил, переодевал, умывал, спать укладывал. И периодически в храм его к причастию носил. Таня, конечно, нервничала, спрашивала: «Может, помощь нужна?

Может, бабушку позвать?» Но я говорил: «Не надо бабушку. Мы, мальчики, сами справимся. У нас все нормально». И вот буквально через несколько дней Лука вдруг, обращаясь ко мне, сказал: «Папа», в другой раз: «Папочка, папулечка...» Ну и все, так и пошло...

Таня: Прямо в одночасье у Лукасика это открылось. Для меня словно весь мир перевернулся, когда впервые это услышала.

— Валера, усыновлять Луку будете?

— Безусловно, и в ближайшее же время. И опять же, есть люди, которые спрашивают: «А зачем?» Как — зачем? Не понимаю я их.

— А родителей ваших трудно было убедить в том, что вы приняли правильное решение, выбрав себе в жены женщину с ребенком, да еще старше себя по возрасту?

— У меня семья волшебная.

Очень правильная — крепкая, патриархальная. Батя — военный, полковник танковых войск. Он донской казак — настоящий такой, породистый, из древнего казачьего рода. А мама — медик. Они меня вообще во всем понимают, ни в чем не препятствуют, им главное, чтобы сыну было хорошо. Когда наши с Таней отношения стали совсем серьезными, они только спросили: «Скажи главное — ты счастлив?» «Да», — говорю. «Ну и слава Богу!» Теперь они Таню очень любят, созваниваются с ней периодически. Мама всегда: «Ой, Танечка, мы тебя всегда смотрим по телевизору, ты такая красивая...» Кстати, мой батя, можно сказать, предрек мне Танюшу. Во время того замечательного конкурса я периодически ездил домой сдавать экзамены.

«А кто сказал, что Лука не мой ребенок?! Мы с ним абсолютно похожи по характерам, чувствуем друг друга, и он меня называет папой. У меня язык не повернется сказать: «Это сын моей жены от предыдущего брака» «А кто сказал, что Лука не мой ребенок?! Мы с ним абсолютно похожи по характерам, чувствуем друг друга, и он меня называет папой. У меня язык не повернется сказать: «Это сын моей жены от предыдущего брака» Фото: Марк Штейнбок

В первый приезд батя спросил: «Ну как там у вас дела? Что за люди? Кого из знаменитых видел?» «Тутту Ларсен, — говорю. — Мы с ней перемолвились несколькими словами, кажется, она хороший человек». И он вдруг говорит, хитро так подмигнув мне: «А что? Она симпатичная женщина и, кстати, не замужем». То есть, выходит, благословил нас задолго до того, как мы с Таней сами поняли, что нашли друг друга.

— Многие люди, естественно, скажут: вот, мол, какой шустрый мальчик из провинции — сам никто и звать никак, а уже приехал в столицу, влюбил в себя успешную даму, ловко у нее устроился... Не страшитесь таких пересудов?

— Нисколько. Всему человечеству не понравишься, да и смысла нет. Мне незачем кого-то переубеждать, свою голову всем не приставишь.

Жалко только, что многие люди не способны поверить в искренность, в любовь, вообще во что-то хорошее, не умеют радоваться друг за друга, во всем ищут какой-то подвох. Скорее всего сами они в личной жизни несчастливы, и их рассуждения основываются на собственном негативном опыте. Значит, у них в жизни не было такого добра, света и радости, какие есть сейчас у нас с Танюшей, и мне их искренне жаль. Ведь то, что происходит между мной и Таней, — настоящее чудо. Мы уже привыкли к некоторым моментам, но все равно до сих пор удивляемся. Ну правда: к нам приходят одинаковые мысли. Это очень забавно: замечаю что-то любопытное, только открываю рот, чтобы сказать ей об этом, а она мне тут же сама это рассказывает, и наоборот. Поразительно! Между нами во всем полное взаимопонимание, никто никого не подавляет и не раздражает.

Мы никогда не ругаемся, не кричим друг на друга, только разговариваем. Другое дело, что разговор может быть жестким, но это нормально, это жизнь. В каждом же человеке накапливается и требует выплеска что-то отрицательное, тем более в Москве — городе, пожирающем энергию. Но у нас все основано на взаимопонимании, мы читаем мысли друг друга, нам нравится одно и то же, и такое ощущение, что мы на самом деле две половинки одного целого.

Таня: Это действительно так, во всяком случае, мне очень хочется в это верить. Ничего подобного я никогда не испытывала.

— Ну хорошо, любовь — это прекрасное, очень романтичное чувство, но мир-то наш материален. Как у вас обстоят дела с этой приземленной частью жизни?

Явно ведь, Татьяна зарабатывает больше. Валера, что вы по этому поводу думаете?

— На самом деле пока все так и есть, но эта ситуация временная. Я по образованию программист, но пока работал в сфере рекламы, маркетинга и пиара. Сейчас являюсь бренд-менеджером в крупной торговой компании. Без лишней скромности могу сказать, что у меня есть куча внутренних ресурсов. У каждого человека своя скорость, но я, кажется, двигаюсь не черепашьим шагом. Всего лишь за год в Москве успел поработать в одной хорошей фирме, набрался там опыта, перешел в другую… В столице ведь как — либо ты достигаешь чего-то, либо она тебя съедает. Ну а раз я здесь уже чем-то занимаюсь, значит, что-то у меня получается… Безусловно, я хочу самореализоваться и, надеюсь, сумею осуществить свое желание, просто это займет некоторое время.

— Таня, а вы, уйдя с MTV, как реализуете себя?

Кстати, почему покинули канал, которому отдали 10 лет жизни?

— Я сбежала оттуда, потому что с приходом на канал нового руководства прежние программы там позакрывались и все мы оказались не у дел, хотя зарплату нам платили исправно. Я почувствовала, что начинаю буквально плесневеть. Как раз в этот момент стало известно о том, что телеканал «Звезда» ищет свежие головы, и я туда попросилась. Пришла. Поработала на утреннем эфире, приняла участие в создании двух документальных фильмов о Великой Отечественной войне, а теперь полностью увлечена своей авторской программой «Обыкновенное чудо», которая скоро выйдет в эфир.

Она про хорошие семьи — как известных наших соотечественников, так и совсем неизвестных, обычных людей. Про то, что, несмотря на все, происходящее вокруг, люди находят способы жить радостно, любить друг друга и оставаться счастливыми. И герои наших документальных репортажей будут передавать свой опыт всем, делиться совершенно разными рецептами своего счастья. То есть мы решили выдвинуть антитезис цитате из великого классика о том, что все несчастливые семьи несчастливы по-своему, а все счастливые — счастливы одинаково, и избрали девизом передачи слоган: «Счастливы по-разному!» В том-то и прелесть работы на таком канале, как «Звезда», что я могу себе позволить сделать именно такую — камерную, человечную, светлую программу. Без копания в «грязном белье» и не ради высоких рейтингов.

— Похоже, история собственной счастливой семейной жизни и навеяла идею этой программы. Кстати, в ближайшие планы вашей семьи входит ее пополнение?

— Обязательно. Но тут ведь как — человек предполагает, а Бог располагает. Мы с Валерой оба очень хотим ребенка. Надеюсь, что Господь будет к нам милостив и мы сможем осуществить свою мечту в самое ближайшее время. Тем более что Лука постоянно интересуется: «А у меня будет братик или сестричка?» И у каждого нового человека, который приходит к нам в дом, спрашивает: «У вас есть ребенок? Мальчик или девочка?» Недавно спросил мою подругу: «У вас есть дети?» Она говорит: «Пока нет». Так он успокоил: «Ничего, моя мама вам родит». Так что Лука, кажется, к пополнению семьи уже готов...


ПОПУЛЯРНЫЕ КОММЕНТАРИИ
    Начни обсуждение! Оставь первый комментарий к этому материалу.
Майкл Фассбендер (Michael Fassbender) Майкл Фассбендер (Michael Fassbender) актер
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.





НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Загрузка...

+