Татьяна Васильева: «Я думала, что никого не смогу полюбить больше детей»

«Мы с Филиппом стояли за кулисами, и он сказал: «Настя беременна». И замер. В ответ я произнесла: «Женись...»
Варвара Богданова
|
07 Декабря 2012
Фото: Елена Сухова. На Татьяне платье HAIDER ACKERMANN, шапка RICK OWENS, ТД «ЦУМ», топ NUDE

«Помню, как мы с Филиппом стояли за кулисами, оба ждали своего выхода на сцену, и он сказал: «Настя беременна. Уже три месяца». И замер. В ответ я произнесла только одно слово: «Женись...»

— В детстве я очень боялась потерять маму с папой. Страх, что они умрут, доходил у меня до какого-то сумасшествия. Они ведь были немолоды, я поздно у них родилась. Родители очень любили друг друга. Папа шел в булочную за хлебом, а мама вставала у окна и ждала.

Если ей казалось, что отец задерживается хоть на несколько минут, она отправлялась его встречать… Когда началась война, мама с моей старшей сестрой Аллой уехали в эвакуацию в Курган, с детским домом. Мама там работала воспитателем. А папа был на фронте, прошел всю войну. Вернувшись в Ленинград, папа устроился слесарем-фрезеровщиком на завод. Родилась я. Мама уже не работала, сидела с нами. Жили мы на одну папину зарплату. Это была даже не нужда, а настоящая бедность. Я колбасу попробовала первый раз, когда уже училась в Москве в институте. Жили в классической питерской коммуналке: длинный коридор, выкрашенные какой-то жуткой краской стены, тусклая лампочка под потолком и огромная кухня, где были столы, столы, столы… На сорок семей. Как ни странно, но в такой обстановке люди умудрялись существовать относительно мирно.

С мамой Марией Алексеевной. 1950 г. С мамой Марией Алексеевной. 1950 г. Фото: Фото из личного архива Татьяны Васильевой

Скандалы возникали из-за мужчин, когда кто-то приходил сильно навеселе. Моя мама была самым активным борцом «за права женщин». Она всегда вступалась за соседку, если видела, что ее обижает муж-пьяница. Потом супруги мирились, а мама на какое-то время становилась их общим врагом. До следующей потасовки, наверное. Мы считались еврейской семьей. Поэтому наши права не то чтобы ущемлялись, но, например, умыться, зайти в туалет могли только в последнюю очередь. Мы не протестовали. Так было заведено, и как-то все мирно шло. Нормально. Занимали друг у друга деньги до зарплаты. Моя мама брала в долг и отдавала вовремя…

— В общем, трудная жизнь, серая…

— Я не чувствовала, что мы плохо живем. Потому что вокруг все так жили.

Ведь были и праздники! Например, родители, как могли, старались отмечать наши с Аллой дни рождения. И тогда на столе появлялись сушки, чай с лимоном, ну или без лимона, но с сахаром. А в будни чай с хлебом, иногда с маслом. Самое вкусное лакомство в моем детстве — сливочное масло! Мама приносила его из гастронома. Там 100 граммов, наверное, на всех нас, и зимой оно было очень холодное, замерзшее. Я сидела на лестнице: ждала маму и грелась на батарее. Проходя мимо, она всегда давала мне откусить кусочек. Я его ела, растягивая удовольствие, и думала, что на свете нет ничего лучше этого масла… Поход в баню — тоже праздник. Во всяком случае, событие, выходящее за рамки обыденности. Обязательно отстаивали километровую очередь. Потом мама меня так тщательно мыла, терла мочалкой на неделю вперед, что я непременно падала в обморок.

С папой Григорием Абрамовичем. 1952 г. С папой Григорием Абрамовичем. 1952 г. Фото: Фото из личного архива Татьяны Васильевой

Это происходило каждый раз, никто не пугался. Меня выносили на свежий воздух и приводили в чувство.

— Откуда же у вас появилось желание стать актрисой?

— Для меня самой это непонятно. Потому что трудно найти семью более далекую от театра, чем наша. Даже не помню, чтобы в детстве меня водили на какие-то спектакли. В основном я смотрела кино. На «Карнавальную ночь» с Гурченко ходила каждое воскресенье, лет десять подряд, наверное. А потом в нашей квартире у одной соседки появился телевизор. Ничего особо интересного там не показывали — новости, футбол и какой-нибудь балет. Но я к ней приходила, испытывая колоссальное чувство неловкости. Униженно просила разрешения посмотреть передачу и высиживала до упора, пока телевизор не выключался.

Со старшей сестрой Аллой. 1954 г. Со старшей сестрой Аллой. 1954 г. Фото: Фото из личного архива Татьяны Васильевой

Я вообще росла невероятно закомплексованной девочкой. Стоило учительнице назвать мою фамилию: «Ицыкович, к доске», — как я покрывалась сыпью, пятнами, всем, чем только можно покрыться на нервной почве. Это был абсолютный зажим, страх, неловкость от самой себя, от того, что я существую. Кстати, может, и желание стать актрисой отсюда. Как способ убежать от себя реальной. В старших классах я записалась в разные студии: в литературную, в кружок художественного слова, движения. Все они находились в разных концах Ленинграда, но я самостоятельно ездила туда после школы.

— А как родители отнеслись к вашим увлечениям?

— Им стало не до меня, папа тяжело заболел.

У сестры уже была своя семья, маленький ребенок. И я пользовалась этой вынужденной свободой, часто уезжала, поздно возвращалась. Во мне жило сумасшедшее, истерическое желание заниматься творчеством. На той же лестнице, где мама выдавала мне по кусочку масла, я чиркнула бритвой себе по пальцу и собственной кровью написала в своем дневнике: «Я буду актрисой». Но написать можно что угодно. А вот то, что я действительно стала тем, кем стала, — это чудо. Мне очень жаль, что папа так и не увидел меня на сцене. Когда я прислала телеграмму, что принята в Школу-студию МХАТ, он мне не поверил. Считал, что все мое поступление — это какая-то большая афера. Папа умер во время моих первых гастролей с Театром сатиры в Челябинске. А мамочка позже переехала ко мне в Москву, помогала поднимать детей.

«Дети — это самое лучшее, что Филипп сделал. Пока». С сыном в его московской квартире «Дети — это самое лучшее, что Филипп сделал. Пока». С сыном в его московской квартире Фото: Елена Сухова. На Татьяне пуловер NEIL BARRETT ТД»ЦУМ» брюки DIESEL ботинки UGG, , ,

Сейчас старшая сестра Аллочка и ее семья — мои единственные родственники в Питере, мы видимся, я стараюсь приезжать туда раз в два-три месяца.

— Татьяна, если бы вы писали книгу о воспитании детей, что было бы в первой главе?

— Само слово «воспитание» для меня какое-то неправильное, опасное. За ним я слышу определенное превосходство, даже насилие над ребенком. Я много раз наблюдала за воспитанными детьми. В 10—12 лет они уже сложившиеся личности. Прекрасно себя чувствуют во взрослых компаниях, знают, что нельзя класть локти на стол, перебивать, громко чавкать... Но это не означает, что дети вырастут порядочными людьми и в какой-то момент не пошлют своих родителей куда подальше. Воспитание не эквивалент благородства души.

Татьяне 25 лет Татьяне 25 лет Фото: Фото из личного архива Татьяны Васильевой

Наоборот, мне кажется, что хорошие манеры — это укрытие, за которое дети научились прятаться. Но это я сейчас такая умная, а тридцать лет назад я совершенно ничего не знала. Я неправильно воспитывала своих детей. Но знаете, что важно? Терпение. Когда ты приходишь после спектакля или со съемок уставшая, единственное, что тебе хочется, — это упасть в кровать, накрыться подушкой и чтобы никто даже близко не подходил. Именно в этот момент тебя трясут за плечо, довольно бесцеремонно, и говорят: «Мам, у меня вот такая история...» И ты не имеешь права сказать: «Пошел вон, у меня своих проблем полно». Нужно выслушать до конца, посмотреть рисунки, включившись на полную силу. Материнство — это терпение. И умение договариваться. Нельзя давить на детей. Потому что первая естественная реакция в ответ — протест: раз мама велела так, сделаю наоборот.

Я не сразу, но научилась отвечать и Лизе, и Филиппу: «Знаешь, ты можешь поступать, как считаешь нужным. Не исключено, что так будет правильно. Но я бы сделала то-то и то-то». А потом высказываю свою позицию.

— И это помогает?

— Как ни странно, эти слова оказались волшебными. Филипп очень быстро встает на мою сторону. Проходит немного времени, и он перезванивает: «Знаешь, мам, ты права. Наверное, я сделаю, как ты советуешь». С Лизой так происходит не всегда. Она максималистка, то есть для нее пока существует только «да» и «нет», «черное» и «белое». Я говорю: «Лизочка, сейчас ты меня не слышишь, но пройдет время, и ты вспомнишь мои слова. А сейчас сделай так, как считаешь нужным. Хотя я думаю, ты не права».

Первый муж актрисы Анатолий Васильев в фильме «Экипаж» Первый муж актрисы Анатолий Васильев в фильме «Экипаж» С дочкой Лизой на свадьбе Филиппа и Насти. 2008 г. С дочкой Лизой на свадьбе Филиппа и Насти. 2008 г. Фото: Фото из личного архива Татьяны Васильевой

Только с такой «максимальной жесткостью» я позволяю себе с ней общаться. Иначе разговора не состоится, кто-нибудь из нас повесит трубку. А я этого не люблю. Когда такое случается, хожу по квартире и думаю: «Жизнь проходит. Кому я характер показываю?» И перезваниваю первая. Знаю, наступает такое время, когда детей надо отпускать от себя. На мгновение в своих мыслях я позволяю себе это, но тут же страшно пугаюсь: вдруг уже что-то случилось, а я не в курсе…

— Вам не кажется, что чрезмерная опека не всегда на пользу детям?

— Очень может быть, что это вредно и неправильно. Но так было с самого начала, с их рождения. У меня, видимо, слишком сильно чувство материнства, оно на каком-то животном уровне. Я не подглядывала в замочную скважину, но все время была начеку.

Лиза с папой, Георгием Мартиросяном. 2011 г. Лиза с папой, Георгием Мартиросяном. 2011 г. Фото: Фото из личного архива Татьяны Васильевой «Когда мы с Лизой ссоримся, я переживаю и думаю: «Жизнь проходит. Кому я характер показываю?» «Когда мы с Лизой ссоримся, я переживаю и думаю: «Жизнь проходит. Кому я характер показываю?» Фото: Елена Сухова. На Елизавете топ джинсы DIESEL развивающая игрушка «ЖИРАФИК СОФИ», ,

Знала, что мои дети делают, куда и с кем они пошли, во сколько вернулись. И покоя мне не было, нет и не будет. Даже когда я на спектаклях, на съемках, на гастролях в другом городе, я все равно с ними. Никогда не выключаю мобильный телефон, он у меня всегда под рукой.

— А два ваших мужа, теперь уже бывших, совсем не помогали растить детей?

— Помогали. Они — отцы потрясающие. То, что Филипп с четырех лет начал читать как сумасшедший, заслуга Толи (Анатолий Васильев — первый муж Татьяны. — Прим. ред.). Я даже боялась, что ребенок помешается на этих книгах, потому что он ночами не спал, все сидел с фонариком. Толя много гулял с Филиппом, рассказывал ему разные истории. Но это происходило, когда он был дома, что случалось нечасто.

Одна из первых ролей в фильме «Четвертый». 1972 г. Одна из первых ролей в фильме «Четвертый». 1972 г. Фото: Фото из личного архива Татьяны Васильевой

Анатолий снимался в кино, работал в театре… Вот как раз четыре года-то Филиппу и было, когда мы с его отцом развелись. Я и свою жизнь тогда круто изменила, и жизнь сына. Я прямо почувствовала, как его будущее пошатнулось. Это моя вина. Можно было, наверное, во имя сына сохранить семью. Мой второй брак с Георгием Мартиросяном, отцом Лизы, тоже распался. И получилось, что я пыталась своим детям заменить всех, кого по жизни разбросала. Филипп совсем недавно начал вновь общаться со своим папой. Я, правда, считаю, что пару раз в году навещать сына и внуков — это мало. Но мне люди со стороны говорят: «Хорошо, что хоть так». Значит, хорошо. Лизе повезло больше, Георгий ее обожает. Она тоже его очень любит.

— У ваших детей разница в возрасте — восемь лет.

«Совет всем женщинам: встаньте перед зеркалом и повернитесь в профиль. Страшно? Начинайте новую жизнь!». В роли Евы в спектакле «Место, похожее на рай». 2004 г. «Совет всем женщинам: встаньте перед зеркалом и повернитесь в профиль. Страшно? Начинайте новую жизнь!». В роли Евы в спектакле «Место, похожее на рай». 2004 г. Фото: ИТАР-ТАСС

Большой кусок жизни. Филипп родился в 1978 году, тогда вы были еще начинающей актрисой. Когда появилась Лиза, к вам уже пришла настоящая популярность. Легче стало жить?

— Нет, а если и так, то продолжалось это очень недолго. Лиза была совсем маленькой, когда мне пришлось уйти из театра. Работы не стало совсем. Мы сдали нашу московскую квартиру и уехали в Переделкино, в Дом творчества писателей. Там прожили почти четыре года, все в одной комнате: мы с Георгием, двое детей, моя мама и репетитор, который делал с Филиппом уроки. Готовила я на плитке. Кошмарная была жизнь. Дурацкое время, жаль, что оно так бездарно прошло. Главное, я ничего не сыграла тогда, вообще ничего. Зато когда меня стали приглашать в антрепризу, предлагали роли в кино, я всякий раз соглашалась.

Может, от чего-то стоило и отказаться. Но я много работала, чтобы у моих детей было все. А они скучали по мне, хотели, чтобы я была рядом, и говорили: «Нам не нужны твои подарки, нам нужна ты». Ну, так многие дети говорят. Когда выдавались свободные дни, я водила их в театр, в зоопарк… Как положено. Только эти дни можно пересчитать по пальцам. Потом появились возможности — мы путешествовали, ездили за границу. Вот что интересно: мы так тесно жили большую часть жизни, что нам хотелось поскорее разбежаться по разным комнатам в гостинице…

— Зато теперь ваши дети не знают бытовых проблем. И сыну и дочери вы купили квартиры, помогаете им материально…

— Знаете, считается, что я создала им какие-то роскошные условия. А я просто обеспечила их необходимым.

Это так естественно — к тридцати годам иметь семью, детей и свое жилье. И чтобы был загородный дом, куда можно вывезти детей на лето, подышать свежим воздухом. И машина, чтобы, в случае чего, их куда-то отвезти. В моем окружении нет ни одного молодого человека, который сам заработал бы на квартиру в Москве. По-моему, это нереально. И если у него собственное жилье, то только благодаря родителям. Сейчас трудно молодым пробиваться в жизни. А тем более в актерской профессии. Вот у Филиппа сегодня есть работа, завтра — нет. В нашем деле надо уметь ждать. Я помню, как после института я практически сразу начала сниматься в кино и меня уже узнавали на улице. А мой муж никому не был нужен. Он лежал на диване и говорил: «Ничего, ничего. Мне позвонят». И ему действительно позвонили. Не кто-нибудь, а из группы Сергея Федоровича Бондарчука с приглашением сняться в фильме «Степь».

Бондарчук открыл Васильева для кино. После этого Толя стал звездой. Может быть, у Филиппа такая же судьба. У меня другая. Но я не пытаюсь выстроить жизнь детей по своему лекалу. Когда Филипп захотел попробовать себя в актерстве, я сказала: «Поиграй. Если у тебя будет что-то получаться, тогда иди учись». Мы с ним вместе репетировали, потом играли в одном спектакле. И я поняла, что он — актер. Может заниматься этой профессией.

Лиза окончила факультет журналистики. Она у нас человек-праздник. Не очень терпеливая, поэтому часто меняет работу. Я ей позволяю, потому что считаю, что это поиск своего места в жизни. Ей нужна огромная компания единомышленников, с которыми можно вместе совершать какое-то большое дело.

«У меня чувство материнства на животном уровне. Я не подглядывала за детьми в замочную скважину, но всегда была начеку» «У меня чувство материнства на животном уровне. Я не подглядывала за детьми в замочную скважину, но всегда была начеку» Фото: Елена Сухова. На Татьяне сорочка брюки DIESEL ТОП NUDE шапка RICK OWENS ТД «ЦУМ», , , ,

Она работала в фирме, которая занималась организацией разного рода торжеств. Лиза писала сценарии для этих праздников, она прекрасно рисует, умеет все украсить. Был период, когда Лиза рисовала эскизы одежды. По нескольким сшили платья, которые потом взяли на продажу в бутик. Я сама не могу четко сформулировать, чем конкретно она будет заниматься. Но у нее творческое мышление и, мне кажется, большое будущее. А пока я позволяю ей все эти творческие метания, помогаю.

— Вы можете честно и беспристрастно оценить своих детей?

— Попытки посмотреть на них глазами чужого человека бесполезны, и объективного мнения о собственных детях мне не составить. Я понимаю, как им трудно, потому что впереди них идет молва, что они — мои дети.

Несколько раз было так: я заезжала за Лизой на работу, меня видели с ней. После чего у нее все катилось кувырком. Я не талисман для своих детей. У меня есть ощущение, что своим невероятным желанием быть им полезной везде и во всем я им мешаю. А вот они для меня неоценимая поддержка — настолько сильная, что я стараюсь в максимально легкой форме преподносить им свои волнения и изменения, связанные с работой. Иначе получу такую бурю негодования по отношению к моим «обидчикам»! А Лиза вообще отчаянная. Она мне ничего не скажет, но сама пойдет за меня бороться. Позвонит по телефону или встретится, чтобы заявить: «Вы не правы по отношению к моей маме». Она считает, что должна отомстить за меня. А я не могу ей объяснить, что месть и зависть — это одинаковые по бездарности эмоции.

— А какие родители получились из ваших детей?

— Меньше всего я ожидала, что у Филиппа вообще будут дети. Потому что при всей свой мужественной внешности он достаточно инфантилен. Ну, это как все мужчины. На самом деле мы совершенно не знаем наших детей. Они особые, отдельные от нас личности, как будто присланные сюда из космоса. Филиппа я всегда считала маменькиным сынком. И он им был. Я так тряслась над ним, что он рос под мои постоянные оговорки: «Сюда не ходи, там упадешь, этого не делай, а то в милиции окажешься…» В его характере есть эгоизм, самолюбие, амбициозность, взрывной темперамент, все обязательные для актера качества. Но при этом он очень домашний, доверчивый, много вопросов задает. У него до Насти были в основном женщины, которые старше его и которые его боготворили, потому что взрослым женщинам нравится, когда много умных разговоров, приятных бесед…

«У Филиппа дома «казарма» — дети все делают по его команде. А я сына не могла заставить положить носки на место». Татьяна Григорьевна с Филиппом, Лизой и внуками - Иваном, Адамом и Григорием «У Филиппа дома «казарма» — дети все делают по его команде. А я сына не могла заставить положить носки на место». Татьяна Григорьевна с Филиппом, Лизой и внуками - Иваном, Адамом и Григорием Фото: Елена Сухова

Вдруг появилась Настя Бегунова, практически его ровесница, тоже актриса. Я знала ее, мы играли в одном спектакле. Но она была для меня просто партнершей, и вдруг… У них почти сразу пошли дети. Помню, как мы с Филиппом стояли за кулисами, оба ждали своего выхода на сцену, и он сказал: «Настя беременна. Уже три месяца». И замер. В ответ я произнесла только одно слово: «Женись». Он, по-моему, опешил: «Ты серьезно?!» — «Да. А как иначе?» И родился Ванечка. Не прошло и года — «бам»: «Мама, у нас будет еще ребенок». Тогда я ему сказала: «Это самое лучшее, что ты сделал. Пока».

Филипп — идеальный отец и муж. И это, наверное, самое большое потрясение для меня. И с Ваней, и с Гришей он управляется совершенно спокойно.

Будто всю жизнь занимался маленькими детишками. С грудного возраста их крутил-вертел, подмывал-переодевал. А сейчас он — строгий папа. Дети слушаются его беспрекословно. Там такая казарма — они по команде садятся за стол, по команде встают из-за него, сами убирают в комнате. Я смотрю на них и вспоминаю Филиппа, которого я не могла заставить положить носки на место, в шкаф. Я рада, что Настя — его жена. Он ее очень любит, Филипп вообще однолюб, для него есть только Настя, других женщин не существует.

— А как сложилось у Лизы?

— У нее все по-другому. Дочка влюбчивая очень, у нее уже было немало бурных романов. На мой взгляд, немало. Последний тяжело для нее закончился. Но зато у нас теперь есть Адам.

Такой чудесный парень, ему скоро два года. Я думаю, что для Лизы рождение сына — вознаграждение. Адам — маленький мужчина, который уже имеет над ней власть. И любит ее совершенно удивительно, по-мужски. Я чувствую, что он будет для Лизы огромной опорой в жизни. Когда он только родился, Лиза, конечно, понимала, что этот малыш — ее сын. Но больше доверяла его опытной няне, которая приходила помогать ей. Потом Лизе пришлось на три недели уехать работать за границу. Адаму тогда исполнилось полгода, и она оставила его на всех нас и на няню. Так вот, когда Лиза вернулась, она так целовала, так тискала сына — просто не могла оторваться. И я, глядя на нее, поняла, что вот теперь к ней наконец пришло чувство материнства. Мне говорили, что так бывает. Не всегда женщина сразу окунается в это... Сейчас Лиза с сыном не церемонится.

Фото: Елена Сухова

Адамчик везде ползает, всюду забирается. Мне страшно за него — шишек же набьет. А Лиза совершенно спокойна: «Пусть ползает. Упадет — поплачет. Ничего страшного».

— Не так давно в интервью вы говорили, что еще не готовы стать бабушкой. Сейчас у вас трое внуков…

— И они мое самое большое достижение в жизни. Раньше я рассказывала про свои роли, а теперь только про этих детишек. Кстати, никто меня бабушкой не называет. У нас это запрещенное слово. Старший Ваня, ему четыре года, спросил меня недавно: «Таня, а ты кто?» Я говорю: «Как кто, Ваня… Я твоя подруга и родственница, очень близкая». — «Нет, скажи, ты дедушка?» Он решил, если я не бабушка, значит, дедушка. Ну, мы разобрались с ним. Я очень люблю своих детей! Думала, что не смогу кого-нибудь полюбить так же, любви не хватит.

Но оказывается, любовь вырабатывается постоянно, как какой-то гормон, она не заканчивается. Наоборот, умножается и умножается. Когда я приезжаю к внукам, у нас столько игр, беготни, криков и радости, что я не чувствую никакой усталости с ними.

— Вы недавно отметили юбилей: возраст внушительный. Но выглядите замечательно. Как удается поддерживать форму?

— Это какие-то дикие цифры. И если кто-то их произносит, я немного вздрагиваю, потому что сама к ним не готова. Что же касается формы… Ну, спортом я всегда понемногу занималась, а лет восемь назад взялась за себя всерьез, потому что поняла, в кого я превратилась. Для сцены в очередном спектакле я нарядилась в облегающее трико телесного цвета, встала перед зеркалом…

От того, что я увидела, мне стало жутко… Мы ведь не замечаем, как толстеем. И не меняем свой образ жизни, а это очень опасно. Я всем женщинам постбальзаковского возраста могу посоветовать: встаньте перед зеркалом в полный рост, а потом повернитесь в профиль. Если вы недовольны зрелищем, немедленно начинайте другую жизнь. Прежде всего это касается еды. Главное — понять, что перемены не произойдут послезавтра: не будет так, что сегодня вечером ты не поела, а утром встанешь стройной. По этому пути надо идти медленно, но верно. Дайте себе три месяца. Если за это время удастся скинуть 10 килограммов, то вы — гений. Я свою систему питания выстраивала постепенно. Сейчас она продиктована моей работой. Я не могу есть перед тренировкой, перед спектаклем, остается только вечер… Я не считаю калории, но научилась суммировать съеденное за день.

«Оказывается, любовь вырабатывается постоянно, как какой-то гормон. Такой молодой и свободной я себя не чувствовала никогда» «Оказывается, любовь вырабатывается постоянно, как какой-то гормон. Такой молодой и свободной я себя не чувствовала никогда» Фото: Елена Сухова. На Татьяне пуловер RICK OWENS юбка браслет ATOS LOMBARDINI , , ,

Предположим — банан, творог и кефир. Кажется, это немного, но вполне достаточно взрослому человеку. А когда я вспоминаю, как позволила себе и рыбу, и мясо, и что-то еще, у меня сразу портится настроение. Еще, конечно, необходимо движение. Если нет возможности посещать спортзал, ходите пешком. Сколько можете. Я в машине вообще не езжу — или в метро, или пешком. Мне так быстрее.

— А к пластической хирургии как относитесь?

— Я делала пластику в 40 лет. Кое-что поправила в лице, потому что у меня были проблемы. Но тогда мне повезло с врачом. Я бы и сейчас сделала операцию, но не могу найти хорошую клинику и доктора, которому бы доверяла. Это мое лицо, что я буду делать, если меня, простите, перекосит?

Поэтому пока поддерживаю себя с помощью натуральных инъекций, мезотерапией.

— И вот вы — такая красавица и одна?

— Знаете, я сейчас очень довольна своей судьбой. Такой молодой и свободной я никогда себя не чувствовала. Мужчины, которые рядом со мной и которые переступают порог моей квартиры, — это исключительно друзья. С ними мне интересно, надежно, с ними я чувствую себя в своей тарелке. Самые сильные чувства остались только к детям и к внукам. Все остальное ушло на второй план.


ПОПУЛЯРНЫЕ КОММЕНТАРИИ
  • ОРЗ

    #
    чудесная женщина и актриса
  • Inessa

    #
    Спасибо за интересное интервью.Талантливая актриса,красивая и ухоженная женщина с потрясающим чувством юмора. :D
  • Мечта

    #
    Всегда любила, всегда с упоением слушала. Восхищаюсь талантом. Смотрела спектакли и не хотелось вставать с кресла. Больше ролей в кино и театре. Сил, здоровья, любви.

  • #
    #comment#
  • Не удалось отправить сообщение
    Дженнифер Лопес (Jennifer Lopez) Дженнифер Лопес (Jennifer Lopez) певица, актриса, танцовщица
    Все о звездах

    Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.


    НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

    Загрузка...

    +