Светлана Хоркина: «Гражданский брак — самообман!»

«Если мужчина говорит, что не женат, не торопитесь ему верить».
Татьяна Зайцева
|
13 Июля 2011
На Светлане платье Marc Jacobs (ТД «ЦУМ»)
Фото: Марк Штейнбок

«Если мужчина говорит, что не женат, и вы даже видели его паспорт, в котором отсутствует штамп, не торопитесь ему верить. Если заверяет, что вы будете жить вместе, но этого не происходит — гоните его в шею. А уж если ваш общий ребенок остается только с вашей фамилией, словно брат, — не тяните разрыв с этим человеком и никогда ни в чем на него не полагайтесь, — советует легендарная российская гимнастка, а ныне депутат Государственной думы Светлана Хоркина.

«Человек, от которого я ждала ребенка, скрывал меня от всех. Не хотелось ему афишировать наши отношения»
Фото: Марк Штейнбок

И добавляет: — К сожалению, эти советы я даю исходя из собственного жизненного опыта».

— Атланта, 1996 год. Я — золотой призер!.. Понимаю это и… не понимаю. И слезы сами собой льются из глаз. Это же Олимпиада! Да еще Россия впервые после распада СССР выступает на Олимпийских играх как самостоятельная страна. Причем в Америке, где наша главная соперница — именно команда США… Даже Билл Клинтон пришел на соревнования поддержать своих. А зрители что творили! Специально во время наших выступлений топали так бессовестно, что музыки не было слышно. Да что музыки — даже дыхания своего не слышала, а бревно, на котором выступала, тряслось от топота.

Зал-то огроменный! И жюри под стать — всеми возможными и невозможными способами помогало американским спортсменам… И все равно я вырвала у них золотую медаль! Вопреки всему! И теперь именно я стою на высшей ступени олимпийского пьедестала почета. И звучит Гимн России. А мне всего 17 лет… Не-е-ет, словами эти эмоции не передать. Как тут можно сдержать слезы?! Да и зачем? Ведь это не пустые слезы радости. Тут, с одной стороны, проявление абсолютного счастья. А с другой — ощущение полного релакса: наконец-то свалился груз немыслимой ответственности и нечеловеческого психологического перенапряжения. Все закончено. Свершилось! Мечта сбылась! Девчонки, ребята, гуляем! Я — олимпийская чемпионка!!! Я шла к этому 12 лет...

Родители мои родом из Мордовии. Папа — в то время строитель — в поисках заработков приехал в Белгород, куда перетащил и маму, которая устроилась медсестрой в детский сад.

В секцию спортивной гимнастики мама по совету соседки привела меня, когда мне не было еще и четырех лет. Я влюбилась в гимнастику сразу. Но, честно говоря, для спортивной гимнастики я никаким образом не подходила — слишком уж длинная, да еще и физически слабая. Но Борис Васильевич Пилкин — умнейший и безумно талантливый тренер — все-таки взял меня. За характер и трудолюбие. Оценил мою упертость: если не получается, я буду вымучивать элемент до той поры, пока не получится. Взлет мой был стремительный. Скажу без лишней скромности: в своем виде спорта в своей возрастной группе я в Союзе была лучшая, и это никто не мог оспорить. Но, невзирая на все мои сверхвысокие результаты, в молодежную сборную меня не приглашали очень долго.

Наконец все-таки позвали. На всю жизнь запомнила свой первый урок хореографии в статусе члена сборной молодежной команды СССР на шикарной базе в Крылатском, которая сегодня, увы, не существует. На полупальцы я встала не полностью — просто не умела этого, так как в Белгороде меня учили по-другому. Хореограф посмотрел, отвел в сторону моего тренера и сказал: «Не тратьте на нее время, из этой «деревни» ничего не выйдет». Борис Васильевич это мне рассказал. Меня словно бритвой резануло. Гнев, обида просто полоснули изнутри. Но я сдержалась. Сказала только: «Я докажу, что он сильно ошибся. Из меня получится настоящая гимнастка, и я стану олимпийской чемпионкой!» Несколько лет спустя тот мужчина сказал моему тренеру: «Беру свои слова обратно». Вот это было для меня самой высокой оценкой моих достижений — выше даже, чем медали Европы, мира и Олимпийских игр.

«У меня уже коленки разбиты. Да что там коленки — ерунда. Душа разорвана — вот что главное… Прежде всего выламывала травма душевная, психологическая... Но нет, не на ту напали. Я — Хоркина! И у меня не такой характер, чтобы сдаваться!»
Фото: ВИКТОР ГАНЧУК

Я доказала главное: каждому человеку надо давать шанс попробовать себя.

— Светлана, спортивная гимнастика ведь очень травмоопасна. Неужели у вас никогда не было страха?

— В нашем деле главное — соблюдать на тренировках меры безопасности, и мой тренер соблюдал. Правда, у меня была ахиллесова пята — спина, поясница. В 95-м году, за две недели до выступления на чемпионате мира в Японии, я на тренировке неудачно спрыгнула. Одно неловкое движение, а впечатление, что парализовало. Еле встала, преодолевая дикую боль, сделала несколько шагов. Больше не смогла. Вкололи обезболивающее и повезли в больницу. Доктор сказала: «Пока операцию делать не надо, но лечить будем серьезно».

Я услышала это из-за двери. Как только из кабинета вышел врач нашей команды, бросилась к нему: «Неужели вы согласитесь на это?! Вы что?!! Я не буду ложиться в больницу. Это мой чемпионат мира, и я выиграю его! И вообще, вы подумали о команде?!» Сама-то я в первую очередь думала о команде, в которой шла первым номером. И он поддержал меня. «Ладно, полечимся сами», — сказал… Однако, прежде чем поехать на соревнования за границу, я должна была пройти контрольную тренировку в России, и старший тренер вынес вердикт: «Если справишься и у тебя ничего не оторвется — поедешь». Не в моих привычках жаловаться, но, поверьте, это было тяжелейшее испытание. Но я убедилась в том, что возможности человеческие безграничны — можно настолько сконцентрироваться, что не будешь чувствовать боли. Только для этого надо иметь немыслимое по силе желание ее преодолеть…

Боль была жесточайшая даже при обычной ходьбе, а мне предстояло не только многоборье, но и вольные упражнения на ковре. Когда закончила, только одна мысль стучала в голове: «Все хорошо, ничего не оторвалось…» Больше вообще ничего не помню. И я поехала на свой первый чемпионат мира. И выиграла его! Причем взяла даже не одну медаль. Потом, конечно, надолго слегла, но это уже было не важно...

— Ну вот вы достигли вершины успеха, и что — все равно хотелось продолжать? Не было желания распрощаться со спортивной карьерой, зажить, наконец, спокойной жизнью, без сверхперегрузок?

— Действительно, после Олимпиады в Атланте я думала, что со спортом закончила навсегда.

Вернулась в Белгород, начала учиться на спортфаке в Белгородском государственном университете, куда поступила сразу после школы. В спортзал — ни ногой. А вокруг не жизнь, а праздник: со всех сторон поздравления, президент принимает, орден вручает, на банкеты, на встречи с губернатором, с городскими властями приглашают, в лимузине туда-обратно возят. Шикарно! А девочке-то всего 17 лет. К счастью, крышу не снесло — на медали не любовалась, не бравировала ими, просто спрятала подальше… Постепенно поздравления сошли на нет и жизнь вошла в свою колею. Все хорошо — лекции, семинары, курсовые. Но через месяц затосковала. Включила кассету, просмотрела свои выступления, вспомнила все и… расплакалась. После чего собрала шмотки и отправилась на базу в Москву. Смотрю, и все, кто был на Олимпиаде, собрались. Отъелись, «толстыми» стали, по паре-тройке кило сверх нормы точно набрали — отрывались же все по полной, пили, ели от души.

Да без тренировок. А мы-то в гимнастике не ленточки подкидываем, а собственное тело. Так эта пара кило во время исполнения элементов о-о-ох как сказывается... Тренерша называла нас тогда «летающими тумбочками». Но мы начали усиленно тренироваться и вскоре в форму, конечно, вернулись. На следующий год я стала абсолютной чемпионкой мира, и… все пошло по новой... Наступил 2000 год — Олимпийские игры в Сиднее. Мне уже 21, и я — безусловный лидер. Все знают: эти Игры выиграю я. Прохожу квалификационные соревнования. Все по-прежнему — я явно впереди всех. Запас от спортсменки, претендующей на второе место, такой, что мне вообще можно не напрягаться. И тут… Начались соревнования. Сначала ничего не могла понять: разминаюсь на опорном прыжке через гимнастического коня, но получается как-то не так.

«Боль была жесточайшая даже при обычной ходьбе, а мне предстояло многоборье и вольные упражнения на ковре. Я слышала только начало музыки и концовку. Больше вообще ничего не помню. Только одна мысль стучала в голове: «Все хорошо, ничего не оторвалось…» На Светлане майка Ann Demeulemeester, джинсы Dsquared2 (ТД «ЦУМ»). На Святославе майка, бермуды Dodipetto (Кенгуру)
Фото: Марк Штейнбок,

Думаю: «Ну ничего себе, силища-то у меня какая — не могу удержать себя, перепрыгиваю!» И тут смотрю: девочка-англичанка в прыжке повреждает ногу, вторая — руку ушибла. То есть травмируются девчата. Приходит и мой черед выступать: разбегаюсь, прыгаю, как-то странно перелетаю через снаряд и… приземляюсь на коленки, получив очень сильный ушиб. Понимаю: это все, конец. Произошло что-то страшное, мое «золото» уплыло… Жуткий ужас просто сковал, внутри все словно разорвалось. Но… Тренер мне всегда говорил: «Что бы ни произошло, надо продолжать выступление, идти до конца». Иду на другой снаряд и вдруг вижу — того злополучного коня приподнимают. И объявляют, что, оказывается, он был установлен на неправильной высоте. Как же так?!! Ничего себе «оплошность»…

В общем, я имею полное право утверждать, что это сделали специально — другого способа сдвинуть меня с первого места не было. И поскольку дальше никаких разбирательств не состоялось, я заявляю об этом, не стесняясь. К сожалению, никто из спортивного руководства тогда за меня не вступился. А я считаю, надо было защищать своих, вплоть до судебного разбирательства. Но этого не произошло... Единственно, что нам тогда сказали организаторы: «После всех остальных снарядов вы можете повторить свой прыжок еще раз». Но у меня-то уже коленки разбиты. Да что там, коленки — ерунда. Душа разорвана — вот что главное… Нет таких слов, чтобы передать, что со мной тогда творилось. Душевная, психологическая травма буквально выламывала. Это ведь не дворовые соревнования, а Олимпийские игры! А страна-организатор снаряд установила неправильно.

Относительно международных нормативов он оказался занижен на пять сантиметров. Для нас на приземлении это равносильно полуметру... Спрашиваю тренера: «Ну что, будем повторять прыжок?» Он говорит: «Принимай решение сама». Я приступила было к разминке. А потом вдруг села на стул и сказала: «Я что, на помойке себя нашла?! Я же олимпийская чемпионка. Все, не буду исполнять повторный прыжок!» И не стала. А ведь мне еще и дальше надо выступать… Конечно, всю ночь проплакала. Успокаивала себя единственным словом: «Плевать!» И твердила как заведенная: «Держись, у тебя еще выступление, и ты должна его выиграть!» На следующий день на тренировку вообще не пошла. Вместо этого отправилась делать маникюр, подстриглась под ежика, наелась всего, чего захотелось, в баню сходила попариться.

Короче, сделала все то, что мы, спортсмены, перед соревнованиями никогда не делаем. Ну есть такие чисто профессиональные приметы — так же, как, допустим, зашивать ничего нельзя. Но я пренебрегла всем. А на следующий день пошла выступать на брусьях и… выиграла золотую медаль. Все равно победила! Всем назло. И хотя из-за того, что они специально все подстроили, абсолютное первенство мною было проиграно, но… я не проиграла. Нет, не на ту напали. Я — Хоркина! И у меня не такой характер, чтобы сдаваться.

— Вы — трехкратная абсолютная чемпионка Европы, первая в истории женской спортивной гимнастики трехкратная абсолютная чемпионка мира, двукратная олимпийская чемпионка… А вот на третьей своей олимпиаде «золото» уже не взяли.

«Женщинам в наше время приходится все тянуть на себе. Настоящие мужчины перевелись. За редким исключением. По молодости, по неопытности я слишком верила в обещания»
Фото: Марк Штейнбок

Может, не стоило принимать в ней участие?

— Я тогда сказала себе: «Не взяла я еще на Олимпиаде абсолютную медаль. А так не должно быть». Вот и решила пойти на третью, хотя для гимнастики была уже старенькая. Но выступила отлично несмотря на то, что первое место отдали американочке — я проиграла ей какие-то тысячные доли балла. Нет, неверно сказала! Я и здесь не считаю, что проиграла, — просто так решили судьи. Дело в том, что перед этой Олимпиадой был чемпионат мира в Америке, где у этой гимнастки из США я выиграла. (Усмехнувшись.) Вот жюри и решило ситуацию «сбалансировать» — мол, раз «золото» в мировом турнире досталось мне, то олимпийское должна получить она. Что поделаешь, судейские штучки: они откровенно завышали баллы моей конкурентке. Но я все равно нагло продолжаю считать, что золотая медаль все-таки у меня…

Со всей ответственностью утверждаю: в Афинах — на родине Олимпийских игр — была самая, не боюсь этого слова, грязная Олимпиада. Грязнее я не видела. Непростительные вещи там творились — подсуживали и присуживали вообще без зазрения совести. (Со вздохом.) Не знаю уж, за что нам с Лешкой Немовым выпало выступать под таким судейским давлением… После этих Игр мы с ним из большого спорта ушли.

— Светлана, а как складывалась неспортивная часть вашей жизни? Молодые люди в ней присутствовали?

— Меня интересовали только спорт и учеба. Я тренировалась и училась — сначала в школе, затем в университете, потом защищала диссертацию. А все мальчишки были только друзьями.

Возможно, и возникали какие-то флюиды, но кто нам объяснял, что такое любовь, близкие отношения? Такого понятия, как секс, и в помине не было. У нас на уме была только профессия — спорт. Конечно, против природы не попрешь, и в переходный период мы начали взрослеть — вдруг стали стесняться мальчиков, краснели, если возникали какие-то разговорчики. Кто-то в кого-то влюблялся, но это все на уровне дружбы, без близких отношений. Не до того мне было. Повторяю, вся моя жизнь подчинялась спорту. Некогда влюбляться, не могла я позволить себе растрачиваться на это. Поймите, профессиональный спорт — это не занятия физкультурой. Это полная отдача более чем на 100 процентов, это работа на износ, это жизнь на пределе человеческих возможностей. Так я и жила до 25 лет.

— Когда же к вам, наконец, пришла любовь?

— Знаете, боюсь я этого слова — «любовь», крайне осторожно к нему отношусь…

Однажды показалось, что люблю человека, но с годами задумалась: а была ли это любовь? Или, может, мне просто внушили это чувство и оно изначально было лживо? Девочки ведь легко внушаемы. Тем более если девочка с детства живет без мамки с папкой, ничего, кроме спортивных залов, в жизни не видит и опыта общения с мужчинами не имеет... И когда ей в такой ситуации внушают что-то про большую любовь, о которой ей ничего не известно, она просто начинает свято в это верить… (Через долгую паузу.) А можно я дам несколько советов девушкам, которые смотрят на жизнь с детской наивностью? Девушки, дорогие, если мужчина заверяет вас в том, что он не женат, и вы даже видите его паспорт, в котором отсутствует штамп, не торопитесь верить.

«На сегодняшний момент могу сказать только одно: рядом со мной есть человек, которому я доверяю, который мне помогает и, надеюсь, любит меня. И Святослава, само собой»
Фото: ИТАР-ТАСС

И не стесняйтесь напроситься приехать к нему домой — туда, где он, как уверяет, живет, и убедитесь, что именно там лежат его личные вещи. Это первый совет. Второй: если этот «мужчина» (обязательно в данном случае возьмите это слово в кавычки!) заверяет вас в том, что вы непременно будете жить вместе, но довольно долго не предпринимает в этом направлении никаких действий, гоните его в шею. Третий: если оказывается, что от этого человека вы ждете ребенка, а он воспринимает такую весть не с радостью, крепко задумайтесь, стоит ли вам дальше надеяться на что-то хорошее между вами. А уж если появившийся на свет ребенок остается под вашей фамилией, словно брат или сестра, — не тяните разрыв с этим человеком и никогда ни в чем на него не полагайтесь. Вот только лучше не доводить до такой ситуации…

— Судя по всему, выстраданные советы.

— Да, к сожалению, я почерпнула их не из рассказов других людей, а из собственного жизненного опыта.

Вот почему женщинам в наше время приходится все тянуть на себе? Да потому, что они перестали полагаться на мужчин, быть в них уверенными. Сегодня настоящие мужчины перевелись. За редким исключением. У большинства почему-то отсутствует чувство ответственности за свои поступки в отношениях с женщиной. Зато присутствует ощущение безнаказанности за некорректность… По молодости, по глупости, по неопытности я слишком затянула первоначальный этап взаимоотношений с человеком, который вошел в мою судьбу, слишком верила в обещания о совместной жизни, о создании семьи.

Повторяю, мне не с кем было посоветоваться. А мне говорилось что-то про гражданский брак, про то, что мы — как муж и жена... Но постепенно я поняла, что выражение «гражданский брак» — это самообман. Какой брак?! Это просто сожительство. А ведь многие мужчины именно так и ведут себя — не желают потрудиться сделать девушке предложение и отвести ее в загс. Не хотят брать на себя никакую ответственность. Не-е-ет, нельзя на это соглашаться.

— Не напугало вас то, что, узнав о вашей беременности, отец ребенка не обрадовался, не воспринял известие как любящий мужчина?

— Я женщина сильная. Хотя в то время выглядела совсем девчонкой — мне давали лет 13—15. Но я была абсолютно уверена в том, что со всеми проблемами справлюсь сама.

Нисколько не боялась. Было только непонятно, почему со стороны человека, от которого я жду ребенка, реакция совсем не та, которую я ожидала. Вроде бы жили как муж и жена, обсуждали, как будем жить дальше… И вот свершилось — казалось бы, такое счастье! Жаль, что это оказалось счастьем не для нас двоих, а только для меня. Но моей радости даже это не могло омрачить. Я была безумно счастлива. И сегодня не представляю жизни без моего маленького светлячка…

— Вы никак не обозначаете имя отца ребенка, но в СМИ писали, что он — крупный бизнесмен, сотрудничающий с Олимпийским комитетом России. И одновременно являющийся мужем известной артистки и режиссера…

— Не я делала тайну из его отцовства и наших отношений, а он.

Но я ее хранила, и по сей день храню. А имен не называю потому, что считаю некорректным раскрывать чужие тайны. Да и зачем я буду делать ему пиар? Не заслужил он такого. И, по большому счету, в моей жизни этот человек сыграл слишком маленькую роль. Хотя и очень важную — у меня от него сын. Но больше моя жизнь с ним никак не пересекается...

— В Лос-Анджелесе вы рожали по каким-то особенным причинам?

— Человек, от которого я ждала ребенка, скрывал меня от всех. Не хотелось ему афишировать наши отношения, вот он и старался никому из соотечественников меня не показывать. И хотя я, как мне кажется, не совершила за свою жизнь ни одного постыдного поступка, мне говорилось, что я должна уехать как можно дальше и о своей беременности никому не сообщать.

Я не понимала, почему должно быть так. И все-таки согласилась. Рассудила: наверное, во время родов в Америке мне будет оказана более профессиональная помощь, чем у нас. Сегодня понимаю, что это чушь — в нашей стране тоже есть и прекрасные клиники, и врачи… Во время беременности я, несмотря на многие уже прозвеневшие звоночки, все еще верила этому мужчине, продолжала надеяться на то, что мы будем с ним вместе, что у нас сложится семья и мы заживем по-людски. Наверное, любой женщине, когда она носит под сердцем ребенка, кажется, что все у нее будет хорошо и все проблемы непременно разрешатся. А дурные сигналы она не воспринимает. Ей природа велит быть позитивной, потому что внутри растет человечек… Рожала я в очень хорошей клинике, правда, лежала там под чужой фамилией, чтобы меня не могли разыскать...

«Конечно, и мне хочется испытать настоящую любовь — это такое прекрасное чувство. И я… Нет, не буду пока говорить об этом. Не могу. Просто боюсь сглазить… Жизнь все-таки очень заковыристая штука. В ней все так непросто...»
Фото: Марк Штейнбок

Со мной была подруга, Юля. Она и стала крестной Святослава. Юлька и в операционной находилась вместе со мной — в Америке это разрешено. (Улыбаясь.) Когда у меня из живота достали Святослава, ей сказали: «Ну что, папаша, принимайте ребенка!» У них же там полная демократия, их парой «девушка с девушкой» не удивишь, они это нормально воспринимают. Мы с Юлькой потом так смеялись… (Вздохнув.) Но лучше бы это сделал настоящий отец… На выписку в роддом он, правда, приехал, забрал нас. На сегодняшний день финансово Святославу помогает.

— Отец признал сына официально, записал его под своим отчеством, фамилией?

— Да, но не сразу, а только спустя несколько лет. Это я настояла на том, чтобы он усыновил ребенка.

Мне казалось, что девочка может носить фамилию мамы, а мальчик не должен, и для будущего сыну важно быть с отцовской фамилией. Хотя сейчас уже немножко об этом жалею. Все-таки фамилия Хоркина — известная. Но я думаю, когда Святослав Кириллович вырастет, он сам решит... Спустя месяц после рождения Святослава я вернулась в Москву. А через год закрутилась в водовороте новых дел: начала участвовать в разных проектах — и телепрограммы вела, и в спектакле играла, и авторский альбом записала, и второе высшее образование стала получать в Российской академии госслужбы при президенте, и книгу написала «Кульбиты на шпильках», и депутатом Госдумы стала…

— И также членом партии «Единая Россия». А почему, кстати, вы решили вступить в партию, и вообще — что вас, спортсменку, привлекло в политике?

— Ну представьте, мы выигрывали большие соревнования, нас принимал президент, мы общались с известными политиками.

Мне все это было интересно, я слушала их увлекательные разговоры на темы, непосредственно касающиеся жизни моей и моих родных, близких. Ведь обсуждались законы, по которым мы живем. Это затягивало, хотелось узнавать больше. Стало нравиться смотреть программы на политические темы, и где-то вдалеке замаячила мысль: а не заняться ли и мне в дальнейшем политикой? А в то время представители многих партий предлагали мне вступить в их ряды. Я всем отвечала одно: «Пришлите вашу программу». Вот таким же образом в 2003 году мне в руки попала программа партии, которая тогда называлась «Единство и Отечество» — Единая Россия.

Понравилась. Ну я и дала согласие. Потом, как известно, партия стала называться «Единая Россия»… Когда же в 2007 году проходили выборы в Государственную думу 5-го созыва, мне предложили: «Ты человек известный, надежный, ответственный. Хотим выдвинуть тебя от Белгородской области. Ты не против?» Я ответила: «Ну, если возлагаете на меня такую ответственность, конечно — буду работать на благо своего региона. И страны, как делала это и в спорте». Вот так и оказалась в Госдуме. Конечно, когда только начала там работать, было непросто. Не зная тонкостей профессии, я по неопытности во многом ошибалась, но коллеги помогали, подсказывали. Очень благодарна им за это. Знаете, я поняла, что мне невероятно интересно работать в этой сфере, поскольку у меня появилась реальная возможность помогать людям.

Вот в этом году истекает срок работы нынешней Госдумы, в декабре пройдут выборы, и я очень желаю себе быть избранной на новый срок и продолжить заниматься делом, которое мне невероятно нравится. Я свою работу выполняю честно. Ну и, разумеется, спорт окончательно не бросаю. Разве могу не поехать на какие-то публичные спортивные мероприятия по гимнастике или не представить нашу Федерацию на международном уровне? Не могу, конечно, с удовольствием еду. И, кроме того, я прекрасно помню, что для меня — маленькой девочки из Белгорода — и моих друзей значили спортивные кумиры. Хоть бы глазком мечтали их увидеть. Так сложилось, что теперь я сама для кого-то являюсь кумиром. Поэтому в программу любой своей депутатской поездки по регионам я непременно включаю посещение детско-юношеской спортивной школы и даю там мастер-класс.

Ну и со спортивной общественностью, конечно, общаюсь. Разве можно им не помогать? И благотворительный фонд создала, и еще на протяжении 12 лет организовываю и провожу соревнования на призы Светланы Хоркиной — это моя гордость. Очень рада, что они уже стали всероссийскими. Памятуя свой собственный опыт, даю шанс выступить на них каждому ребенку.

 — Светлана, проясните, пожалуйста, ситуацию с вашей теперешней личной жизнью: по официальным данным, вы находитесь в статусе незамужней женщины, но в СМИ много пишут о том, что вы стали женой Олега Кочнова — 55-летнего офицера в отставке…

— Пусть это комментируют те, кто пишет. Порой ведь журналисты как поступают? Что-то где-то увидят и сразу же, ничего не выяснив, начинают выдавать какую-то информацию.

И зачастую своими заметками с непроверенными фактами разрушают чьи-то сложившиеся пары, чьи-то зарождающиеся союзы, а то и жизни… Я про себя на сегодняшний момент могу сказать только одно: рядом со мной есть человек, которому я доверяю, который мне помогает и, надеюсь, любит меня. И Святослава, само собой. Никогда не общалась бы с мужчиной, если бы не была убеждена в том, что мой сын ему дорог. Для меня в любом случае на первом месте будут дети, а потом уже — все остальное… Я не жалею о том, что произошло в моей жизни раньше, все это ушло в копилку жизненного опыта. Благодаря ему, кстати, я уже способна отличить ложь от правды и понять, что такое настоящее отношение мужчины к женщине. И вот теперь я узнала, что, оказывается, можно ради своего любимого человека и поступки совершать, и относиться к нему заботливо и бережно.

Да еще и уважение проявлять... Вообще слово «уважение» я поставила бы на первое место. Сначала именно уважение к женщине должно быть, а потом уж любовь. Ни для кого не секрет, что искорки страсти со временем проходят, а вот уважение остается навсегда. Сегодня я имею возможность увидеть, как поступает мужчина, когда он любит женщину. Конечно, и мне хочется испытать настоящую любовь — это такое прекрасное, такое высокое чувство. И я… Нет, не буду пока говорить об этом. Не могу, правда. (С улыбкой.) Знаете, просто боюсь сглазить… Жизнь все-таки очень заковыристая штука. В ней все так непросто. Не то что в спорте, когда видишь цель и идешь к ней… В общем, свое настоящее я пока пытаюсь бережно охранять. А что произойдет дальше, не знаю.

Прогнозировать будущее не возьмусь, но думаю, что жизнь сама все расставит на свои места.

— О пополнении семьи думаете?

— Непременно. Один ребенок, я считаю, — мало. Это нищая семья. А нищей быть не хочется. Надеюсь, Бог подарит возможность еще раз ощутить радость материнства. (С улыбкой.) А может, и не раз… Я благодарна ему за все и очень хочу, чтобы он так же, как и прежде, охранял и берег меня и моих близких.

Подпишись на наш канал в Telegram
«Похабщина какая-то»: кому обязан Лепс своим оглушительным успехом
Любой артист скажет, что для успеха в шоу бизнесе мало быть просто талантливым. Большое значение имеет удача и внешние обстоятельства. Так Григорий Лепс, который вполне заслуженно считается одним из самых востребованных и высокооплачиваемых певцов, проснулся мега звездой после исполнения хита «Рюмка водки на столе». 




Новости партнеров

популярные комментарии
#
а о чем она думала, когда начинала отношения с женатым мужиком? он-личность известная, известно и про его жену, и про детей. из семьи уводить мужчину не стыдно?)
#
А в интервью говорит, что, типа, не знала, что женатый "женат"... :|
#
Потрясающая, великолепная женщина, фантастически трудолюбивая и пробивная, смелая, красивая, просто живая легенда!!! Как жаль, что мужчин с аналогичными качествами все меньше(
#
#comment#
0 / 1500



Звезды в тренде

Сергей Лазарев
актер, певец
Павел Прилучный
актер театра и кино
Ксения Бородина
актриса, телеведущая