Руперту Гринту неловко целоваться с Эммой Уотсон

«Черт, я совсем не помню, как все было…. Это все равно что целоваться со своей бабушкой...»
Аманда Крик
|
27 Июля 2011
Фото: APPHOTO/FOTOLINK

Всего каких-то десять лет назад верный друг Гарри Поттера мечтал о фургоне с мороженым. Сейчас он грезит уже о производстве шляп. Что ж, самое время подумать о будущем: работа над последней серией саги «Гарри Поттер и Дарысмерти» закончена, и фильм отправился в большое плавание по кинотеатрам мира за своими миллиардами.

«Теперь я, пожалуй, займусь дизайном шляп.

Ну, знаете, такие… У меня уже и эскизы есть», — говорит артист и хитро поглядывает из-под своих рыжих вихров, проверяя, насколько правдоподобно звучит его история. Руперт Гринт, единственный из знаменитой троицы накануне премьеры отданный на растерзание журналистам в легендарном лондонском отеле «Claridge’s», нервно потягивает кока-колу из банки и теребит край скатерти. И изредка переключается на шнурки своих потрепанных кед. Никогда не скажешь, что этот 22-летний рыжий парень получает по пятнадцать миллионов долларов за фильм.

— Каковы ваши ощущения, ведь с премьерой последней части «Гарри Поттера» заканчивается серьезная часть вашей жизни?

— О, ужасно странно. Не могу никак поверить, что все закончилось, закончились тяжелые времена.

И у меня внутри что-то еще отрицает, не верит, что это может быть конец...

— Ходят слухи, что Джоанна Роулинг будет и дальше писать историю Гарри Поттера, вы готовы к продолжению?

— Конечно, будучи фанатом книг Джоанны, я с удовольствием буду их читать. Но что касается фильма… Не думаю, что в нем будет место для Рона. Смотрите: в последней сцене ему тридцать шесть лет, и не могу сказать, что я выгляжу правдоподобно в роли тридцатишестилетнего семьянина с животиком и в вельветовых брюках. В общем, я сильно удивлюсь, если мне предложат продолжение. Не знаю, о чем будет писать Джоанна, но, думаю, это будет скорее история детей, ну или, в конце концов, приквел — как встретились Лили и Джеймс, как вообще вся история начиналась.

— Вы были рады снять с себя эти вечные огромные вязаные кофты, которыми так славился Рон Уизли?

— Конечно!

Несмотря на то, что некоторые из них были связаны чуть ли не Дольче с Габбаной, они были ужасно неудобные и колючие.

— По сюжету их все связала мама Рона, которую играла Джули Уолтерс, у вас с ней наверняка сложились теплые отношения?

— Да, она знает нас всех с детства, так что во многом она для нас как мама, очень теплая, сердечная...

— А кто из актеров больше всего вас поразил за эти десять лет?

— Я восхищаюсь Аланом Рикмэном.

С партнерами по «Гарри Поттеру» Эммой Уотсон и Дэниелом Рэдклиффом на съемках первого фильма саги. 2000 г.
С партнерами по «Гарри Поттеру» Эммой Уотсон и Дэниелом Рэдклиффом на съемках первого фильма саги. 2000 г.
Фото: KINOPOISK.RU

Казалось, он ни на минуту не расстается со своим Снэйпом. Даже вне съемок он создавал вокруг себя такую странную, пугающую атмосферу. На самом деле, несмотря на то, что он производит впечатление недоступного человека, с ним очень приятно поболтать.

— Вы довольны последним фильмом?

— Моя роль сильно изменилась, Рон стал неуравновешенным, злым, это гораздо интереснее. И несмотря на все те ужасные вещи, что происходят в фильме, он влюбляется. Это серьезный момент в его жизни. И мне нравится мрачная атмосфера фильма. Хотя, пожалуй, многовато смертей. Я помню, когда мы снимали сцену в Хогвартсе после битвы, где на полу, на носилках лежат раненые и убитые накрыты одеялами, на площадке была абсолютная тишина. И казалось, все по- настоящему плачут.

Очень впечатляет.

— А вы плакали? В последнем фильме есть о чем поплакать.

— Нет, не плакал.

— Потому что вы мужчина, а мужчины никогда не плачут?

— Ну да, примерно. На самом деле я почти был готов расплакаться в сцене после битвы, когда уже все закончилось, где мы втроем стоим на мосту. Для меня это такая, может немного глупая, параллель с тем, что происходит в нашей жизни. Наш фильм закончен, битва закончена, конец всего... Мне обычно приходится постараться, чтобы выдавить из себя слезы. Но в последний день съемок мы все плакали. Вообще это был очень печальный день. Мы паковали вещи — все, что накопилось на студии за все эти годы.

Игрушки, которые я принес туда, когда мне было одиннадцать. Я просто не понимал, насколько сборы будут тяжелыми. Мы все плакали. В течение десяти лет мы почти каждый день проводили вместе, и вот теперь нам надо расстаться. Такие вещи трудно принять.

— Думаете, вы все трое останетесь друзьями?

— Я думаю, да. Хотя Дэн сейчас в Нью-Йорке играет в театре, Эмма вообще непонятно где… Но почему бы и нет. Это был уникальный опыт, очень редкий. Да, я понимаю, что теперь нам будет труднее встречаться, у каждого начинается собственная жизнь, но иногда-то сможем видеться.

— Давайте о приятном. Поцелуй Эммы. Вы его все-таки получили… — О да!

Но то было на самом деле не просто. С одной стороны, все эти романтические чувства вырастают из предыдущих шести фильмов. В последней части Рон и Гермиона уже парочка, ходят все время держась за руки и все такое. И нам приходилось делать вид, что мы верим в это, что на самом деле хотим поцеловать друг друга. Но в действительности все вовсе не так. Так что это был довольно неловкий момент. Но приятный. Это была всего одна сцена, и мы сделали четыре дубля. И после первого дубля было совсем легко. Кажется. Черт, я совсем не помню, как все было… Знаете, мы ведь встретились, когда Эмме было девять, а мне — 11. И все эти годы вместе росли, были довольно близки. Так что она для меня как родственница, друг, но не любимая девушка, конечно.

— Это все равно что целоваться со своей бабушкой?

— Ага, примерно так.

В малобюджетном фильме «Вишневая бомба» Гринт предстал в новом для себя амплуа
В малобюджетном фильме «Вишневая бомба» Гринт предстал в новом для себя амплуа
Фото: KINOPOISK.RU

Целовать родственника совсем не то, что целовать девушку. Хоть я надеюсь, что поцелуй наш получился как надо. Всего четыре дубля. Мы легко отделались.

— Как менялось ваше отношение к фильму с момента, когда вы впервые попали на площадку «Гарри Поттера»?

— Сначала для меня съемки были одной большой вечеринкой. Я не ходил в школу — а кому это не понравится? Я не очень любил учиться, и тут это приглашение, так неожиданно, и я вдруг оказался в какой-то сказке. И игра, сама актерская профессия для меня была второстепенным делом. Но со временем я уже не чувствовал себя так свободно, это стало скорее работой, чем удовольствием. И мне уже были важны другие вещи: то, как я играю, что говорит режиссер, где мне нужно стоять и почему.

— Кажется, учиться вы так и не полюбили…

— Да, точно.

В какой-то момент мне показалось, что учиться и сниматься — это слишком тяжело. И когда я окончил школу, то не думал идти в колледж, в моей семье колледж всегда был лишь одной из возможностей, но не главной. И я предпочел смотреть телик. Знаете, все эти дневные шоу. Они забавные.

— Удивительно, что вы еще живете с семьей и, в общем, не были замечены таблоидами во всяких неблаговидных поступках.

— Меня никогда не привлекал такой образ жизни, если честно. Хотя, конечно, стереотипы очень сильны. Ну что еще делать молодому актеру, как не слететь с катушек — он просто обязан быть хотя бы немного сумасшедшим.

К счастью, этого пока не произошло. Студия, где мы снимались, находится совсем недалеко от моего дома, так что на все выходные я возвращался к семье. Она удерживает от глупостей. Если бы мы снимались в Америке, далеко от дома, тогда да…

— Вы не думали уехать теперь от родителей, вам же двадцать два уже?

— Конечно, мне придется это сделать. И иногда я уезжаю. У меня есть квартира в Лондоне. Но думать всерьез, что смогу жить без родных и близких, я пока не могу. Я столько лет провел среди людей, среди большого, даже огромного количества людей, что для меня совершенно ненормально быть в одиночестве. И я пока страшусь думать, что будет, если я останусь один в своей лондонской квартире.

— Скажите еще, что заработанные деньги отдаете родителям?

— Ну знаете…

С братом Джеймсом и сестрами Самантой и Шарлоттой. 2004 г.
С братом Джеймсом и сестрами Самантой и Шарлоттой. 2004 г.
Фото: WIREIMAGE/FOTOBANK.RU

Понимаете… Деньги не являются для меня главной причиной и результатом всех моих действий. Честно говоря, всеми деньгами управляет отец. И я даже не знаю, сколько там…

— А как же все эти «Range Rover», «Мини» с дверями от «Lamborghini», которые вам приписывают?

— У меня еще миниатюрные поросята есть…

— Говорят, вы купили миниатюрных осликов, чтобы поросята не скучали…

— Ну да, я многовато, пожалуй, трачу.

И в основном на всякие дурацкие вещи. Не считая квартиры в Лондоне и дома недалеко от родительского в Хартфордшире. Но я, честно, не знаю, что делать с этими деньгами. На что мне еще их тратить? Мне кажется, что все это немного слишком для меня. Мы не заслуживаем того, что получаем, вот честно.

— Ну а как же девушки? Они в большинстве своем любят подарки…

— Да я был слишком занят последние годы, и как-то постоянных отношений не получалось. Ну да, меня видели несколько раз с девушками, но все это несерьезно. Сейчас я свободен, так что жду от жизни чего-то нового.

— А вам удается вообще оставаться неузнанным на улицах, в пабах, на концертах? Говорят, вы надеваете маску утки, чтобы сходить с друзьями на концерт…

— Ну, это было один-то раз всего.

Вообще, такая известность развивает инстинкты. Сначала ты слышишь, как люди вокруг произносят твое имя, потом начинаешь чувствовать, как на тебя пялятся. А вообще, все зависит от того, где ты. Здесь, в Британии, люди более сдержанны. В Америке творится просто настоящее безумие: крики, свист, все хотят, чтобы я им что-то подписал. Однажды мне пришлось подписываться на татуировке, которая была сделана на руке. Там были изображены Дэн и Эмма. Самое глупое, что татуировка была сделана у сорокалетнего мужика, честно, ему было лет сорок, не меньше. Ужасно нелепо. Хотя татушка была клевая.

— А вы не боитесь, что навсегда останетесь Роном для зрителей? Сейчас, после завершения «Гарри Поттера», от вас троих ждут доказательств вашей исключительности…

— Да, я боюсь, что навсегда останусь рыжим мальчишкой из «Гарри Поттера».

— Может, перекраситься?

Ваш коллега Том Фелтон, который играл Драко Малфоя, например, говорит, что больше не хочет быть блондином.

— Ну, то, что я рыжий, — свершившийся факт. Так что мне придется жить с этим и дальше. Надеюсь, у меня будет возможность уйти от Рона Уизли, играть другие роли.

— Такие, как в «Вишневой бомбе», где вы играете плохиша и даже занимаетесь любовью на глазах у зрителей?

«Ну да, меня видели несколько раз с девушками, но все это несерьезно. Я был слишком занят последние годы. Сейчас я свободен, так что жду от жизни чего-то нового»
«Ну да, меня видели несколько раз с девушками, но все это несерьезно. Я был слишком занят последние годы. Сейчас я свободен, так что жду от жизни чего-то нового»
Фото: REX/FOTODOM.RU

— Ну примерно. Я хотел найти более взрослую роль, у меня никогда не было проблем с тем, чтобы осознать, что я уже не ребенок, меня не пугает то, что я становлюсь старше. Но с «Вишневой бомбой» мне некогда было подумать. У меня случился перерыв в съемках, я прочитал сценарий, а через неделю уже оказался в Белфасте на площадке. Это был по-настоящему малобюджетный фильм. Мы снимали по десять сцен в день, и на одну сцену могло уйти пятьдесят дублей. Это серьезное испытание. Но мне очень понравилось, такой темп мобилизует все твои силы. Это полезный опыт.

— И любовная сцена тоже?

— О, это ужасно. Я чудовищно неловко себя чувствовал. На тебя смотрит двадцать человек, вся группа, да еще и камеры направлены на тебя. Я много читал в газетах о том, как актеры снимаются в подобных сценах.

Поверьте, все гораздо ужаснее. Для меня, во всяком случае.

— Вы когда-то говорили, что будете учиться в актерской школе, чтобы стать величайшим британским актером. Эта мечта еще жива?

— Да. Я все еще хочу быть актером, раньше все было несерьезно. Играя в школьных пьесах, я не думал делать кино своей профессией. Это было просто баловство, для удовольствия. Пожалуй, именно последний фильм утвердил меня в мысли, что неплохо было бы продолжать. Потому что чем дольше я работал, тем больше втягивался. И теперь я думаю: ну а чем еще я могу заняться, что еще умею?

— А как же знаменитый фургон с мороженым?

— У меня уже есть фургон. Но, знаете, торговать мороженым не так просто, как кажется. Берешь ведро мороженого, закладываешь в машину, нажимаешь кнопку и тянешь рычаг. Вроде бы несложно. Но у меня не получается этот завиток наверху. Такой легкий завиток. Это чертовски сложная техника, и я пока ею не овладел. К тому же водить настоящий фургон тоже довольно непростое занятие. Так что я пока только осваиваю работу мороженщика.

Лондон

События на видео
Подпишись на наш канал в Telegram
Звезды помогут установить рекорд и обрести гармонию
23 июня в 9 утра в музее-заповеднике «Царицыно» в Москве, а также в Тюмени, Омске, Казани и Сочи стартует уникальный проект Relax FM, который поможет жителям мегаполисов расслабиться, отвлечься от суеты и обрести гармонию. В этот день будет установлен новый рекорд — по самой массовой медитации в городах России. Зафиксируют достижение слушателей радиостанции представители Книги рекордов России.




Новости партнеров




Звезды в тренде

Анна Заворотнюк (Стрюкова)
телеведущая, актриса, дочь Анастасии Заворотнюк
Елизавета Арзамасова
актриса театра и кино, телеведущая
Гела Месхи
актер театра и кино
Принц Гарри (Prince Harry)
член королевской семьи Великобритании
Меган Маркл (Meghan Markle)
актриса, фотомодель
Ирина Орлова
астролог