Фаину Раневскую могла утихомирить только Любовь Орлова

«В детстве я изумлялась, как мои изысканные бабушки могли терпеть такую трудную в общении и...
Записал Павел Соседов
|
19 Октября 2017
Фаина Раневская в фильме «Весна». 1947 г.
Фото: Мосфильм-инфо

«В детстве я изумлялась, как мои изысканные бабушки могли терпеть такую трудную в общении и чрезмерно экстравагантную даму, как Раневская. Громоздкая, всегда немного нелепая, Фаина Георгиевна разгуливала по нашему участку в комбинации. У нас так было не принято, Любовь Орлова даже к завтраку никогда не спускалась без прически или в халате...» — рассказывает внучатая племянница Любови Орловой Нонна Голикова.

Моя бабушка, Нонна Петровна, была родной сестрой Любови Орловой. И когда Любовь Петровна стала строить себе дачу во Внуково, она и для сестры выхлопотала участок по соседству. Орлова и Александров жили очень замкнуто и не любили принимать гостей у себя в доме, так что застолья устраивались в основном у бабушки. Нонна Петровна хоть и не была актрисой, но в этом блестящем кругу не терялась: изящная зеленоглазая красавица, очень гостеприимная, она всегда накрывала щедрые столы. Все ее салаты украшали настурции — съедобные цветы с нежным привкусом редиса. Друзья Любови Петровны быстро становились друзьями и бабушки тоже и часто оставались на ее даче погостить. По вечерам у Нонны Петровны на веранде, увитой виноградом, пропахшей клубникой и цветами, играли в преферанс многие тогдашние знаменитости. Большим успехом при этом пользовалась бабушкина настойка на смородиновых почках, — изумрудного цвета и удивительно ароматная. Рюмку этой настойки могла позволить себе даже Люба, хотя она всю жизнь сидела на жесточайшей диете, но не потому, что худела, а потому, что у нее были проблемы с поджелудочной железой.

Бабушка умела не только организовывать праздники, у нее получалось все, за что бы она ни бралась. Она была искусным садоводом и выращивала у себя на участке множество редких растений — Люба из своих бесчисленных поездок привозила ей саженцы. С Сахалина, например, привезла сахалинскую гречиху, имевшую способность быстро образовывать непроходимые заросли. И бабушка нашла ей применение, замаскировав этими зарослями туалет. Интересно, что на своем участке Орлова цветоводством не занималась, у нее там рос настоящий березовый лес. Однажды Люба привезла откуда-то хосту — низкорастущее декоративное растение с сизыми листьями. Помню, как эту хосту бабушка сажала вдвоем с Раневской вдоль дорожек.

Фаина Раневская. Киножурнал «Фитиль». 1964 г.

Фаина Георгиевна иногда гостила у нас, бабушка ее селила в отдельно стоявшем маленьком беленьком домике. Там была единственная комната с печкой и веранда. Душ на дворе, из бочки. Но Раневскую быт не волновал. «Я здесь нюхаю розы!» — объясняла она свою любовь к нашей даче. И при этом картинно срывала цветок и подносила к лицу.

Когда у нас гостила Раневская, всегда заходила и соседка по даче акт­риса Театра сатиры Ева Яковлевна Милютина — никогда не забуду ее блистательный чарльстон в спектакле «Клоп» спиной к зрителям, в платье с огромным бантом ниже талии. Как-то они с бабушкой, Раневской, Любовью Петровной и моим отцом сидели на веранде, и хохот у них стоял такой, что меня разобрало любопытство: что там происходит? Я прибежала посмотреть, но на меня лишь замахали руками: «Машенька (это мое домашнее имя), уходи-уходи!» Можно себе представить, что они там себе позволяли!

С Сергеем Филипповым в фильме «Золушка». 1947 г.

Надо сказать, что в детстве я изумлялась, как мои изысканные бабушки могли терпеть такую трудную в общении, чрезмерно экстравагантную даму, как Раневская (только с возрастом я стала понимать, что за талант можно многое простить). Громоздкая, всегда немного нелепая, Фаина Георгиевна разгуливала по нашему участку в комбинации. У нас так было не принято, в нашей семье женщины всегда были «застегнуты». Орлова даже к завтраку никогда не спускалась без прически или в халате. И вот я, не привыкшая видеть ничего подобного, бегала жаловаться бабушке. Бабушка же только смеялась. 

Кстати, Раневская все-таки не была настолько экстравагантна, как ее теперь пытаются представить в популярных сборниках якобы ее цитат. Да, она могла употребить ненормативную лексику, и очень лихо, но совершенно четко знала, когда это можно, а когда нельзя. Во всяком случае, при Любе, не терпевшей подобных выражений, Фаина вела себя с какой-то подчеркнутой деликатностью. Орлова была ростом чуть ли не по пояс Раневской, но та побаивалась ее строгости. Характер у Фаины был очень сложный, многообразный и неожиданный. И насколько я знаю, когда она устраивала какие-либо эскапады в театре, всегда на выручку звали Орлову. И как бы ни бушевала Фаина, стоило только появиться Любочке, она мгновенно утихала. 

«Как бы ни бушевала Фаина, стоило только появиться Любочке, она мгновенно утихала» С Любовью Орловой и ее дублершей в фильме «Весна». 1947 г.
Фото: Мосфильм-инфо

Знаю одну историю, случившуюся на гастролях в каком-то сибирском городе. Раньше гастроли столичного театра были событием государственной важности. И на первом спектакле всегда собиралось все начальство города: управление культурой, обком, горком, райком. И вот скоро должен начаться первый спектакль, в нем занята Раневская. А она почему-то невзлюбила какого-то мальчика — театрального администратора. И решила, что сейчас как раз подходящий случай отыграться. За несколько часов до спектакля Раневская заявила, что у нее болит живот и пока ей этот молодой человек не сделает клизму, она на сцену не выйдет. Все знали, что раз она сказала, значит, так и будет. Администратор тоже уперся: мол, он лучше удавится на своем галстуке. 

Весь театр «встал на уши», так как ситуация сложилась практически безвыходная. Тогда пошли за помощью к Любе. Орлова вошла в номер, где бушевала Фаина, и сказала: «Фуфочка, хотите, я сама вам поставлю клизму?» Раневская, как всегда, сразу успокоилась и поехала в театр. Дело в том, что Фаина Георгиевна бесконечно ценила Любовь Петровну за ее талант и доброту, именно Раневской принадлежит фраза: «Сказать, что Любочка добра, — это все равно что сказать про Льва Толстого, что он писатель не без способностей!»

«Золушка». 1947 г.

К счастью, мне никогда не доводилось испытывать «прелести» характера Раневской на себе. К нам, детям, она прекрасно относилась, и мы часто с Алешей Щегловым — сыном Ирины Анисимовой-Вульф, которая была режиссером Театра имени Моссовета, где и служили Раневская с Орловой, — просили ее изобразить знаменитую сцену из кинофильма «Весна», где она, после того как скатывается с лестницы, очень смешно вращает глазами, изображая помешательство. Так вот мы просили ее: «Фуфочка, сделай нам глазками!» И она проделывала этот трюк раз за разом.

Фуфочкой мы звали ее за то, что она много курила. Кстати, именно Леша Щеглов придумал это прозвище. А Раневская называла его «эрзац-внук» и любила как родного. Дело в том, что Фаина Георгиевна очень дружила с его бабушкой, Павлой Леонтьевной Вульф. Это была провинциальная звезда, ученица Комиссаржевской, королева чеховского репертуара. Живя в Таганроге, Раневская еще в детстве увидела ее на сцене и заболела театром. А позднее пошла к Вульф просить совета, как стать актрисой. И именно Павла Леонтьевна в некрасивой, рыжей, нескладной девочке разглядела будущую гениальную актрису. 

«Осторожно, бабушка!». 1960 г.
Фото: FOTODOM.RU

Когда семья Раневской в революцию бежала за границу, Фаина отказалась ехать и осталась совсем одна. И тогда ее взяла к себе в семью Павла Леонтьевна. Фаина ее боготворила. Пожалуй, между ней и родной дочкой Вульф Ириной даже была некоторая ревность и соперничество за внимание Павлы Леонтьевны. Я помню Вульф изящной, легкой, но уже очень немолодой женщиной, всегда в облаке пудры, всегда в черном. Она наивно решила учить меня и своего внука хорошим манерам, а мы, негодяи, нарочно чавкали и толкались локтями за столом. Я бы сейчас многое отдала, чтобы получить урок хороших манер от такого человека, как Павла Вульф.

В Раневской всегда, до самой старости, оставалось что-то от малого ребенка. Как-то мы вдвоем шли с ней от бабушки к Любови Петровне. И вдруг я вижу: на дороге корова. Я была маленькая и очень боялась коров. Но со мной была Фаина Георгиевна, я думала, она меня защитит, ведь она подруга моих бабушек, а во взрослых я привыкла видеть защитников. Но тут Фуфа встает на четвереньки и быстро-быстро ползет к обочине в кусты. Оказывается, она тоже боялась коров. В результате я испугалась даже больше, чем если бы была одна. Я бросилась в кусты вслед за Раневской. Мы обнялись и дрожали, пока корова не прошла мимо и «опасность» не миновала.

С Михаилом Жаровым в фильме «Девушка с гитарой». 1958 г.
Фото: Мосфильм-инфо

Ни одна наша встреча не обходилась без какого-нибудь перла с ее стороны. Однажды, когда Любы уже не было и Александров остался вдовцом (бабушки моей не стало еще раньше), мы с Фаиной Георгиевной поехали во Внуково навестить Григория Васильевича. Александрова мы застали за обедом, среди тарелок перед ним стояло чудо — портативный маленький телевизор для автомобилей, невероятная новинка. 

Надо сказать, Григорий Васильевич очень любил новинки бытовой техники и всегда был первым, кто все это приобретал, благо возможности такие у него имелись. И вот по крошечному телевизору он смотрел новости. Фуфа спрашивает: «Гриша, что это?» — «Ну вот — портативный телевизор, называется «Юность». — «Да? И сколько стоит «Юность»?» — «Двести рублей». — «Я бы за юность дала дороже!» Потом, когда мы возвращались от Григория Васильевича в Москву, Раневская выдала еще один афоризм. На проселочной дороге машину тряхануло, и, обращаясь к водителю, Фаина Георгиевна сказала: «Осторожно, голубчик, все-таки вы везете «даму с каме… ньями». Вот так — вместо камелий камни в почках.

«В Раневской всегда, до самой старости, оставалось что-то от малого ребенка» «Подкидыш». 1939 г.
Фото: Мосфильм-инфо

Иногда мы с Фуфой виделись и в Москве. Сначала Раневская жила в Старопименовском переулке, потом в высотке на Котельнической набережной, там я никогда не бывала. Зато не раз посещала ее по последнему адресу в Южинском переулке. Это была двухкомнатная очень скромная квартира, в которой мне запомнился гарнитур из карельской березы и стены, увешанные фотографиями. Иногда я водила ее гулять — в последние годы Раневской уже тяжело было выходить на улицу одной. Вспоминается такой случай: как-то я пришла проведать Раневскую и застала у нее дома одного актера, фамилию называть не буду. 

Она себя очень плохо чувствовала в тот день, лежала, укрывшись пледом. А тому господину очень нужно было прочитать ей какую-то пьесу. Раневской же было совершенно не до этого. Сразу вспоминается короткометражный фильм по чеховскому рассказу «Драма», где Раневская блестяще сыграла навязчивую литераторшу Мурашкину. Только в жизни все вышло наоборот. Фаина Георгиевна крепко сжала мою руку и долго не отпускала, повторяя сквозь зубы, почти не слышно: «Не уходи!» — в то время как артист стоял около меня с шубой, недвусмысленно намекая, что мне пора. Я оказалась в совершенно неловкой ситуации, но все-таки пришлось уйти.

В последние годы Фаина Георгиевна была очень одинока. И всю свою любовь отдавала собачке по кличке Мальчик — это был беспородный пес, которого она подобрала на улице. Сама она с ним не справлялась — Раневская и о себе-то с трудом могла позаботиться. И Мальчик всегда имел нянек, которые периодически менялись. На мой взгляд, это была отвратительная собака. И дело даже не в том, что она ужасно выглядела. Просто у Мальчика был дурной характер. Пока ты молчишь — и он молчит, но стоит тебе заговорить, как пес начинает истерически лаять. Как-то раз, когда я уже работала на радио и у меня была собственная ежемесячная программа, мне надо было сделать с Фаиной интервью — по поводу Любови Орловой, к юбилею. 

С Мариной Полбенцевой в фильме «Сегодня — новый аттракцион». 1966 г.
Фото: LEGION-MEDIA

Мы приехали к Раневской с аппаратурой — а тут собака не дает даже рта открыть. Я спросила: «Что же делать? Как быть?» На что Фуфа задумчиво произнесла: «О-о-о, моя собака живет как Сара Бернар, это я живу как сенбернар». Кое-как в итоге Мальчика заткнули. Была еще одна знаменитая история на записи того интервью. Фаина, рассказывая о таланте Орловой, который она ценила весьма высоко, произнесла слово феномен с ударением на последнем слоге. И я поправила ее: «Фуфочка, по недавно утвержденной норме правильно делать ударение на «О». Надо перезаписать». Я была с оператором, который записывал все на огромный магнитофон, в те годы диктофонов еще не было. «Включай, деточка, — сказала ему Фаина и произнесла: — ФеномЕн, феномЕн и еще раз феномЕн, а кому нужен фенОмен — пусть идет в жопу!» Эту запись я принесла в редакцию, в кулуарах она имела огромный успех: все хохотали, слушали и переслушивали.

Я уже упоминала, что у Фаины Георгиевны стены были увешаны фотографиями. Там покупные открытки с умильными собачками перемежались с фотопортретами знаменитейших современников. На всех — дарственные надписи: Ахматовой, Качалова, Шостаковича, Твардовского... На первый взгляд выглядело как странная мешанина. Но если присмотреться, то можно было уловить некоторое сходство между людьми и соседствующими с ними собаками. 

В этом была очень тонкая ирония, характерная для Раневской. Помню, меня еще потрясло, что среди портретов признанных корифеев встречались и фотографии молодых артистов, например Владимира Высоцкого. А ведь Раневской шел уже девятый десяток. Спрашиваю: «Фуфочка, откуда у вас тут Высоцкий?» Она объяснила: «Мальчик приходил ко мне обедать. Пришел в три часа дня, а ушел в три часа ночи». И я подумала, что действительно талантливый человек воспринимает чужой талант по другим законам. Им было о чем поговорить!

Интересна и история знакомства Раневской с Еленой Камбуровой. Фаина Георгиевна однажды услышала по радио молодую певицу, и ей так понравились голос и манера исполнения, что она написала благодарственное письмо в редакцию. Это, конечно, поразительно: такое умение ценить чужой талант! При всей экстравагантности и задиристости характера Раневская была удивительно добрым и благородным человеком. Недаром мои бабушки ее так любили, а Орлова шутя называла «мой Фей».

Подпишись на наш канал в Telegram
Не хуже Тарзана: Ягудин поразил публику развязными танцами в ледовом шоу
42-летний Алексей Ягудин поразил поклонников своим поведением в Сочи на ледовом шоу Ильи Авербуха, в котором он выступает в составе звездной плеяды фигуристов. Олимпийский чемпион так разошелся, выйдя к зрителям, что в какой-то момент перебрался через ограждение к публике и исполнил эротический танец для тех, кто сидел в первом ряду. До раздевания дело, правда, не дошло, но все движения спортсмен явно позаимствовал из стриптиза и исполнил их не хуже профессионалов.




Новости партнеров

популярные комментарии
#
спасибо, сколько света, добра в этой истории. Как жаль, что это поколение ушло. Сколько оно пережило и оставалось до конца высокодуховными и образованными людьми. Нравственная планка была настолько высока, что никакая грязь, никакие трудности не смогли их сломать.
#
Как хорошо, по-доброму рассказано! С удовольствием прочитала. Спасибо большое!
#
Орлова разве была гномовского роста:" по пояс Раневской" и история с клизмой мерзкая , извращение какое то, странные сексуальные игрища
#
#comment#
0 / 1500



Звезды в тренде

Алена Григ
астролог
Алсу
певица
Анна Семенович
актриса, бывшая солистка группы «Блестящие», певица, фигуристка
Ксения Собчак
актриса, журналист, общественный деятель, теле- и радиоведущая
Дарья Мороз
актриса театра и кино