«Юля никогда не задавала вопросов о свадьбе. Хотя иногда по настроению я видел, что она ждет такого разговора. Юля знает, что меня ничего нельзя заставлять сделать. Вообще, это унизительно для женщины — говорить: «Слушай, сделай мне предложение». Никто не отменял желания мужчины быть победителем. Пусть через шесть лет, как это сделал я, но мужчина должен сам дозреть до этого решения», — рассказывает Алексей Чумаков.
Юлия: Я всегда думала, что ревность — это не про нас. Но был недавно один случай… На одном из проектов Лешу на моих глазах стала обхаживать одна девушка. Она была из съемочной группы, поэтому спокойно попадала в наш павильон. Каждое утро она украшала гримерку Леши цветами, во время обеда подносила ему еду, постоянно напевала его песни. Признаюсь, я наблюдала за этим со смешанными чувствами. У меня тоже есть поклонники, которые делают мне подарки, порой бросают недвусмысленные взгляды, я тоже могу пофлиртовать и пококетничать, но этого же не видит мой муж. К счастью, та девушка оказалась всего лишь его преданной фанаткой. Но я задумалась: а что будет, если кто-то из нас переступит грань? Знаю, что измена — это всегда огромная боль. Но думаю, каждый из нас захотел бы разобраться, в чем причина, прежде чем делать непоправимые шаги!
— Вы вместе уже восемь лет. Неужели за все это время безобидная фанатка оказалась самой грозной соперницей?
Юлия: С самого начала мы договорились доверять друг другу. Возможно, ради красного словца этим могут похвастать любые пары. Но у нас пока получается. Такой пример: мы живем за городом, дорога занимает достаточно много времени. Когда Леша снимался в шоу «Один в один», он как-то позвонил мне и так спокойно сказал, что не приедет ночевать домой и останется в Москве в гостинице. Меня это, признаюсь, насторожило. Нет, я не подумала о другой женщине. Просто показалось странным, что Леша решил нарушить правило: мы же с ним договаривались всегда ночевать вместе. Но тут же поругала себя за эгоизм — человек рассчитывает свои силы, не хочет тратить три часа на дорогу, чтобы просто выспаться. Бывало, потом мы оба оставались в отеле, когда уставали на съемках.
Алексей: А когда у Юли начались большие проекты, я уже сам настаивал, чтобы она оставалась в Москве. Из-за дороги у нее порой было всего часа полтора на сон. А так хотя бы пять часов она могла отдохнуть. Мне было спокойнее за нее.
— С другой стороны, вы же часто работаете вместе, успеваете надоесть друг другу...
Алексей: Во всех проектах, куда нас приглашают вдвоем, знают наше главное условие — у нас с Юлей должны быть разные гримерки. Это не зазнайство, не звездная болезнь. Любым людям нельзя находиться рядом друг с другом 24 часа в сутки. Это ненормально, это неправильно. Ни с друзьями, ни с родителями, ни с любимой женой нельзя находиться круглые сутки, это убийство для отношений. Пример: мы снимались вместе с Юлей в романтической комедии «Срочно выйду замуж», которая, кстати, выйдет перед Новым годом в прокат. И понимая, что нам предстоит провести на площадке 30 дней, поставили условие: у каждого из нас должен быть свой гримваген. По этому поводу было много споров, продюсеры пытались призвать к нашей совести, потому что это не вписывалось в бюджет. Подразумевалось, что муж и жена мечтают получить уголок, где можно остаться вдвоем.
Юлия: Никто не знал, что у нас уже большой опыт совместной работы и от греха подальше нас лучше развести по разным комнаткам. Мы даже дома часто расходимся подальше друг от друга, чтобы прийти в себя. Поэтому мы честно сказали: «Ребята, если вы не хотите, чтобы по окончании съемок мы развелись, селите нас по отдельности».
Алексей: У Юли есть директор Юра, очень веселый и шумный парень, есть стилист Анечка, они собираются все вместе, что-то обсуждают, болтают, слушают музыку. Ужас! А в своем гримвагене я закроюсь изнутри, лягу почитаю или выключу свет и просто вздремну. Это нормальное мое состояние, этому уже никто не удивляется. Я могу спокойно уйти на второй этаж, когда к нам приезжают гости, и спуститься обратно через час. Такой вот интроверт.
— Алексей, вы же для этого фильма худели и отпускали бороду. Режиссер заставил или сами решили?
Алексей: Бороду я отпустил, потому что эспаньолка, с которой я ходил уже очень много лет, не подходила моему герою. Мне показалось, что хорошо бы измениться внешне, чтобы зрители увидели не меня, а светского фотографа Стаса, которого я играл. Похудеть на 10 килограммов тоже решил сам. И только поэтому достиг результата. Если бы мне кто-нибудь приказал: «Так, через месяц ты должен весить на 10 килограммов меньше», — этот человек был бы послан сразу очень далеко. Со мной так нельзя. Нужно аккуратно: слушай, есть клевая роль, давай, может быть, чуть-чуть... И даже тогда я еще подумаю. Иначе сразу воспринимаю в штыки. Может быть, в таком тоне в детстве мне мог сказать папа. Но больше нет людей, которые могут мне что-то приказать. Не потому, что я такой весь из себя крутой. Можете считать это комплексом.
— Борода, как видим, осталась надолго. А вес удается держать?
Алексей: Да нет, уже килограмма четыре набрал. Но так мне даже лучше. И спокойнее. А то ведь все решили, что я чем-то болен. Начали ходить слухи, что я сделал пластические операции на носу, на скулах. А я на самом деле просто похудел и отрастил щетину. Люди комментировали: «Блин, он мне так нравился, ну чего он решил пойти засиликониться, неужели как и все в этом шоу-бизнесе?» Но я думаю так: если перестали нравиться мои песни, да бога ради, это дело вкуса. Но вот эти ахи-охи: «Он мне нравился как мужик, а теперь упал в моих глазах!» — это какая-то чушь.
Юлия: Главное, что мне нравится. Это я попросила оставить бороду. В этом смысле у нас сразу получилось совпадение. Хотя мы с Лешей полярно противоположные люди почти во всем. Восемь лет живем вместе, а постоянно идет какая-то битва. С переменным успехом. Раньше, например, Леша любил, приходя домой, раздеваться по ходу своего движения. У входной двери он снимал пиджак, потом на тумбочке оставлял футболку и так далее. При этом он любит, чтобы все находилось на своих местах. И долгое время Леша думал, что существует какой-то волшебный гномик, который приходит и раскладывает его вещи по шкафам.
Пришлось однажды открыть ему глаза и попросить оставлять свои вещи хотя бы в одной куче в конкретном месте, чтобы я могла их потом разобрать. Теперь ему иногда удается дойти почти одетым до спальни. Правда, часы и кольца он по-прежнему разбрасывает по всему дому, а потом кричит на меня, что это я их куда-то запрятала. Но я понимаю: необходим компромисс. Ему ведь тоже пришлось из-за меня отказаться от многих вещей. Например, я совсем не переношу запах лука и чеснока, а Леша родился в Узбекистане. Представляете, что такое для восточного мужчины настоящее застолье? Леша мог за два укуса съесть луковицу. Но пришлось ему отказаться от этой привычки. Я это ценю.
— А на какие уступки пришлось пойти вам самой?
Юлия: Леша отучил меня громко разговаривать. Кстати, я за собой этого не замечала. Но он меня постоянно одергивал. Я, конечно, обижалась, но стала говорить тише. Или вот еще! Я с детства привыкла брать из тарелки близкого человека кусочки всяких вкусняшек. Но Леша этого терпеть не может. Мне хватило одного раза, чтобы отучиться от этой привычки.
— Такой суровый?
Алексей: Есть вещи, к которым я нетерпим, и в такой момент лучше держаться от меня подальше.
— Даже близким людям?
Алексей: Да, такой характер. Вот, например, на съемках фильма «Срочно выйду замуж» была непростая ситуация, в которой я прямо очень сильно взорвался… Для нас очень важен этот фильм, ведь сценарий писали специально под нас с женой. Если вкратце про сюжет: героиня Юли — редактор журнала, которая может занять солидный пост, но только если за неделю выйдет замуж. А мой герой, светский фотограф и в хорошем смысле сводник, помогает ей в этом. Отношения наших персонажей проходят все стадии: от ненависти до любви. Понятно, что мы с Юлей — непрофессиональные актеры, но почему-то нам иногда хотелось дать друг другу совет, как играть. Это было как в анекдоте. «Можно ли заняться сексом на Красной площади? Нет, потому что замучают советами». Вот и мы друг друга мучили советами. Почему-то, если тебе что-то говорит посторонний человек, стараешься выслушать. Но когда мы советовали друг другу, это сразу воспринималось обоими в штыки. И вот накануне одной из самых романтичных сцен мы с Юлей находились в жесточайших контрах, поссорились страшно — не сошлись в видении наших ролей. До того дошло, что даже остановили съемку на час или полтора, чтобы все пришли в себя.
— А не в своем ли подвенечном платье, Юлия, вы снимались в финале этого фильма?
Юлия: Нет. Для съемок костюмеры нашли много свадебных платьев, я там по сюжету часто их примеряла. Знаете, даже как-то устала от этого и вряд ли захочу в скором времени снова надеть такой наряд, хотя меня часто приглашают на т