«Когда играешь войну, мысли не о холоде или неудобствах на съемках. Даже не могу сказать, какие нагрузки испытываешь больше: физические или эмоциональные. Я человек очень чувствительный, поэтому каждый поступок и слово моего героя переживаю как свои», — рассказывает Павел Харланчук, исполнитель главной роли в сериале «По следу зверя», который выйдет на РЕН ТВ 9 мая.
— Павел, ваш герой в сериале — советский разведчик Сергей Скорин, внедренный в фашистскую разведку. Играть такую роль — особая ответственность, ведь военные картины — жанр особенный...
— Ответственность я чувствовал максимальную, но только так и может относиться актер к любой роли. Тем не менее съемки в военном фильме для меня действительно всегда особенные: Великая Отечественная война — самое важное, поворотное, жестокое и страшное событие в жизни нашей страны, и рассказывать о ней — отдельное искусство. А по-актерски военная тема интересна тем, что в герое обнажаются все его человеческие качества. Здесь не бывает полутонов: или ты человек, или нет, любишь или ненавидишь. Я в детстве много смотрел фильмов про войну, но лишь повзрослев, понял, насколько в реальности это было ужасно. Когда перед тобой история человека, который прошел через машину смерти, думаешь об одном: только бы это никогда не повторилось, ни в нашей стране, ни в любой другой точке мира.
— В каких условиях снимался сериал «По следу зверя»?
— В числе прочего в экстремальных: как еще можно показать войну? Конечно, в процессе чувствуется, что это игра, но ты все равно пропускаешь происходящее через себя. Снимали мы под Питером, на улице было до дрожи холодно, а я в одной рубашке в сцене, где моего героя эвакуируют. Конечно, надеялись на термобелье, хотя не очень-то оно и грело. Но, когда играешь войну, мысли совсем не об этом. Даже не могу сказать, какие нагрузки испытываешь больше: физические или эмоциональные. Я человек очень чувствительный, поэтому каждый поступок и каждое слово моего героя переживал как свои, насколько это было в моих силах.
— Чувствительные люди часто оказываются и сомневающимися…
— Абсолютно так. Сомневаюсь постоянно, иногда даже слишком. Смогу ли я быть достаточно убедительным в роли, сыграть так, чтобы это не выглядело карикатурно или вычурно. Вообще, самоуверенные люди мне не очень симпатичны, это качество часто граничит с наглостью, я же стремлюсь к здоровым сомнениям.
— У каждого артиста есть картины, за которые ему стыдно. Большой этот список у вас?
— Конечно, были проекты, на которые я излишне надеялся, а они не сложились: или из-за моей актерской слабости, или по другим причинам. За них иногда бывало и стыдно, это правда. В конце концов, твое дело — пробовать решать поставленные перед самим собой задачи, а ошибаться время от времени — это нормально. Кстати, когда я работал в театре, мне почему-то было неловко приглашать на свой спектакль родителей. Но они, конечно, все равно приходили, без моего согласия.
— Поклонники и кинокритики часто называют вас «нашим Брэдом Питтом». Как к этому относитесь?
— Спокойно. Это распространенная человеческая реакция — находить аналоги, сравнивать. Тем более Брэд Питт симпатичен мне и как актер, и как человек. Если в чьих-то глазах я на него похож, не вижу в этом ничего плохого. Хорошо бы, если бы нас можно было сравнить по гонорарам или по уровню проектов. (Улыбается.) Мне часто делали комплименты насчет внешности, например фотографы, но я себя с этой стороны оценивать не могу. Красота зависит от внутреннего состояния: если человек светится изнутри, он будет красивым, несмотря на черты лица.
— А кого бы вы хотели сыграть в кино? В какой роли могли бы выложиться на миллион процентов?
— Ух ты… Однажды я задал себе этот вопрос и, в общем-то, определился. Я хотел бы сыграть человека, который совершает великое открытие. Условно, Галилео Галилея, но это не обязательно должна быть историческая личность, вымышленный персонаж тоже подойдет. Если выбирать конкретный образ, мне очень интересна история гроссмейстера Хосе Рауля Капабланки. Когда-то я увлекался шахматами и прочитал биографии почти всех чемпионов мира. Меня всегда поражало, насколько целеустремленными они были, проходя через все свои поражения, чтобы в итоге одержать победу. У них у всех очень интересные судьбы, которые я бы с удовольствием прожил в кино как актер.
— Павел, а ваши дети смотрят фильмы с вашим участием?
— Если я сам оцениваю свои работы довольно субъективно, то они смотрят отвлеченным взглядом, и им нравится. Они одобрили и «Рыжика в Зазеркалье», и «Королеву красоты», где я играл советского дизайнера, и «По следу зверя», конечно, тоже смотрели.
— Вы воспитываете пятерых детей, двое из которых — приемные. Как вы с женой Анной (супруги развелись в 2024 году. — Прим. ред.) решились на такой серьезный шаг, когда у вас уже была родная дочь?
— Это решение мы приняли еще до ее рождения, и даже раньше, чем официально поженились. Когда Адель немного подросла, мы вернулись к идее усыновления. Искали кого-то ненамного младше ее — хотели, чтобы в семье росли дети-погодки. Ивонке было год и шесть, но у нее имелся пятилетний брат Филипп. В детском доме сказали, что у нас есть выбор, но хорошо бы не разлучать их, и мы забрали двоих. Думали, что готовы к таким переменам, читали тонны литературы, проходили все врачебные и государственные проверки, но оказалось, что к этому практически невозможно быть готовыми. И бытовые проблемы тут — не самое трудное. Важно суметь искренне полюбить этих маленьких людей. Возможно, со стороны кажется, что раз супружеская пара решилась на такой шаг, то им будет легко полюбить приемных детей. Вовсе нет. Психолог заранее задавала вопрос: будем ли мы одинаково любить родных и приемных?
Оказалось, если вы отвечаете «да, конечно», то для них это тревожный звоночек, ведь даже родных детей, если их несколько, невозможно любить одинаково. А любовь к родным и приемным детям, так или иначе, будет разной, это нужно признавать сразу и честно. Да, вы сможете любить неродного по крови человека, вы его приняли, очень ждали, но для того, чтобы между вами возникло настоящее чувство, придется много работать. Особенно сложно мы налаживали общение с Филиппом. Он быстро рос и в какой-то момент свернул на опасный путь, но, слава богу, сейчас все наши усилия принесли плоды, ему скоро 24, и он хороший парень. Когда ему было 15, нам пришлось пережить и постоянные побеги из дома, и влияние улицы, и внимание участковых.
Подростком он пользовался тем, что неродной, ему не скажешь: «Филипп, этим поступком ты обижаешь маму и папу». Ну обижаешь, и что? Люди из комиссии по делам несовершеннолетних объясняли нам, что главное — быть на связи, а контролировать, на какую дорожку он может свернуть, все равно вряд ли удастся. В лучшем случае вы будете постоянно возвращать его домой. Чем, я собственно, регулярно и занимался. Слава богу, сейчас все это позади.
— Будто в награду за все трудности, которые пришлось пережить с непослушным сыном, вы являетесь отцом четырех девочек.
— И они абсолютно разные! Объединяет их то, что каждая является моей дочкой и большим другом. Конечно, я не имею доступа ко всему, чем они делятся с мамой, но в настоящей дружбе это не главное. Самое важное я про них все равно знаю. Ивонка решила, что будет заниматься косметологией, в этом году оканчивает училище в Минске. Старшая, Адель, в прошлом году вдруг поняла, что хочет стать актрисой. А ведь раньше ей нравилось только петь и танцевать. Но она поступила в Школу-студию МХАТ, учится на первом курсе. Я был удивлен и обрадован. Ей иногда тяжело, и тогда она просит у меня совета. Думаю, дочь все преодолеет, Адель — очень упертый человек. Средняя, Оливия, увлекается танцами, посещает студию, а еще она — неожиданно — финансово очень грамотная.
Копит, зарабатывает — например, в следующем году планирует поездку в Таиланд на свои деньги. Она молодец! У нее вообще все правильно, есть чему поучиться. А младшая дочка, Паулина, пока в свободном полете, она тоже посещает театральную студию, но с пластическим уклоном. На занятиях они узнают свое тело и свои «зажимы», от которых стоит избавиться. Думаю, театральную студию полезно посещать любому человеку — можно научиться свои слабости обращать в силу. Этим дочка пока и занимается. В общем, талантливые, красивые у меня девки!
— О чем еще мечтать? А чего бы вы, кстати, желали для самого себя?
— Хотелось бы, чтобы никогда не покидала радость от работы. Я профессию свою люблю и менять не собираюсь, но пусть это всегда будет стабильно, радостно и с хорошими людьми. Я дорожу близкими, но мне интересны и новые знакомства, было бы здорово, чтобы общение не исчезало из жизни. Такое время, потихонечку люди уходят в себя. Хотя это тоже неплохо — уметь быть в одиночестве. Я бы даже сказал, что такое умение необходимо каждому. Но это же не значит, что так и нужно всегда жить. В Библии написано: «Не хорошо быть человеку одному»! Я через это прошел, был один целый год, кое-чему за это время научился и точно понял: любые испытания судьба посылает не просто так.
Смотрите сериал «по следу зверя»на канале Рен ТВ 9 мая в 10:50
