Александр Скрябин: жизнь в любовном треугольнике

На заре своего существования этот дом сыграл заметную роль в судьбе трех человек, вошедших в историю русской музыки.
Новая любовь захватывала Скрябина в плен все сильнее. Он отправлял Тане письма, полные немыслимых в отношениях с Верой страстных подробностей Новая любовь захватывала Скрябина в плен все сильнее. Он отправлял Тане письма, полные немыслимых в отношениях с Верой страстных подробностей Фото: VOSTOKPHOTO

Или все же еще можно?

В покинутой кухне заметила на стене забытый впопыхах кухаркой крошечный картонный образок… И, как будто разом лишившись сил, рухнула вдруг перед ним на колени… Господи, спаси и защити!

В Швейцарии поселились в нескольких километрах от столицы, в местечке Везна, на берегу озера. И вскоре Вере стало окончательно ясно, что вся эта поездка была срежиссирована мужем заранее. Как только в Швейцарию приехала Морозова, также собиравшаяся провести там лето, Таня, все это время жившая неподалеку от Скрябиных, в Бель-Риве, зачастила к ним в дом. Это могло означать только одно: Скрябин готовится представить Татьяну своей покровительнице в качестве новой подруги жизни.

Впрочем, Веру, по его словам, он тоже не собирался бросать на произвол судьбы — она опять начнет концертировать, исполняя новые произведения Скрябина, которые он готов разучивать с нею лично. Неожиданно вспомнились все Верины исполнительские заслуги и таланты, о которых в их доме последние пять лет старались не говорить. Веру засадили за рояль, от которого ее отныне не должны были отвлекать мелкие житейские заботы. Уезжая то в Париж, то в Брюссель, где его ждали дела и конечно же везде неотступно следовавшая за ним Татьяна, Александр Николаевич требовал от Веры подробных отчетов: сколько пьес уже выучено, сколько часов отрабатывалась несколько позабытая за годы простоя техника игры... А Вера, стоило ему уехать, часами просиживала у молчащего рояля, не в силах поднять рук от тоски.

Новая любовь захватывала Скрябина в плен все сильнее. Уже почти не скрываясь от жены, он ежедневно отправлялся на почтамт в Женеву, куда ему во время разлуки порой по нескольку раз в день до востребования писала Таня и откуда он сам строчил ей письма, полные немыслимых в отношениях с Верой страстных подробностей.

В мучительном ожидании окончательного разрыва Скрябина с женою Таня моталась по Европе, меняла пансионы и почерк, чтобы на почтамте не примелькались послания, получаемые женатым русским композитором, гостила то у одних тетушек, то у других, благо у ее матери-француженки и отца, выросшего в Германии, родных в Европе было предостаточно... Но в начале 1905 года стало ясно, что дальше так продолжаться не может, — Таня была беременна.

Оставить доверившуюся ему девушку в таком положении одну в чужой стране и почти вовсе без средств даже при страшной нерешительности Александра Николаевича было немыслимо.

Он пообещал, что, как только в Париже пройдет премьера недавно написанной им Третьей симфонии, или, как именовал ее сам автор, «Божественной поэмы», они поселятся вместе. Таня, воспрявшая духом, во что бы то ни стало желала разделить с любимым его триумф, в котором она ни минуты не сомневалась. Да и как же иначе? Разве Саша не повторял ей непрестанно, что это ее страстью и любовью были вдохновлены лучшие страницы симфонии? Ее, ее любовью! А не пошлыми лицемерными заботами «Вушеньки», с которой Саша так цацкается и которой совершенно нечего делать на этом концерте… То, что именно Вера страницу за страницей переписала для парижского концерта всю партитуру, по мнению Тани, ровно ничего не значило.

В конце концов, Саша мог бы отдать симфонию в переписку любому грамотному музыканту, который еще и за честь почел бы переписывать Скрябина… Да-да, за честь! Тронутый Таниным безудержным обожанием, Александр Николаевич согласно кивал в ответ…

— Гадкая! Гадкая! Все это специально, специально… Чтобы мне, чтобы тебе сделать больно… Или ты знал? Говори, ты знал, что она будет?

Захлебываясь рыданиями и упреками, Таня в каких-то истерических судорогах корчилась на сиденье экипажа. А совершенно растерявшийся, до смерти напуганный Скрябин хватался то за нюхательную соль, то за веер.

Господи, ну мог ли он знать, что Вера решится на такую эскападу? Без предупреждения явится в Париж, да еще сразу на концерт, где на него, «новую русскую звезду», было направлено столько любопытных глаз… А ведь он так надеялся на ее благоразумие… Или Вера лукавила, говоря, что смирилась с судьбой, — и она уже вовсе не та кроткая Вушенька, которая все эти годы беспрекословно исполняла его желания и которая, как он был уверен, рано или поздно с той же покорностью примет и его новую любовь? Утешая стенавшую Таню, он впервые почувствовал, что сам не верит в свои утешительные слова… Нет, ни мира, ни покоя отныне в его жизни не будет. Он сам вызвал ветер — и бурю тоже пожинать ему…

Хотя одно было к лучшему — теперь по крайней мере все прояснилось. Ему больше нет нужды вести двойную игру и щадить чувства Веры…

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Подпишись на канал 7Дней.ru в



Загрузка...
Новости партнеров
Написать комментарий


Сергей Жигунов Сергей Жигунов Актер, продюсер, режиссер, телеведущий
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.



Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте