Ольга Тумайкина. Я не кукла

На банкете Андрей бросил реплику: «Чтобы у Тумайкиной все получалось, есть простой способ: ее надо бить, бить и бить».

У него появилась любовь не только к красивой одежде, но и к красивым жестам. Мы тогда снимали квартиру на «Соколе», и у нас был сосед, с которым Андрей даже не по­дружился, а так, болтал о том о сем, пока они выгуливали собак. В день свадьбы соседа во двор въехали длиннющие лимузины, заказанные Бондарем. Белый — для невесты и черный — для жениха. Гости, ни один из которых не знал Андрея, были потрясены. Но Бондарь расстраивался, что у него не получилось еще снять номер для новобрачных в «Метрополе» — тот, увы, оказался занят!

Карьера на сцене у Андрея не сложилась, а натура требовала выхода, и он пытался превратить в театр свою жизнь, дергая людей за ниточки согласно своей воле. Ему просто необходимо было чувствовать себя в центре внимания. Я говорила, что это дешевый авторитет.

Что он самоутверждается в глазах совершенно посторонних людей. Цена их восхищения невелика, через минуту о нем забудут. Но Андрей меня не слушал.

Я по-прежнему считала его гением, которому не повезло, и очень многое прощала. Молодая, глупая, влюбленная. Так продолжалось несколько лет. Однажды за столом, при друзьях, он вдруг заявил ни с того ни с сего, что изменяет мне. Даже для меня это было слишком. Бондарь понял, что в этот раз перегнул палку со своими психологическими экспериментами. Стал говорить, что наврал, просто хотел посмотреть, как я буду реагировать, но я уже решила: с меня довольно. И тогда Андрей встал и произнес тост: «Я знаю способ, как удержать Тумайкину. И я это обязательно сделаю, потому что не хочу ее потерять».

Я сразу поняла, о чем речь. И мне вдруг стало так тепло, так приятно. Поганая бабья натура! До сих пор ругаю себя за то, что не ушла от него.

В ту ночь мы были вместе как в первый раз. Куда-то исчезли горечь, раздражение. И проснувшись утром, я поняла, что больше не одна. У меня будет ребенок.

Беременность придала жиз­ни новый смысл. Я буквально порхала. Андрей тоже изменился, стал более внимательным. Ссоры, правда, случались. Один раз я даже сбежала к подруге. Он приехал: «Хватит заниматься глупостями. Поедем домой, там без тебя так пусто».

И я вернулась. Это был самый счастливый период в нашей с Андреем совместной жизни.

Рожала я в обычном роддоме. Когда Полина появилась на свет, между нами сразу установилась тесная связь. Я на расстоянии чувствовала, что она плачет. Вышла в коридор, прошу нянечек:

— Пустите меня к новорожденным, мой ребенок плачет.

Они смеются:

— Откуда ты знаешь, что твой? Их там столько!

— Пожалуйста, пустите!

Захожу: двенадцать младенцев спят, а моя Полина плачет...

Когда дочке исполнилось восемь месяцев, я снова вышла на работу в Театр имени Вахтангова. Дочка оставалась с няней. Коллеги ко мне очень хорошо относились.

Андрею это не нравилось, он ревновал меня к театру: у самого-то не сложилось.

На банкете по случаю моего экстренного ввода в спектакль Михаил Александрович Ульянов поднял бокал в мою честь: мол, надеюсь, у Ольги и дальше будет все получаться также прекрасно, как в этом спектакле. Андрей вдруг бросает реплику: «Чтобы у Тумайкиной все получалось, есть простой способ: ее надо бить, бить и бить».

Все восприняли это как неудачную шутку: мол, выпил человек лишнего, бывает.

Но вскоре Андрей меня действительно ударил...

Он вернулся домой поздно, опять пьяным. Завязался какой-то странный разговор.

Я попросила денег на хозяй­ство. Андрей сказал, что их нет, истратил уже в этом месяце десять тысяч долларов. Вполне естественно, что я поинтересовалась — на что. И тут же увидела перед лицом кулак...

Когда на следующий день я встретила Ульянова, он всплеснул руками: «Да что же это такое! Муж? Давайте я с ним поговорю». Но я решила сначала попробовать сама.

Андрей был дома и вел себя так, словно ничего не случилось. Я встала перед ним и с трудом — челюсть болела — сказала:

— Вчера ночью произошло нечто из ряда вон выходящее. Я настаиваю, чтобы ты принес мне свои извинения. Возможно, это условность, но она мне необходима.

Никто из моих друзей и близких не знал, что Бондарь меня избивает. Со стороны мы производили впечатление счастливой семьи Никто из моих друзей и близких не знал, что Бондарь меня избивает. Со стороны мы производили впечатление счастливой семьи Фото: Из Архива О. Тумайкиной

Он спокойно так отвечает:

— Я не считаю себя виноватым. Более того, если понадобится, сделаю это еще раз.

Я растерялась, не знала, как реагировать.

— Ульянов хочет с тобой поговорить...

— Да не пошел бы он...

И хлопнул дверью. Его не было день, другой, третий. Мобильный выключен. Ни­кто из друзей не знал, где он. Я сходила с ума от беспокой­ства. Начала находить какие-то оправдания. Себя обвинять.

Когда наконец Андрей появился на пороге, я была ему так рада! Все простила.

Мы помирились. А через месяц он избил меня снова. Просто так, без повода. Но на этот раз действовал хитрее. Лицо пощадил. Синяки на теле заметила только Людмила Васильевна Максакова, когда мы переодевались в гримерке. В ее взгляде были сочувствие и ужас одновременно:

— Почему не уходишь?

— Квартиры нет. И снимать не на что... А у меня ребенок.

Она говорит:

— Я помогу, только уходи от него немедленно.

И я ушла. Полгода Людмила Васильевна оплачивала мою квартиру! Я этого никогда не забуду.

Полина уже ходила в дет­ский сад, а в выходные оставалась с няней.

Андрей звонил, часто пьяный, умолял вернуться: «Мне не для кого жить.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Загрузка...


Написать комментарий



Эштон Катчер (Ashton Kutcher) Эштон Катчер (Ashton Kutcher) актер
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.