Нина Шацкая: «Об измене Золотухина я узнала, случайно прочитав его дневник»

«Я спросила Золотухина: «Как ты можешь публиковать неправду? Выставляешь напоказ чужую жизнь, обижаешь людей?» — рассказывает Нина Шацкая.
Варвара Богданова
|
12 Марта 2014
Нина Шацкая Нина Шацкая Фото: Фото из личного архива Ирины Шацкой

«Я спросила Золотухина: «Как ты можешь публиковать неправду? Выставляешь напоказ чужую жизнь, обижаешь людей?» Он ответил: «Нина, я писатель. Мне позволено немного пофантазировать». Я чуть до потолка не подскочила: «Валерий, дневник — это документ. Люди читают и верят тебе…» Он только устало отмахнулся: «Да ладно…»

Мы не общались очень много лет.

Очевидно, нашего сына Дениса это тяготило. Хотя мне он ничего не говорил. Но однажды позвонила невестка Алла: «Нина Сергеевна, Тамара Владимировна очень хочет встречать вместе с нами Новый год. Вы не против?» Я удивилась: «Это что, и Золотухин, что ли, будет?» — «Ну конечно». А Тамаре они сказали, что я приглашаю ее на новогоднее застолье. Так неоднократно мы собирались у меня дома, весело отмечали праздник. Последний раз встречали 2012-й. Валерий совсем немного и выпил. Под утро, когда Тамара пошла в прихожую одеваться, Золотухин вдруг сообщил довольно решительным тоном: «Все! Больше я отсюда никуда не пойду». Устал, наверное, от перипетий своей запутанной жизни. А мне смешно стало. Говорю: «Вставай! Жена твоя Тамара уже собралась, и тебе пора…»

Правда, которую лучше не знать После публикации дневников Золотухина Юрий Петрович Любимов спросил: «Валерий, а ты не боишься, что люди, которых ты облил грязью, набьют тебе морду?»

«Видимо, мы встретились и поженились только для того, чтобы у нас родился долгожданный сын». Валерий Золотухин с сыном Денисом. 1970 год «Видимо, мы встретились и поженились только для того, чтобы у нас родился долгожданный сын». Валерий Золотухин с сыном Денисом. 1970 год Фото: Фото из личного архива Ирины Шацкой

Золотухин посмеялся. А я знаю, что одна актриса Театра на Таганке действительно дала ему пощечину. Прочитала, как Валерий описал их связь — пошло, гадко, — пришла в гримерную и залепила. Я знаю, о ком речь, фамилии называть не буду.

Дневники Золотухин вел давно. Когда мы были женаты, не прятал их от меня. Напротив, предлагал: «Зайчик, прочти!» Точно не помню, в какой момент, но вдруг очередная тетрадь пропала со стола. Меня это конечно же заинтересовало. Все время лежала на виду, а тут нет ее. Но если не хочешь, чтобы читали твои записи, — прячь получше. Я нашла дневник и тогда впервые узнала об измене мужа.

Валерий писал об Ие Саввиной. Они тогда вместе что-то репетировали в Театре на Таганке, но Золотухин был у нее и дома, почему-то жалел ее сына. По тому, как это описывалось, сомнений не оставалось: между ними были определенные отношения. Валерий даже сравнивал ее со мной, мучительно решая для себя вопрос: кто из нас двоих лучше? «Все-таки Шацкая лучше», — завершал он сомнения. Эта «победа» не принесла мне радости. Возникло чувство омерзения и желание немедленно пойти под душ — я человек брезгливый. Конечно, между нами произошел разговор, он как-то оправдывался, отнекивался. Я простила, но не забыла. Невозможно забыть предательство.

Я верю в приметы, в особые знаки, которые посылает судьба, мне не раз снились вещие сны. Золотухин — не мой человек. Не плохой и не хороший, а просто не мой.

«Пока я была женой Золотухина, он не мог знать о нашем романе с Леней. Филатов был женат и не решался уйти из семьи». В театре на Таганке, 1983 год «Пока я была женой Золотухина, он не мог знать о нашем романе с Леней. Филатов был женат и не решался уйти из семьи». В театре на Таганке, 1983 год Фото: из личного архива Ирины Шацкой

Но вот что интересно: родителей Валерия звали Сергей и Матрена — довольно редкое сочетание имен, согласитесь. А у моих мамы и папы были такие же имена: Матрена и Сергей. Обе Матрены — маленького роста, а Сергеи, наоборот, высокие. Случайность? Не думаю. Свою свекровь Матрену Федосеевну я любила. И она меня, по-моему, тоже. А вот свекор — Сергей Илларионович — нрав имел крутой. Был председателем колхоза, в свое время, говорят, побивал беременную жену. Впрочем, меня никогда и ничем не обидел. Наверное, судьбе было нужно зачем-то вывалять меня в том, что стало нашим браком. Мы с Валерием встретились и поженились, чтобы у нас родился сын — долгожданный и очень любимый. Разве этого мало?!

Первые три года мы действительно любили друг друга. Не так давно на антресолях нашла пачку писем Золотухина того времени.

«Жить без тебя не могу. Мы с тобой, как по радуге, пойдем по жизни…» Радуга пропала быстро. И Валерий сделал для этого немало. Иногда казалось, что я его ненавижу. Но обиды забывались, наши отношения налаживались. Опять я в его дневниках фигурировала как «Зайчик», а не как «Шацкая». Семью надо беречь — так я была воспитана мамой, поэтому прощала, терпела… До следующей обиды. Но наши отношения только ухудшались, сходили на нет. Все отчетливее я понимала, что рядом чужой человек. Просила: «Валерий, уйди, пожалуйста». Сама подавала на развод. Не понимаю, почему он оставался. Наверное, правду говорят, что мужчинам тяжело развестись не с женой, а с привычной обстановкой. Валерий так меня допек, что я написала заявление на алименты. Материально мы жили тяжело. Хотя Золотухин и в кино снимался, и с концертами выступал.

Денис был раздет, ходил в каком-то рванье. Я сама отвезла исполнительный лист на киностудию «Мосфильм». Стыдобища! Кстати, после нашего официального развода Валерий быстро купил квартиру, новую машину, дачу. Значит, правда, копил деньги, прятал…

Однажды со мной произошла жуткая, даже постыдная история. Как-то после спектакля ко мне в театр зашла подруга Лена, чтобы познакомить со своим возлюбленным. Вдвоем они уговорили меня посидеть в ближайшем ресторане — буквально полчасика. Выпитое на голодный желудок шампанское меня развеселило, расслабило, «полчасика» давно прошли — я потеряла счет времени. Прокутив имеющиеся в наличии деньги, мы решили не расходиться. Поехали занимать у друзей, оказались в другом ресторане.

«Сохраняя остатки самообладания, я объяснила Валере, что, если он меня не заберет, мне придется ночевать в милиции. Золотухин не приехал! Ну какой мужчина бросил бы в такой ситуации пусть и нелюбимую жену?» Нина Шацкая в спектакле «Мастер и Маргарита». 1977 год «Сохраняя остатки самообладания, я объяснила Валере, что, если он меня не заберет, мне придется ночевать в милиции. Золотухин не приехал! Ну какой мужчина бросил бы в такой ситуации пусть и нелюбимую жену?» Нина Шацкая в спектакле «Мастер и Маргарита». 1977 год Фото: \ из личного архива Ирины Шацкой

Вечер. Оркестр заиграл мелодию из популярного тогда фильма «Генералы песчаных карьеров». Я расчувствовалась и попросила музыкантов сыграть еще раз, присела на край сцены. И ничего бы не случилось: послушала бы и вернулась к своему столику, но какая-то неряшливого вида тетка, работница ресторана, нарушила мое идиллическое состояние, бесцеремонно схватив за рукав: «Вы что тут расселись? Немедленно идите на место!» Но я идти отказалась, слово за слово, конфликт разгорелся нешуточный. И свой монолог о несовершенстве российской действительности и человечества в целом я заканчивала в отделении милиции. «Если бы у меня был пулемет, я бы всех вас здесь перестреляла!» — сказала я стражам порядка. Еще имела наглость попросить об экскурсии по этому заведению. Вид пьяных и орущих людей привел меня в чувство.

«У вас муж есть? — спросил меня милиционер. — Звоните ему. Если он приедет, мы вас отпустим». И я позвонила. На счастье, Валерий оказался дома. Я, стараясь сохранить остатки самообладания, объяснила ему, где нахожусь и что, если он меня не заберет, мне придется ночевать в милиции. Золотухин за мной не приехал! Ну какой мужчина бросил бы в такой ситуации пусть и нелюбимую жену?! Наутро я, тихая и виноватая, просила милиционеров не сообщать в театр. Мое положение и так было непростым. Не хватало только скандала с милицией.

Со стыда чуть сквозь сцену не провалилась

В Театр на Таганке мы показывались вместе с Золотухиным. Но о том, что мы — муж и жена, не сказали. Из зрителей — один Юрий Петрович Любимов.

Вместо декорации — два стула в его кабинете. Даже концертмейстер не пришла. Поэтому мы «в сухую», без музыки спели дуэт из какой-то оперетты: «Ах, Вася… Ах, Дуся...» И были приняты! Вскоре начались репетиции «Антимиров» — спектакля по произведениям Андрея Вознесенского. В новую постановку попали и мы с Валерием. И тут произошел казус. Я все ждала, когда мне скажут: «Приготовьте такое-то стихотворение». Но мне никто ничего не говорил. Потом выяснилось, что я просто не поняла: мы должны были сами выбрать себе стихотворение. И вот уже премьера, а я «урока» так и не выучила. Но на сцену вышла. Стою. Все по очереди читают стихи, а я, одна-единственная, молча перехожу с места на место: то так встану, то другим боком повернусь или на пандус присяду. В общем, ужас! Со стыда была готова провалиться сквозь сцену. Потом Алла Демидова рассказала: ее муж, сценарист Владимир Валуцкий, автор знаменитой «Зимней вишни», посмотрев спектакль, сказал, что Шацкая ему понравилась больше всех.

Моя актерская судьба на «Таганке» складывалась неровно.

Однажды у меня произошел открытый конфликт с Любимовым. В театре проходило собрание, на которое в качестве жеста доброй воли дирекция выставила ящик шампанского. Довольно странно, потому что на «Таганке» работало немало пьющих актеров. Периодически Юрий Петрович грозил увольнением то Золотухину с Высоцким, то Бортнику. А тут шампанское. Возможно, руководство хотело вызвать артистов на откровенный разговор. Я была в депрессии. Только что Любимов не дал мне сыграть роль в спектакле «Деревянные кони». Да еще обидел на репетиции, после чего я, заревев, убежала домой.

«Заполняя какую-то анкету, на вопрос, кого вы считаете своим другом, Высоцкий написал: «Золотухина». Валерий невероятно гордился этим». Кадр из фильма «Хозяин тайги», 1968 год «Заполняя какую-то анкету, на вопрос, кого вы считаете своим другом, Высоцкий написал: «Золотухина». Валерий невероятно гордился этим». Кадр из фильма «Хозяин тайги», 1968 год Фото: МФ-инфо

В общем, я решила проявить характер. Купила свою бутылку шампанского. Одна в гримерной, сидя перед зеркалом, немного выпила и, почувствовав легкое возбуждение, потопала в зал, где уже шло это собрание. Юрий Петрович разговаривал с Ваней Дыховичным и с Леней Филатовым. Но когда вошла я, продолжая общаться, не сводил с меня глаз. Я села на свободное место. Была уже под хорошим градусом. И вдруг Юрий Петрович сказал мне что-то, показавшееся обидным. Вот тут меня прорвало. Я встала и громко произнесла: «Юрий Петрович, вы — г…. Хамство — ваш удел». Повисла пауза, директор театра не нашел ничего лучше, как срочно закрыть собрание. После такого моего выступления глупо было ждать хороших ролей. Когда Любимов приступил к постановке «Мастера и Маргариты», мне досталась роль дамы в варьете с единственной репликой.

Но надо отдать должное Юрию Петровичу. Какие бы отношения ни складывались у него с артистами, профессиональных качеств они не затмевали. Однажды актриса, назначенная на роль Маргариты, не пришла на репетицию. Юрий Петрович неожиданно спросил меня: «Нина, текст знаете?» — «Знаю». Он удивился: «Да? Тогда идите на сцену». А я мечтала сыграть Маргариту. И я получила эту роль, как в романе Булгакова. Помните, Воланд говорит Маргарите: «Никогда ничего не просите. Сами предложат и сами все дадут…»

Последний поцелуй Высоцкого

Одной из самых ярких фигур «Таганки», несомненно, был Володя Высоцкий. Я помню, как он пришел в театр. Выглядел Высоцкий тогда скромно: пиджачок букле, кепочка… Но у него была замечательная и неожиданная улыбка.

Он был прекрасным рассказчиком, умел шутить и уже тогда пел свои знаменитые шальные песни. Однажды мы, артисты, были в гостях у Юрия Петровича Любимова. Его жена Людмила Васильевна Целиковская под какую-нибудь дату или после очередной премьеры принимала нас дома. Она была замечательной хозяйкой, у нее всегда было тепло, уютно и сытно. Конечно же мы выпивали, говорили о нашем театре, об искусстве. Высоцкий пел. В том числе песню «Я не люблю», где у него были такие слова: «…Я не люблю насилья и бессилья. И мне не жаль распятого Христа». Целиковская сказала: «Володя, так нельзя, нехорошо». И строчка была быстро переделана и звучала уже по-другому: «…вот только жаль распятого Христа».

Заполняя какую-то анкету, на вопрос, кого вы считаете своим другом, Высоцкий написал: «Золотухина».

«На «Таганке» было немало пьющих актеров. Периодически Любимов грозил увольнением то Высоцкому с Золотухиным, то Бортнику». В Театре на Таганке, в кабинете Юрия Любимова «На «Таганке» было немало пьющих актеров. Периодически Любимов грозил увольнением то Высоцкому с Золотухиным, то Бортнику». В Театре на Таганке, в кабинете Юрия Любимова Фото: из личного архива Ирины Шацкой

Валерий невероятно гордился этим. И в первые годы «Таганки» между ним и Володей действительно существовала хорошая искренняя дружба. Они вместе снимались в кино — в «Интервенции» у Геннадия Полоки, в «Хозяине тайги». Мы с Валерием тогда жили в Пальчиковом переулке, в коммуналке. Теперь на этом месте — Олимпийский проспект. И вот в конце 60-х годов к нам туда приходил Володя с женой Люсей Абрамовой, Веня Смехов со своей Аллой. Я — увы! — хорошей хозяйкой не была, да и готовить некогда: утром репетиция, вечером спектакль, после которого к нам запросто могла заявиться немаленькая компания. Однажды, помню, приехали Володя, Саша Калягин, кто-то еще: человек шесть, а в холодильнике из еды три пельменины. И больше ничего. Подъезжали еще гости и обязательно выставляли водку, о закуске никто не беспокоился.

Все тогда воспринималось весело. Тем более что позднее откуда-то на столе вдруг появилось много-много клубники. И, конечно, Володя пел. Час ночи, два, три… Лето, окна открыты настежь, голос Высоцкого слышен по всей округе, тихо он петь просто не умел. Но что удивительно: никто из соседей не пожаловался, никто не барабанил гневно по батареям. Вдруг раздается звонок в дверь. Открываю в полной уверенности, что это милиция. Оказалось, мужчина из квартиры напротив: «Можно мне у вас послушать?»

Когда в Володиной жизни появилась Марина, мы еще несколько лет продолжали общаться. Однажды у нас собралась компания — к тому времени нам с Золотухиным дали трехкомнатную квартиру на Рогожском Валу. Мы очень хорошо посидели, выпили. Я вышла на кухню, Марина за мной.

И вдруг она заплакала. Это было так неожиданно, ведь только что Марина казалась абсолютно счастливой. Спрашиваю ее: «Что произошло?» — «Нина, он не хочет, чтобы я переезжала к нему в Москву». Закурили, я стала убеждать Марину, что здесь ей будет тяжело. Володя просто оберегает ее. А потом подумала: действительно — почему? Не потому ли, что, если Марина будет постоянно жить здесь, Володя не сможет ездить к ней в Париж? Поездки во Францию, а потом и по всему миру давали ему ощущение свободы и независимости от власти. Такой кукиш в кармане.

Володя был на особом положении — Любимов прощал ему и загулы, и шалости. Помню, правда, один случай, из-за которого Юрий Петрович всерьез разозлился. В тот вечер на «Таганке» шел спектакль «Час пик». И одновременно с этим в одном из московских Дворцов культуры давали «Доброго человека из Сезуана», где играл Володя.

Владимир Высоцкий с  Мариной Влади», 1968 год Владимир Высоцкий с Мариной Влади», 1968 год Фото: ИТАР-ТАСС

Теперь представьте картину. Во время массовой сцены в «Часе пик», когда актеры изображают жителей Варшавы и под вспышки прожекторов шагают в разных направлениях, происходит что-то странное. В потоке прилично одетых «поляков» мелькают несколько оборванцев. Артисты на сцене начинают «колоться», с трудом сдерживают смех. Оказалось, Высоцкий с тремя приятелями, занятыми в «Добром человеке...», во время антракта, не снимая костюмов, сели в Володину машину и примчались на «Таганку», чтобы ненадолго выйти на сцену, взбудоражить всех и вернуться в ДК ко второму действию. На следующий день участникам веселого хулиганства объявили выговор.

Но чаще Любимов Высоцкому прощал.

Отпускал на несколько месяцев к Марине, заменял спектакль, когда у Володи случался запой. Если это, конечно, было возможно. Во время гастролей во Франции, в Марселе, на «Гамлета» пришли какие-то важные люди. А у Володи — срыв, он запил и не явился к назначенному времени в театр. Тогда Юрий Петрович вместе с Давидом Боровским отправились на его поиски. На такси объехали все кабачки, где мог быть Высоцкий. Нашли его, привезли в театр. Выглядел Володя ужасно, плохо себя чувствовал. Французские врачи делали ему какие-то уколы. По-моему, даже приехала Марина. Но мы боялись, что спектакль сорвется. За кулисами висело невероятное напряжение. Невозможно человеку в таком состоянии играть, да еще Гамлета. А Володя сыграл. У него было мало сил, голос садился, но он вытащил роль нутром, на колоссальном нерве. И, конечно, ценой здоровья… Иногда терпение Любимова иссякало.

Он грозился Высоцкого уволить. Однажды захотел ввести замену на роль Гамлета. Предложил Лёне Филатову, Диме Щербакову и Золотухину. Ребята отказались сразу, а Валерий стал репетировать. У него в дневниках вся эта ситуация очень деликатно описана. Но я знаю, что Демидова и Смехов предпочли в этих репетициях не участвовать. Потому что знали, как Володя дорожит ролью.

Высоцкий поставил Золотухину условие: «Если ты сыграешь в «Гамлете», я с тобой прекращу все отношения». Любимов не дал Валерию выйти на сцену в этом спектакле, и общаться они с Володей продолжили, но той дружбы, которая была между ними, уже не стало. В 79-м году, во время концерта в Тбилиси, Высоцкий позвонил в гостиничный номер Филатова и спросил: «Лень, рядом нет Валерки?

«Когда у Любимова иссякло терпение и он решил ввести замену на роль Гамлета, Демидова отказалась в этом участвовать. Знала, как Володя дорожит этой ролью». Александр Пороховщиков, Алла Демидова и Владимир Высоцкий в спектакле «Гамлет», 1977 год «Когда у Любимова иссякло терпение и он решил ввести замену на роль Гамлета, Демидова отказалась в этом участвовать. Знала, как Володя дорожит этой ролью». Александр Пороховщиков, Алла Демидова и Владимир Высоцкий в спектакле «Гамлет», 1977 год Фото: ИТАР-ТАСС

Ничего ему не говори, поднимись ко мне в номер один». И в разговоре с Леней Володя дал нелестную характеристику Валерию: мол, я сам поздно все понял про него, так что, Лень, надо знать, кого выбираешь себе в друзья.

«Папа, ты этот театр хотел мне подарить?»

Так случилось, что я участвовала в спектакле, где Володя сыграл свою последнюю и, по мнению многих, лучшую роль. Речь об инсценировке романа «Преступление и наказание» Достоевского. Я играла Дуню, сестру Раскольникова, Высоцкий — Свидригайлова. Вспоминаю, как репетировали с ним. Володя грустен. Мне жаловался: «Нога болит. Вообще плохо себя чувствую». Жить ему оставалось чуть больше года. Но сейчас мы играем с ним сцену, где моя героиня теряет сознание.

Володя должен расстегнуть мне верхнюю пуговичку платья, но неожиданно наклоняется надо мной и вдруг целует страстно, по-мужски. Это был поцелуй не Высоцкого, а Свидригайлова. И целовал он не меня, а мою героиню... Специфика нашей профессии такова, что порой стирается грань между сценой и реальной жизнью. Подобного состояния достигают лишь очень большие артисты, каким и был Высоцкий. Но от Лени Филатова, который стоял в кулисах и все видел, мне потом влетело. Леня устроил мне хорошую выволочку за этот поцелуй, хотя я была совершенно не виновата.

Читаю в дневнике Золотухина о нас с Леней:

«14 декабря 1990 г. «Подарил мне Филатов книжку с автографом. Когда-то я дал ему рукопись «Дребезгов», а он ее где-то на лавочке оставил.

И вот уж который год, а точнее 11 лет, живет с моей женою Нинкой…» К этому моменту я уже 12 лет как официально развелась с Золотухиным... А пока была его женой, он не мог знать о нашем тайном романе с Леней. Десять лет о нас с Филатовым в театре знала лишь моя подруга Маша Полицеймако. Она была нашим тайным почтальоном, передавала записки. Отношения складывались непросто. Леня был женат и не решался уйти из семьи. Я избегала его, пыталась забыть...

Однажды мы с подругой поехали к гадалке, которую нам кто-то порекомендовал. Потащились на край Москвы — не лень ведь было. Разложила она на меня карты и говорит: «У тебя сменится начальник». Вот, думаю, вранье какое. Никогда Любимов не оставит театр. Через несколько лет он останется за границей, а на «Таганку» придет Анатолий Васильевич Эфрос…

«Бунт», то есть раздел Театра на Таганке, инициировал вовсе не Леня. У него не было другого выхода, кроме как во все это включиться». Юрий Любимов в гостях у Леонида Филатова и Нины Шацкой «Бунт», то есть раздел Театра на Таганке, инициировал вовсе не Леня. У него не было другого выхода, кроме как во все это включиться». Юрий Любимов в гостях у Леонида Филатова и Нины Шацкой Фото: из личного архива Ирины Шацкой

А гадалка продолжает: «Ты выйдешь замуж за человека, который давно и очень сильно тебя любит». Зря ездили в такую даль, заключила я. Но гадалка-то оказалась права…

Когда Леня развелся со своей женой, мы смогли открыть перед всеми наши взаимоотношения. Это произошло в 82-м году. Театр ехал на гастроли в Финляндию, а Леня летел в Колумбию на съемки фильма Сергея Соловьева «Избранные». Провожая меня, он зашел в автобус и на глазах у всех поцеловал меня в губы. Все вдруг замолчали, стало удивительно тихо. Из Колумбии Леня переехал ко мне, мы стали жить вместе. Между прочим, о нашей любви с Леней раньше всех узнал мой сын Денис. Ему не исполнилось и десяти, когда мы с Валерием разводились. Я его успокаивала, обещала, что жизнь наша станет только лучше.

Потому что моим мужем станет Леня Филатов. Дениска обрадовался, он Леню очень любил...

Помню, мы с Леней были в санатории в Кисловодске. Приехали в Москву и обнаружили, что зарождается буря. Нам рассказали, что Любимов за спиной артистов собирается подписать бумаги о приватизации театра, а труппу перевести на контрактную систему. Не исключаю, что многие артисты при этом могли оказаться на улице. Кто-то вспомнил реплику Пети — маленького сына Юрия Петровича, когда того впервые привели на «Таганку»: «Папа, ты этот театр обещал мне подарить?» Я сидела на многочисленных собраниях, на которых, как мы думали, решается и судьба театра, и наша судьба. А мысли мои были о Лёне. У него давление тогда просто зашкаливало. На самом деле Любимов в тот период мало занимался «Таганкой».

На Западе у него оставались контракты, обязательства. По-моему, там еще находилась его семья — Каталин и Петр. Жизнь за границей была несравнимо комфортнее. Здесь же разруха и нищета. И золотые годы «Таганки» остались в прошлом, успеха тех лет нам не удалось повторить. И актеры впали в панику: «Зачем мы его ждали? Мы ему не нужны. Безбожно так поступать с людьми». Начался длительный и мучительный раздел театра. Рвали по живому.

К Филатову в театре относились очень хорошо, любили, доверяли. Мне он говорил: «Нюсенька, так не хочется в этом участвовать, но я не могу бросить людей». У Лени давление было под 200, но он выступал на собраниях, ходил по судам. В общей сложности мы выиграли 26 судов! Во многом благодаря нашим с Леней приятельницам, юристам — Кате Дураевой и Лере Горбачевой.

«Я верю в приметы, в особые знаки, которые посылает судьба. Однажды гадалка мне предсказала: «Ты выйдешь замуж за человека, который давно и очень сильно тебя любит». И она оказалась права...» «Я верю в приметы, в особые знаки, которые посылает судьба. Однажды гадалка мне предсказала: «Ты выйдешь замуж за человека, который давно и очень сильно тебя любит». И она оказалась права...» Фото: Russian Look

Возглавить театр «Содружество актеров Таганки» Леня не захотел. Сказал: «Ребята, я в первую очередь артист». Он и так потратил на все это непозволительно много сил — ведь именно раскол «Таганки» дал толчок Лёниной болезни...

Мы начали работать на новой сцене «Таганки». Вместе с нами ушли Зина Славина, Таня Жукова, Инна Ульянова, Рамзес Джабраилов, Наташа Сайко. Художественным руководителем стал Николай Губенко. Жалко до слез было уходить с нашей очень старой, маленькой, но такой «намоленной» сцены. С Любимовым остались Маша Полицеймако, Алла Демидова, Веня Смехов, Валерий Золотухин. Мы не могли с ними даже общаться, разговаривать. Кто-то сказал: «Если Юрий Петрович это увидит, выгонит из театра».

Дальнейшее известно. «Таганка» медленно, но верно переставала существовать. Многие винят в произошедшем Каталин Любимову. Мне трудно судить, эта драма происходила уже без меня и без Лени. Сейчас, по прошествии многих лет, я все чаще и с невозможной нежностью вспоминаю ту юную и легендарную «Таганку», мою «малую родину». В этих воспоминаниях мы такие молодые, такие красивые и счастливые и так любим друг друга. И Юрий Петрович нас любит.


ПОПУЛЯРНЫЕ КОММЕНТАРИИ

  • #
    Золотухин мне всегда был неприятен, хотя отдаю должное его таланту. Верю Шацкой, думаю он и на самом деле был противным и гадким. Абсолютно не понимаю его молодую сожительницу Ирину, как могла она с ним жить?

  • #
    Наверное сейчас нехорошо говорить,но Золотухин был с гнильцой. Изменял,но зачем,скажите,надо было всё описывать в дневниках и смаковать подробности,еще и женам их оставлять на видном месте? И какое счастье,что у Нины был Филатов. Вот это Личность,порядочнейший человек! Сам Филатов называл эти дневники "смердюковскими записками"-точнее не скажешь. Спасибо Вам,Нина,за Ваш рассказ. Будьте здоровы и счастливы!

  • #
    Любопытно, что каждая женщина из жизни Золотухина хочет казаться единственной! Даже та, которая нашла свое счастье с другим!... А про ребенка Савиной она тогда могла и не знать. Это сейчас все об этом знают.

  • #
    #comment#
  • Не удалось отправить сообщение
    Ольга Орлова Ольга Орлова актриса, певица
    Все о звездах

    Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.





    НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

    Загрузка...

    +