Новости Звезды Красота Здоровье Мода Развлечения Стиль жизни Видео Скидки

Михаил Турецкий: «Тема любви долго была закрыта»

Секрет счастливой жизни этой пары состоит в том, что муж большую часть времени находится на гастролях.

Но нам говорили: «Нет. Никакого концертного уровня нам не надо, у нас другие задачи». Стало очевидно, что их интересует не искусство, а только политика и личные интересы. И я сказал: «Что ж, ухожу, буду создавать другой коллектив». Без ложной скромности признаюсь: хор в полном составе пошел за мной. Мы начали сами искать инвесторов, с их помощью выступали, разъезжали по миру. Кое-что заработали. Но у нас не было никакой защиты — ни статуса, ни крыши. А классический хор без спонсора и без покровителя вообще не может существовать — это не коммерческий продукт, и он не в состоянии себя окупить. Наконец нам предложили годовой контракт в Америке, правда только половине коллектива. И мы разделились — часть группы стала работать за океаном, чтобы содержать других музыкантов здесь, в России, и не дать им погибнуть.

Вот тогда и зародился прототип сегодняшней модели хора — этакое арт-шоу, в основе которого музыка всех времен и народов на разных языках. На самом деле у нас получился такой вокальный спецназ: мы можем спеть все, что есть в природе, включая телефонный справочник, что и продемонстрировали в одной из телепрограмм… Но хотя пели мы много, денег на развитие коллектива, на его раскручивание катастрофически не хватало. И главное — не было статуса, а значит, ни кола ни двора. И тогда я сделал судьбоносный шаг — обратился к Иосифу Давыдовичу Кобзону и попросил его взять нас в свой тур по стране. Дозванивался и уговаривал долго, отчаянно, и все же он совсем не хотел тащить за собой лишних 10 человек. Но я уговорил-таки его, можно сказать, навязал себя: «Ну поверьте, ну давайте хоть попробуем.

Не понравится — выкинете нас через пару концертов!» Мы проехались по многим городам вместе с Кобзоном, дали сто концертов, нас увидели, признали. Итогом всего этого стала наша встреча с Юрием Михайловичем Лужковым. Посмотрев на нас внимательно, он сказал: «И правда, достойнейший коллектив, мы даем им государственный статус». С этого момента прошло ровно десять лет. Где мы только не выступали за это время! Вот приезжаем в какой-нибудь провинциальный городок, где 95 процентов публики никогда не были ни в консерватории, ни в оперном театре. И понятно, что никогда до консерватории не доедут. А мы им все это приносим в сжатом виде, исполняя мини-мюзиклы, мини-оперы, да еще в соединении с новейшими музыкальными тенденциями хип-хопа и R`n`B — и все это вживую, работая как в последний раз.

Фото: Марк Штейнбок

То есть люди имеют у себя в глубинке Лас-Вегас, Бродвей, Большой театр и даже канкан из «Мулен-Руж».

— А почему у хора такое своеобразное название — не по аналогии же с «Турецким маршем» Моцарта или тем более с сериалом «Марш Турецкого»?

— Нет, конечно. Название выбрано по фамилии создателя хора. И, по-моему, звучит козырно. Это не псевдоним, а реальная фамилия моей мамы — она у меня и в паспорте, и в свидетельстве о рождении записана. В свое время мама попросила отца записать нас с братом на ее фамилию. «Эпштейнов много, — объясняла она, — а Турецких нет. Пусть хоть через детей фамилия сохранится». У нее все родные погибли, никого не осталось. Папа не возражал.

Судьба моих родителей, проживших вместе 66 лет, уникальна. Папа приехал в Москву в 31-м году, чтобы учиться в педагогическом техникуме. После окончания поступил в Академию Внешторга, а потом ушел на фронт и четыре года, что называется, от звонка до звонка, провел на войне — в пехоте, рядовым. Мама в это время работала в эвакуации — в госпитале санитаркой. А перед войной мой 27-летний отец поехал к родственникам в Белоруссию, в Минскую область. Оказавшись по случаю в одном бедняцком доме в Пуховичах, увидел 17-летнюю девушку и с ходу сказал ее родным: «Мне нравится эта девочка. Женюсь!» Родня, быстро посовещавшись, возражать не стала: «Все-таки человек из Москвы приехал, не обманет». На следующий день уже все местечко знало о том, что «какой-то столичный чокнутый забирает с собой Бэлку Турецкую…» Через десять месяцев в Пуховичи вошли немцы и уничтожили всю семью моей мамы: мать, отца, бабушку, дедушку, дядю, тетю, брата, сестру — всех!

Они попали в самый эпицентр Холокоста. Маме потом рассказали, как все это произошло. Трое суток люди сами себе копали могилу под дулами немецких автоматов. Автоматчики говорили: «Копайте и сходите туда». Потом всех закапывали живыми. Мы впоследствии приезжали туда, видели эту общую могилу и надпись: «Здесь покоятся 1200 евреев, погибших от рук немецко-фашистских злодеев». Сумасшедший стресс, который мама пережила, остался в ней на всю жизнь, да и мне как-то передался…

— Родители жили дружно?

— Нормально. Была ли у них какая-то особенно пылкая любовь, страсть? Не знаю, я таких проявлений никогда не видел. Но при этом ни разу не слышал ни грубости, ни скандалов.

Как-то умели они жить, не мешая друг другу. Разумеется, мама, как и все еврейские женщины, периодически наезжала на отца, но он отмалчивался. Ее это раздражало, и она требовала: «Ну скажи же что-нибудь!» А он все равно молчал, думал, наверное: «А чего говорить, для какой надобности?» Папа как-то всегда был занят своей жизнью. Помню, в 28 лет я сел перед ним и сказал: «Пап, за 28 лет ты мне сказал 28 слов, давай все-таки поговорим с тобой. О жизни». Как ни удивительно, папа согласился. И, кстати, он оказался крайне интересным собеседником. Он ведь интеллектуал, человек очень начитанный, заядлый театрал, знает миллион стихов, никогда не скажет корявой фразы. Просто не считал, наверное, что с детьми ему интересно будет разговаривать — не о чем, да и некогда.

Что я узнал от отца? Ну, к примеру, то, что дед мой, то есть его отец, был известным на всю Могилевскую область кузнецом. Здоровый был мужик, высокий, статный, но умер рано — в 42 года в 1927 году от воспаления легких. Поздней осенью сделал кому-то срочную работу, потом выпил чай с малиной, вышел на улицу и простудился. За 10 дней сгорел из-за того, что не было антибиотиков. И вот иногда я думаю: мог ли этот человек хоть на секунду представить, что все его шестеро детей будут жить в Москве и один из них в начале XXI столетия торжественно отметит свое 95-летие, а внук станет заслуженным артистом России и будет выступать на сцене в Кремле четыре вечера подряд при полном аншлаге, как это было на весенних концертах в 2008 году?..

Папа мой работал мастером цеха на швейной фабрике, при том, что имел высшее экономическое образование, а мама была воспитательницей в детском саду, а позже — накатчицей ткани на той же фабрике.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Оксана Федорова Оксана Федорова телеведущая, модель, певица, юрист, «Мисс Вселенная-2002»
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
+