Новости Звезды Красота Здоровье Мода Развлечения Стиль жизни Видео Скидки

Александра Коллонтай: любовь по правилам и без

Глядя на изысканную даму, трудно было представить ее в кожанке в обнимку с нетрезвым матросом, но она умела быть разной.
Коллонтай всегда была завзятой модницей. 1905 г. Коллонтай всегда была завзятой модницей. 1905 г. Фото: РИА «НОВОСТИ»

Теперь у нее появилась своя тема — освобождение женщин. И начать Шурочка решила с себя. Дома — любовный треугольник: она, Владимир и влюбленный в нее сослуживец мужа Александр Саткевич. Читают Чернышевского, спорят о народе и пытаются строить семью на троих — свободные отношения свободных людей. Идея освобождения в конце концов привела ее в поезд Санкт-Петербург — Цюрих: 26?летняя Александра решилась бросить одним махом и мужа, и любовника, и даже маленького сына, с тем чтобы изучать в Швейцарии экономику на семинаре европейской знаменитости профессора-марксиста Геркнера. Владимир узнал о ее побеге из многословной записки. Сын Миша, или по-домашнему Хохля, перед отъездом отвезен к бабушке с дедушкой. С этих пор видеть ребенка Александра сможет лишь урывками, на пару дней приезжая из-за границы.

Решение далось нелегко — в купе она то и дело плачет, строчит прощальные письма, рвет их, снова хватается за перо. На одной из узловых станций выскакивает из вагона, чтобы пересесть на встречный поезд и вернуться обратно, к мужу и сыну. Но в последний момент передумывает и опускает письма в почтовый ящик. «Больше я к прежней жизни не вернусь. Пусть мое сердце не выдержит от горя из-за того, что я потеряю любовь Коллонтая, но у меня другие задачи…» — записывает она в дневнике.

Все последующее 20-летие Александра, став известным публицистом и агитатором марксистского толка, посвятит попытке создать новый тип союза мужчины и женщины. Как теоретически — написав огромное количество работ о необходимости изменения положения женщины в обществе и семье, так и практически — пытаясь строить отношения по принципу «эротической дружбы», без цепей взаимных обязательств, унизительной ревности, тягостного быта.

Кстати, авторство знаменитой теории «стакана воды» (сексуальный контакт должен быть таким же естественным, как утоление жажды) лишь по слухам принадлежит Коллонтай — письменно она нигде об этом даже не упоминает. Но как бы то ни было — недаром эту мысль приписали именно ей! Для нее не существовало ограничений ни в чем: ни в количестве, ни в возрасте, ни в поле. Кто-то из ее любовников, как большевик Александр Шляпников, правая рука Ленина в эмиграции, годами пользовался ее расположением, кто-то, как теоретик марксизма Карл Либкнехт, получил только один «незабываемый день» в гейдельбергских горах. Неизменным оставалось одно — командовала в этих отношениях всегда Александра.

Ее любимая фраза тех лет: «Иду на разрыв». Даже молодой и по-пролетарски бесцеремонный Шляпников вынужден был смириться с тем, что Коллонтай сама выбирает время, место и форму отношений. И если у нее очередной писательский «запой», она имеет полное право, не обращая внимания на нужды партнера, сутками запираться в комнате наедине с пером и бумагой. Так было в Швейцарии, когда Александра писала по десять часов в сутки, разрешая заходить к себе только горничной. Та приносила излюбленную «рабочую» пищу — хлеб, сыр. И свежую клубнику — для цвета лица. В этом была она вся — убежденная марксистка в ней удивительным образом сочеталась с кокетливой женщиной. Недаром Луначарский после одного из партийных съездов с возмущением писал жене о «в пух и прах разодетой Коллонтайше».

В те годы она была неотразима, искрила, сверкала, притягивала как магнит.

Лет до сорока пяти она выглядела на двадцать — без всяких усилий со своей стороны, без косметики, даже иной раз непричесанная и неприбранная… И все же в душе она вовсе не чувствовала себя такой уж молодой и хандрила. Россия далеко, будущее туманно, не пишется… Роман со Шляпниковым на излете, ее пугает мысль о физической близости. «Старость, что ли? — пишет она в дневнике. — Я так радуюсь своей постели, одиночеству, покою…» Тогда она и представить не могла, что самые яркие события ее жизни еще впереди.

Звездный час

В 1917-м судьба Коллонтай в очередной раз перевернулась. Из затхлого эмигрантского болота, где ей светила лишь перспектива тихо угасать за письменным столом в роли стареющего теоретика, Александру бросило в самое пекло революции.

Ноябрь 1917 года.

В Петрограде царит постреволюционный хаос. Улицы запружены праздношатающейся чернью, ветер вздымает тучи семечной шелухи, ею заплеваны улицы и проспекты. То и дело с грохотом проносятся грузовики, переполненные вооруженными матросами и солдатами. На каждом углу — митингующая толпа. У Александро-Невской лавры — настоящее столпотворение. Несколько священников в окружении сотен верующих со всей округи пытаются не пустить в храм группу «товарищей», возглавляемую решительной темноволосой дамой с низким голосом — Александрой Михайловной (она приехала в Россию сразу после Февральской революции). Теперь она нарком государственного призрения, единственная женщина в новом советском правительстве.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Екатерина Климова Екатерина Климова актриса театра и кино, певица
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
+