Частная жизнь
прошу не включать камеру, сажусь поудобнее и вижу на экране отца. Он говорит: «Сынок, не обращай внимания на наши прежние ссоры. Я тебя все равно люблю, хоть ты нам и не родной — мы тебя взяли из детдома. Зовут тебя Володя Бурчаков, а не Артур Цветков. И родился ты не 1 января, а 8 февраля…» Я слушал и не понимал, что он говорит. Только вдруг подумал: «Так вот почему я такой неклассический Козерог! Я, оказывается, Водолей». И еще: «Надо же, я не Артур, а Вовка…» В этой истории меня потряс не столько сам факт, а то, что «новость» папа не сообщил мне лично. Я смотрел в папины глаза и не понимал, как он мог так поступить — сказать такие вещи через чужих людей. Возможно, он хотел себя обелить после ухода из семьи: мол, я такой хороший, воспитал чужого ребенка… В полном оцепенении просидел минут пять, потом закурил...»
С того дня прошло полтора месяца, но Арчи до сих пор не может свыкнуться с мыслью, что был усыновлен. Ведь мама его всегда безумно любила. В детстве Арчи был очень болезненным ребенком. «Бабушка рассказала, что, когда меня, годовалого, привезли из детдома, на меня было страшно смотреть — такой был паршивенький. Но моя святая мама положила все силы и деньги, чтобы меня вылечить. Она бросила работу и всю себя отдала семье и мне, единственному своему ребенку (у папы в первом браке рос сын). Спасло меня то, что мой отец — военнослужащий, и, когда я родился, он служил в Германии. Мама там обратилась в «Красный крест», и немецкие врачи меня постепенно вылечили. Но сколько до этого ей пришлось со мной пережить!.. С началом перестройки папу отправили служить в Куйбышев, затем в Вольск. После сытой Германии пришлось жить в
Комментарии
Добавить комментарий
