![Евгения Лютая и Павел Деревянко](http://cdn.7days.ru/pic/bd5/A483147395C35823C32584FD00444244/507369/86.jpg)
Доставшаяся по наследству страсть к лицедейству проявилась у меня в детсадовском возрасте. В семейном архиве есть фото, где мне четыре года, — стою на табурете с маминой любимой статуэткой в руках. Родители рассказывали, что забравшись на возвышение, дочь потребовала: «Сфотографируйте меня! Я получила приз!» Пророчество еще не сбылось...
В том, что решила стать актрисой, «виноват» еще и уфимский русский драматический театр. В начале девяностых там шла популярная во многих странах пьеса английского драматурга Питера Шеффера «Эквус». В ней два главных героя: семнадцатилетний парень, попавший в психлечебницу после того, как выколол глаза лошадям, и врач, пытающийся разобраться, почему он это сделал и какой дикой идеей одержим.
Сама постановка и актер Юрий Терешкин, игравший юношу, так меня поразили, что посмотрела спектакль тринадцать раз и всегда открывала что-то новое. Однажды поймала себя на мысли: «Если человек на сцене может с такой силой воздействовать на зал, заставлять других переживать, меняться, становиться лучше — то я тоже хочу быть таким волшебником».
Юра Терешкин стал моей первой творческой влюбленностью. Однажды я осмелилась к нему подойти и призналась, что хочу стать актрисой. Он говорил со мной на равных: «Если твердо решила поступать в театральный, то что мешает? Только обязательно поезжай в Москву».
Я в то время уже занималась в театральной студии, которой руководила замечательный педагог Катя Славна — так ее звали и зовут все студийцы — Темнова, и там окончательно поняла: актерская профессия — это действительно мое.
В последние летние каникулы узнала, что Уфимский институт искусств набирает учащихся на нулевой курс актерского факультета. Легко выдержала конкурс, и в выпускном классе школы у меня не было ни одной свободной минуты: после уроков бежала домой, быстро делала задания и мчалась на занятия в институт.
Весной всем окончившим нулевой курс предстояло пройти испытание, по результатам которого часть становилась студентами-первокурсниками, другая получала от ворот поворот. Я считала себя одной из самых ярких, а потому реальной претенденткой на студенческий билет. О Москве даже не помышляла.
Незадолго до отборочных показов в институте город облетела печальная весть о трагической гибели ведущего актера драмтеатра, любимца публики Юрия Терешкина. Что творилось тогда в моей душе, пересказать не берусь. Не было сил даже на то, чтобы расстроиться, когда не взяли на первый курс. Мою подружку Олю Тенякову, сегодня — актрису кино и Театра Елены Камбуровой, зачислили, а меня — нет. Потом я не раз благодарила судьбу за «несправедливость», после которой твердо решила отправиться в Москву. Накануне отъезда пришла на кладбище и стоя у могилы Юры, сказала: «Видишь, я все-таки еду в Москву. Помоги, если будет трудно».
Программу для творческих туров составила и подготовила сама, без посторонней помощи: стихотворение Заболоцкого «Лицо коня», китайскую мудреную басню, несколько народных песен и городских романсов, а в качестве прозы — отрывок из письма, которое получила от парня моя подруга. Мне казалось, послание так красиво, так романтично написано, что достойно прочтения со сцены.