Новости Звезды Красота Здоровье Мода Развлечения Стиль жизни Видео Скидки

Виктория Тарасова: «Я убила бы мужа»

«Про меня почему-то всю жизнь сплетничали по двум поводам — либо сплю с кем ни попадя, либо пью».

Только раз мама позволила себе фразочку: «Ну, Вика, это же надо, из такого невероятного количества поклонников выбрала самую дрянь…» Миша действительно вел себя все ужаснее. Он должен был со знакомыми врачами в малаховском роддоме договориться, забрал мои документы и пропал — ни слуху ни духу. А буквально за несколько дней до родов моя сестра приносит пятьсот долларов: «Твой передал на ребенка, сказал, что не хочет к тебе заезжать». На меня будто ушат ледяной воды вылили — стою, глазами хлопаю: «Как же так? А где мне рожать? Он с врачами должен договориться». Мама подходит, обнимает за плечи: «Ладно, Вик, справимся сами». — «Нет уж, пусть он тоже участвует, его ребенок», — кричу со злостью. Набираю Мишин номер: «Что ты творишь? Деньги передал, и все?! А где мои документы, где мне рожать?» — «Да пошла ты!

Рожай, где хочешь, не нужны мне ни ты сама, ни твой ребенок», — и швырнул трубку. У меня истерика, огромный живот ходуном заходил, буквально волнами — налево-направо, вверх-вниз, начались преждевременные роды. Родители «скорую» вызывают, а телефон занят. Папа меня в охапку и — в машину. Приезжаем к ближайшему роддому, врачи в шоке: «А документы ваши где? Вы вообще кто?» Сразу в интенсивную терапию, родовой процесс заблокировали, мне еще две недели было положено дохаживать, документы мама позже подвезла… Лежу в палате, смотрю на других женщин — все улыбаются, с мужьями по телефону курлычут, у окна поцелуи им воздушные шлют, а я лежу одна-одинешенька.

Каждое утро в больнице начинала с телефонного звонка маме: «Миша звонил?»

На Виктории платье DIANE VON FURSTENBERG, туфли SERGIO ROSSI На Виктории платье DIANE VON FURSTENBERG, туфли SERGIO ROSSI Фото: Марк Штейнбок

Я запретила себе плакать: «Вот рожу, тогда разберемся». И писала мужу письма. Про то, как люблю, как тяжело беременной, как невыносимо его молчание. Писала, даже когда под капельницей лежала, — корявыми буквами левой рукой… Так они у меня и остались, мужу не передала. До сих пор храню зачем-то в шкатулке, хотя даже открыть ее не могу — столько там обид и слез… Сроки вышли, а роды никак не начинаются. Наконец отошли воды, но схваток нет. Врачи в панике бегают вокруг меня, вкалывают лошадиную дозу стимуляторов и заверяют: «Ну все, минут пятнадцать — и везем тебя в родовую». Лежу под простынкой в палате, холодно, сердце бешено стучит, ребенок в животе бьется так, что судорога сводит ребра, вздохнуть не могу. Проходит час, другой, третий, а роды не начинаются, кричу: «Сделайте кесарево! Я сейчас умру!» — «Нет, рожай сама».

От боли теряю сознание... Только через два часа, когда аппарат показал перебои в работе сердца и моего и малыша, сделали операцию. Как потом мне сказали, ребенок был весь перемотан пуповиной, и если бы рожала сама, задохнулся бы… Ночью просыпаюсь и, прекрасно зная, что вставать нельзя, иду, держась за стенку, по длинному холодному коридору звонить Мише. «У нас сын», — говорю. «Здорово, я счастлив!» Ну, думаю, завтра он придет, увидит сына, и забудем мы наши бесконечные ссоры. Но ни завтра, ни послезавтра, ни в последующие дни муж не пришел.

На других женщин смотрю — плачу. Все вокруг счастливые, детей молоком кормят, в окно мужьям показывают. А ко мне только родители да сестра приходят. Девчонки в палате спрашивают: «А папочка-то ваш где?» Вру, что супруг в длительной командировке.

И вот, наконец, выписка. Утром приходит врач: «Тарасова, надеюсь, муж вернулся? Вас сегодня выписывают». Звоню Мише, а он: «Через два часа улетаю в горы, на лыжах кататься. Хочешь, сестру пришлю?» В тот момент он для меня умер. Я его просто люто возненавидела, навсегда... Малыша Миша увидел только через месяц, когда завез документы для регистрации. Взял на руки, потискал, положил в кроватку, сказал: «Ну ладно, мне пора...» Сначала Миша заезжал к нам раз в неделю, потом пару раз в месяц, потом еще реже. И каждый раз мы ссорились. Я уже не сдерживалась. Ненависть была такой лютой, что, будь у меня побольше сил, убила бы! Теперь, когда он не приезжал, я радовалась — и слава Богу, Даня — мой ребенок.

Жили мы с родителями очень тяжело.

Они тогда не работали (по профессии папа балетмейстер, а мама — театральный режиссер), только позже папа смог устроиться преподавателем танцев во Дворце культуры. От Миши помощи никакой. Денег катастрофически не хватает, экономим на спичках, живем друг у друга на головах, настолько тесно в одной комнате. Осенью я вернулась в театр, параллельно хваталась за любую работу — вела и корпоративы, и семейные торжества, иногда — по несколько в день, бывало, еще и в разных городах, выматывалась страшно. Но надо было кормить большую семью да и об улучшении жилищных условий подумать. Рублик складывала к рублику, и уже зимой мне удалось скопить на то, чтобы купить соседу по коммуналке другое жилье. Квартира полностью стала нашей. Всю жизнь буду благодарна своим родителям за то, что они тогда взяли на себя заботу о Даниле.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий





Мы в соцсетях
Facebook
Вконтакте
Одноклассники


Яна Рудковская Яна Рудковская музыкальный продюсер
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй