Новости Звезды Красота Здоровье Мода Развлечения Стиль жизни Видео Скидки

Игорь Крутой: «Каждая ссора с Олей — как развод!»

Знаменитый композитор рассказал о жизни в самолетах, секрете хорошего настроения и рабочих моментах.

Лично у меня, вот хотите верьте, хотите нет, зависть вообще отсутствует. Вернее, не так. Я тоже завистливый, но на что? Завидую, например, людям, хорошо играющим в теннис, или, скажем, тем, кто может себе позволить вволю есть и не поправляться, не говоря уж о тех, кто умеет свободно говорить на английском языке. Сам-то я изъясняюсь очень плохо. Меня уже Сашка малая стала стыдить, говорит: «Папа, ну начинай же, наконец, учить английский». Позор на мои седины! Вот такие у меня зависти. Но чтобы я когда-нибудь позавидовал чьему-то успеху или хорошей песне... Видит Бог, такого не было. А чувствовал ли я зависть на себе? Да, и очень конкретно. Ну а с чем, если не с ней, можно, к примеру, связать моментально распространившиеся слухи о моей смертельной болезни, в то время как мне была сделана операция на поджелудочной железе, о чем я рассказывал в прошлом интервью «7Д»?

Один мой товарищ, которому у меня нет оснований не доверять, рассказал, что в нескольких местах сообщения о том, что я вот-вот умру, произносились радостным тоном. Прекрасно помню, как чуть ли не на следующий день после операции мне позвонил Киркоров и сказал: «Тебя сделали». Еще Кобзон звонил и предупреждал: «Слушай, тут пошел слух, что в ресторанах за тебя уже пьют не чокаясь». Я пытался отшучиваться: «Да рановато вроде бы, я еще жив пока». А потом, когда вернулся в Москву, Алла сразу же позвала меня пообедать: «Хочу увидеть тебя, воочию убедиться в том, что ты — живой». Правда, я был совсем худючий, бледнючий, в общем, с таким внешним видом вполне мог бы украсить любые поминки. Наверное, поэтому «доброжелатели» звонили моей маме, сестре и спрашивали, на каком кладбище меня будут хоронить.

Да-а, зависть страшная штука… Я столько пережил разочарований в людях, предательств, что теперь все это на меня даже не действует. Это такие семечки... Действительно, внешне создается впечатление, что в моей жизни все идет как по маслу, но мало кто знает, что с 2003 года у меня начались очень серьезные проблемы, связанные и с бизнесом, и с творчеством одновременно. Нет, проблемы — мягко сказано, это была борьба за выживаемость, я реально мог потерять все, включая свое доброе имя. А это для меня было самое страшное. На меня повесили все, что возможно и невозможно, стали безосновательно обвинять во всех смертных грехах, подозревать в каких-то несусветных вещах, короче, сложили мнение. А когда это происходит, отмываться очень сложно. И детям моим, читавшим те заказные статьи, в глаза смотреть было стыдно: у меня же не только маленькая Сашка, но и взрослые дети есть — 27-летний Коля сейчас работает в Москве в металлургической компании, а дочь Вика, ей 23 года, учится в нью-йоркской драматической школе.

Игорь: «Зависть — страшная штука. В 2003 году у меня начались очень серьезные проблемы. Я реально мог потерять все, включая свое доброе имя. Меня стали обвинять во всех смертных грехах. Детям моим старшим, читавшим те заказные статьи, в глаза смотреть было стыдно: и Коле, который сейчас работает в Москве в металлургической компании, и Вике — она учится в нью-йоркской драматической школе...» Игорь: «Зависть — страшная штука. В 2003 году у меня начались очень серьезные проблемы. Я реально мог потерять все, включая свое доброе имя. Меня стали обвинять во всех смертных грехах. Детям моим старшим, читавшим те заказные статьи, в глаза смотреть было стыдно: и Коле, который сейчас работает в Москве в металлургической компании, и Вике — она учится в нью-йоркской драматической школе...» Фото: Елена Сухова

Причем в этой жесткой травле все было по-крупному — так плохо для меня, что хуже, кажется, уже и некуда. И надо было пережить это, пройти через все с достоинством. К счастью, удалось. Слава Богу, этот период завершился, теперь все позади, и не хочу даже возвращаться к тому времени... Вот что удивительно: у меня такое ощущение, будто во всех моих тяжелых жизненных ситуациях в последнюю минуту ко мне на помощь всегда приходил отец. Даже не знаю, откуда оно взялось, — никаких видений, с этим связанных, никакой мистики не было. Но почему-то уверен: в самые страшные моменты, когда я оказывался в тупике, именно папа словно бы брал меня за руку и из кошмара переводил в нормальные условия.

Будто переворачивалась страничка жизни, и все... Знаете, я сделал для себя такой вывод: даже если Господь расположен к человеку, испытания ему он все равно шлет. И чем сильнее личность, тем испытания мощнее. Зато и награда за это дается. Вот я сумел как-то выдержать тот по-настоящему страшный период и в результате совершенно случайно пришел, наверное, к самому главному проекту в своей жизни — я имею в виду создание двойного альбома Дмитрия Хворостовского. Премьера этой программы пройдет в ноябре в Кремле, а потом будет мировой тур с исполнением 24 композиций на итальянском, французском, английском и русском языках. Полтора года живу этим, для меня это какой-то новый виток… Это счастье пришло ко мне совершенно случайно. Как-то мы с Игорем Николаевым сидели в ресторане в Майами, где в это же время находился Хворостовский с женой, с которым раньше я не был знаком лично.

Но он вдруг подошел к нам, мы разговорились, потом начали перезваниваться, общаться, и однажды Дима вдруг предложил: «А напиши что-нибудь для меня». Сначала я даже не воспринял это всерьез. Где я и где оперная музыка, да еще в альянсе с одним из лучших баритонов мира. Но потом у меня возникла потребность начать писать для такого человека, захотелось влезть, вползти в его талант всей душой и сделать что-то грандиозное. Кажется, удается.

— Игорь, а когда вы ощутили, что из обычного, простого человека по фамилии Крутой стали совсем не простым и не обычным — на самом деле крутым в этом манящем многих мире шоу-бизнеса?

— Не могу вспомнить какого-то конкретного момента, да и настолько ли я крут, чтобы стоило на этом заострять внимание? (Со смехом.) Но вот был, к примеру, один показательный эпизод. Знаете, как мне удалось впервые записаться на пластинке? Был такой поэт Саша Жигарев, сейчас его уже нет в живых, он написал стихи к песне «Буду я любить тебя всегда...». Однажды он мне сказал: «Сегодня я тебя познакомлю с очень важным человеком. Вот если ты его перепьешь, станешь композитором!» Речь шла о редакторе фирмы «Мелодия» Владимире Дмитриевиче Рыжикове. Поскольку по молодости я мог выпить вполне прилично, условие принял сразу. Но я же не предполагал, какие перегрузки придется испытать. После третьей бутылки сам Жигарев свалился лицом в салат и только периодически поднимал голову с повисшей на ушах зеленью петрушки, восклицая: «За здоровье Владимира Дмитриевича!»

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Синди Кроуфорд: из провинциальной девочки в топ-модели

Синди Кроуфорд: из провинциальной девочки в топ-модели





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Евгений Миронов Евгений Миронов актер театра и кино, продюсер, художественный руководитель Театра Наций
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
+