[AD]

Алексей Колган: «Нас с Дворжецкой поженил сын»

На судьбе Нины Дворжецкой, казалось, был поставлен крест. Гибель мужа подвела черту под ее прежней жизнью.

(Смеется.) Мы много разъезжали по республике: играли спектакли в кишлаках, перед чабанами на пастбищах… Потом мама сказала: «Даже если ты решил быть артистом, тебе нужен диплом». И поехали мы с ней поступать в ЛГИТМиК. Поступил я на курс Александра Аркадьевича Белинского. Это был 90-й год — самый расцвет дефицита. Три человека с нашего курса — я в их числе — окончили первый семестр на все пятерки. Нас вызвали в деканат и сказали: «Вам полагается премия» — и выдали мешок суповых костей. По тем временам это был царский подарок! Но их надо как-то хранить. А дело происходило зимой. Мы украли в магазине металлическую корзинку, положили в нее нашу «премию» и вывесили за окно — получился холодильник. Из костей варили суп... Мама ничем не могла мне помочь, поскольку жила на крошечную зарплату, которую и выплачивали-то нерегулярно.

На первое время она, конечно, дала мне с собой какие-то деньги, но через пару недель они закончились. Единственный раз я послал телеграмму: «Мама, вышли денег», но понял, что так жить я не буду. Экономил на всем. Завтрак состоял из куска серого хлеба, посыпанного сахаром, и спитого, много раз заваренного чая... К концу первого курса похудел на 20 килограммов. Когда, прилетев домой, вышел из самолета, мама прошла мимо меня — не узнала. Я крикнул: «Мама!» — она повернулась, посмотрела и… заплакала. Потом стала усиленно меня питать, чем могла... Открою вам тайну: чтобы как-то выжить во время учебы, мы воровали. Как правило, на это дело посылали меня. Рядом с общежитием находился гастроном самообслуживания. Камер наблюдения тогда еще не было. А я носил дутую куртку и в ее рукава рассовывал все, что «выбрасывали» на прилавок, — картошку, колбасу, сыр...

Причем все это выдавалось по талонам. Так мы отдавали талоны, получали продукты и шли к кассе. Но там расплачивались только за четыре яйца и половинку батона, а все остальное я выносил в рукавах. (С гордостью.) За четыре года ни разу не попался… Конечно же воровством мы не ограничивались. Подрабатывали, как все. На втором курсе я приехал на свои первые съемки. Придя на «Ленфильм», увидел объявление: «Набирается массовка для съемок в фильме «Кладбище». Сообщил друзьям, мы отпросились из института и к пяти утра приехали на студию. Нас вывезли на кладбище, и мы стали изображать покойников — на нас надели саваны, лица замазали белым цветом, губы нарисовали черным, и так мы снимались пять дней: бродили по погосту, нас забрасывали землей, потом мы вставали из могил…

«Мне очень хорошо в той семье, которая у меня есть, в этом коконе, который мы свили вместе с Ниной» «Мне очень хорошо в той семье, которая у меня есть, в этом коконе, который мы свили вместе с Ниной» Фото: Юрий Феклистов

Жуть! А в конце съемочного дня всю группу привозили мыться в общую городскую баню. Приезжали мы туда, как из сумасшедшего дома… Дальше нас перебросили на фильм про Гражданскую войну — трое суток бегали по какому-то полю с винтовками и кричали «Ура!». А потом произошло знаменательное событие: мое лицо появилось на экране «крупным планом» — в картине «Невеста из Парижа», где снималась Саша Захарова, я в одной из сцен сидел за соседним с ней столиком, и мое жующее лицо можно даже разглядеть. В результате нас чуть не выгнали из института — отпросились-то мы всего на пару дней...

— А по части влюбленностей что в вашей жизни происходило?

— Были влюбленности, но как-то все получалось не взаимно.

Девушкам, которые нравились мне, не нравился я, и наоборот — что, правда, бывало гораздо реже. Комплексовал, разумеется, и с каждым годом комплексы разрастались. Постепенно я стал считать себя убежденным холостяком. Понимал: семью мне не прокормить… Взрослая, послеинститутская жизнь протекала поначалу тоже мучительно тяжело — мы понимали, что совершенно никому не нужны: ни театрам, ни кино. Случайные заработки приносили копейки. Когда маме предложили работу в Москве и с помощью предприятия ей удалось купить квартиру во Фрязино, я стал искать работу в столице. Тыкался по театрам, и мне везде отвечали: «Нет, вы нам не нужны». Но я продолжал тупо ходить... Год сидел вообще без работы, висел на шее мамы. Это было невыносимо. Наконец, случайно проезжая по Бауманской, наткнулся на вывеску: «Театр кукол».

Вспомнил, что у меня в дипломе написано «специализация — актер театра кукол», и пошел туда. Дали мне какую-то куклу, я прочитал с ней монолог Зощенко, и меня взяли. За четыре года переиграл там всех добрых молодцев — Иванов, Данил, Гаврил... «Наелся» ими до отвала. Стало скучно. А в Театре имени Моссовета в это время искали поющего артиста на сказку. Пошел, спел, и надо же — взяли. Но не в труппу, а только на разовые роли. А я-то губы раскатал. Потом, правда, дали роль в «Недоросле», и три года я ее играл с большим удовольствием… К 75-летию театра был устроен большой праздник. Поскольку я принимал активное участие в «капустной» жизни, предложил свой номер — пародию на Виталия Вульфа. С ним впервые и предстал перед всей театральной Москвой. Зал хохотал. А за кулисами стоял Сергей Юрьевич Юрский и аплодировал мне. Я думал, что все это сон...

После такого успеха был убежден: теперь моя карьера в театре взлетит. Не тут-то было. Единственное, что изменилось, — меня стали часто звать в Дом актера, где мы делали пародии, скетчи… Однажды я показал пародию на Аллу Баянову. Через пару дней мне позвонил Ширвиндт и вызвал на разговор в Театр сатиры. Я пришел, он спросил: «Что ты делаешь в Театре имени Моссовета?» Я говорю: «Ничего не делаю». Он сказал: «Ну, почему бы тебе ничего не делать у нас?» (Со смехом.) Слова оказались пророческими, как в воду глядел… Я говорю: «Ну, давайте попробуем». Он резюмировал: «Хорошо, мы тебя берем в штат». Я подумал: «Опаньки, вот оно — пошла наконец карьера в гору». Начал играть в обозрении под названием «Андрюша» — пародировал опять же Вульфа, Михалкова… Потом меня ввели на роль вора в спектакль «Малыш и Карлсон, который живет на крыше».

А дальше опять ничего толком не давали…

Нина: (Возмущенно.) Нет, ну это же надо! Просто сирота казанская. И бедный он, и несчастный, и никому не нужный. Ты чего прибедняешься? У тебя к тому времени уже был успех. Ты уже был Хрюн Моржов! Тебя даже бомжи на вокзалах узнавали. И «ТЭФИ» уже два раза получил — за программу «Тушите свет» в 2001 году и как лучший ведущий юмористической программы в 2002-м. И «Кумира» из рук Жванецкого…

Алексей: Это оттого, что я скромный. И волнуюсь. Посмотри, какие руки холодные. (Смеясь.) В общем, в Театр сатиры я пришел уже с Хрюном за плечами, весь обхрюненный. И зрители меня узнают. А я продолжаю играть в «Карлсоне...» какую-то второстепенную роль. Я-то думал, что меня в этот спектакль взяли временно, а оказалось, что влетел туда на шесть лет.

Нина: Вот теперь получается правильная история — с амбициями и знанием того, что ты уже известный артист, тебе было неприятно и неинтересно играть такое.

Что вы больше всего смотрите на телевидении?
Новости и аналитические программы
902
26%
Юмористические шоу
607
17%
Драматические сериалы и фильмы
967
28%
Научные и познавательные передачи
1013
29%

ПОПУЛЯРНЫЕ КОММЕНТАРИИ
  • Марина

    #
    какая душевная семейка, и с юмором :):)
  • Добрый

    #
    Озвучивает Шрека гениально!!! Потому что человек хороший...
  • Hen Nessy

    #
    Молодцы! Они такие позитивные, славные, добрые. Анюта - очень талантливая девочка. :{} Безусловно, Женю очень жалко, но Нина заслужила своё счастье. Желаю им, чтобы белая полоса в их жизни не заканчивалась!

  • #
    #comment#
  • Не удалось отправить сообщение

    Светлана Иванова Светлана Иванова актриса театра и кино
    Все о звездах

    Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.


    НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

    Загрузка...