Александра Назарова: «Ни на секунду о решении взять внучку к себе не пожалела»

«Ни родителей, ни дом ребенка внучка не помнит. Справиться с пятилетней, конечно, непросто, но я стараюсь», — рассказывает Александра Назарова.

А Иван Назаров, на тринадцать лет старше, уже имел за спиной первый брак и работал в ленинградском Новом театре, который сейчас носит имя Ленсовета.

Родители поженились, родилась я. В октябре 1940 года Новый театр отправился на длительные гастроли по Дальнему Востоку. Война застала папу во Владивостоке. Мама вместе со мной оставалась в Ленинграде. В городе жила куча родственников, но вокруг уже сжималось кольцо блокады, и мама, схватив меня в охапку, решила прорываться к отцу. Каким-то чудом, проехав через всю страну, ей это удалось. Мама меня спасла: из всей нашей многочисленной родни после снятия блокады в Ленинграде почти никого не осталось. От голода умерла бабушка, а мамин брат дядя Федя, оставленный в городе вместе с Кировским заводом, так и не смог вспомнить, где он ее похоронил: нечеловеческие условия выживания стерли это из его сознания.

Во Владивостоке Александру Матвееву приняли в труппу.

Всю войну театр передвигался вслед за линией фронта. Победу встретили в Нижнем Тагиле. Мне было всего пять, но прекрасно помню, как ранним утром в общежитии, где мы жили, раздался сумасшедший мужской крик: «Победа! Победа!» Все высыпали на лестницу, плакали, смеялись, обнимались. Еще помню, как вечером того же дня мы с мамой идем в бурлящей толпе по центральному бульвару. Чувствую себя самой счастливой — главным образом потому, что мама дала понести бархатную сумочку с лиловым вензелем. Вещь была старинная, перешедшая по наследству, — мама родилась в семье царского офицера.

Отец — Иван Назаров. Родители познакомились на съемках фильма «Член правительства» Отец — Иван Назаров. Родители познакомились на съемках фильма «Член правительства» Фото: из личного архива А. Назаровой

В том же году мы вернулись в Ленинград. И оказались на улице: нашу квартиру незаконно занял интендант, который категорически отказывался съезжать. Мама пыталась было судиться, но дело оказалось безнадежным. Единственное, что удалось, — забрать какие-то вещи. Когда пришли за остальными, в квартиру родителей уже не впустили. Человек оказался наглым и ушлым, да и каким еще быть чиновнику, который в блокаду распределял продовольствие?

Какое-то время мы прожили в гостинице «Октябрьская», затем родителей поселили в общежитии театра, еще через несколько лет выделили комнату в коммуналке. Помимо нас там жило еще восемь семей. На кухне — огромная дровяная печь. Ванной не было, мыться ходили в баню. Туалет один на всех. О туалетной бумаге тогда и не слыхивали, пользовались газетами.

И вот как-то вижу на полочке в туалете стопку аккуратно нарезанных квадратиками газет, а сверху — клочок с портретом Сталина. Подумала: боже мой, как нехорошо. И ничего лучшего в голову не пришло, как пришпилить этот портрет на гвоздик. Почему-то показалось, что так Иосиф Виссарионович выглядит поприличней. Что потом началось! Одна из соседок устроила настоящую истерику: металась, кричала, что это издевательство над вождем. Грозилась выяснить, кто такое сотворил, и донести куда следует. А я действовала из лучших патриотических побуждений. Тогда от меня скрывали, что в семье есть тайна. Видела только, как мама с дядькой иногда шушукаются. Потом выяснилось, что они собирали посылки своей репрессированной сестре в Каралаг. Тетю Маню посадили за то, что осталась в оккупированной Гатчине.

У меня до сих пор хранится справка о ее реабилитации «за отсутствием состава преступления». Поганенький листочек, за которым десять лет, вычеркнутых из жизни.

Сегодня понимаю, что росла сама по себе. Школа, друзья, кружки, обязательные пионерские лагеря — жизнь была заполнена без остатка. Привыкла, что редко вижу родителей, и нисколько от этого не страдала. Такова судьба всех актерских детей. А в те годы ребятню вообще никто особо не пестовал: жили бедно, взрослым приходилось много и тяжело работать, чтобы прокормить семью. Да и не помню, чтобы кто-то из друзей-приятелей нуждался в особом пригляде. Хулиганить, конечно, хулиганили, но вполне невинно. Оттого, возможно, и в сыне до поры до времени была уверена. Думала, с возрастом все перемелется, он выправится.

Пожалуй, единственные, кто хоть немного занимался моим воспитанием, были первая жена отца и тоже актриса тетя Люша и ее старенькая мама. Так сплелись судьбы, что папа сохранил со своей прежней семьей прекрасные отношения. Чудные были женщины. Спустя годы тетя Люша будет даже приезжать ко мне в Москву — ухаживать за маленьким Митей.

Мама с папой с утра до ночи пропадали в театре. Не помню даже, чтобы принимали гостей, — в пятнадцатиметровой комнатке было не развернуться, тем более что половину ее занимал здоровенный рояль. Его подарил дядя Федя: чудом сберег в блокаду, не пустил на растопку. Мне даже наняли педагогиню, но она так больно лупила по рукам, что я не выдержала мучений, раз и навсегда захлопнув крышку инструмента на «Неаполитанской песенке» Чайковского.

Зато бредила балетом.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Загрузка...


Написать комментарий



Эмма Уотсон (Emma Watson) Эмма Уотсон (Emma Watson) актриса театра и кино
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.



Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте