Валерий Золотухин. По любви и по расчету

«Каталин заявила: «Юра — ноль, здесь я хозяйка». В театре повисла тюремная атмосфера».

—И откажешься?

—С какой стати? Буду работать.

И вот читаю: «Пимен — Золотухин». Ну что ж, Пимен так Пимен. Хотя мечтал о Самозванце. Проходил свои сцены и говорил Любимову: «Все, пошел к евреям». Так мы шутили, когда я отправлялся в соседний зал, где репетировал ­Иосиф Райхельгауз, он ставил у нас спектакль по пьесе Злотникова «Сцены у фонтана».

Однажды в дверях возникла любимовская помреж:

—Валерий, тебя шеф зовет.

—Зачем? Я свои сцены с Пименом уже отыграл.

Но пошел. Любимов говорит: —Кузькин, почитай Самозванца.

А на роль был назначен Леня Филатов.

Услышал это и нагло заявил:

—Шеф, вы сейчас исправили свою ошибку в распределении ролей.

Кузькиным Юрий Петрович стал меня звать после того, как я сыграл главную роль в многострадальном спектакле «Живой» по повести Бориса Можаева. В 1966 году ее опубликовал «Новый мир», и Смехов с Высоцким, придя в гости в нашу с Ниной коммуналку, взахлеб хвалили эту дере­венскую прозу, говоря: «Тебе это надо сыграть». Спектакль неоднократно закрывали, но проходило время и Любимов его восстанавливал. «Живой» стал без преувеличения легендой театра, а я попал в разряд бесспорных лидеров труппы.

Нина Шацкая в спектакле «Мастер и Маргарита» Нина Шацкая в спектакле «Мастер и Маргарита» Фото: ИТАР-ТАСС

К тому моменту я уже много снимался в кино, но Любимова мои успехи не убеждали. Он всегда относился к кинематографу как к отхожему промыслу, халтуре, может потому, что у него самого с кино отношения не сложились. И отпускал он актеров на съемки с большим скрипом.

С нами Юрий Петрович в те времена вел себя демо­кратично, часто приглашал домой, его жена Людмила ­Ва­сильевна Целиковская и теща — оперная певица — накрывали роскошный стол. Однажды мы собрались у него, когда на экраны вышел фильм «Пакет», где я сыграл главную роль. Людмила Ва­сильевна и ее мать пели мне такие дифирамбы, что после этого отпрашиваться на съемки стало гораздо легче. К мнению жены Любимов прислушивался. Именно она — аб­солютная звезда советского кино — помогла ему получить театр и карт-бланш на три года проводить в нем ­любые преобразования, чтобы вернуть публику.

Для на­чала Юрий Петрович по­увольнял весь старый состав труппы. Служил там такой красавец Александр Шворин (играл Марка в «Летят журавли»). Он пробовал жаловаться наверх, писал, что в театр пришла какая-то банда. Но в итоге все-таки вынужден был уйти.

Любимова не трогали, не зря у Людмилы Васильевны было прозвище Целиков­ская-цековская, она действительно открывала двери кабинетов самых высоких начальников и нередко спасала мужа. Мужчины ее обожали. Помню, крепко «принявший на грудь» Давид Самойлов кричал: «Люсь­ка, я за тебя на войне строчил из пулемета, а, б..., не за Сталина с Лениным!»

Ко мне она относилась очень тепло, но это не делало меня ближе к Любимову.

Я никогда не позволял себе переходить грань, которая, по моему мнению, должна существовать между актером и его начальником — режиссером, в кабинете Любимова появлялся, лишь когда меня туда приглашали. Наблюдая, как Губенко на репетициях подходил к Юрию Петровичу, закуривал его сигареты, узнав, что Николай живет в квартире шефа, я предчувствовал: добром это панибратство не кончится. И через несколько лет оказался прав. Юрий Петрович — начальник — мог позволять себе многое, а мы — нет.

Репетиции были всегда кровавыми, на «Живом» Любимов буквально делал из меня отбивную котлету. «Ты — деревенский парень, — орал он, — а не знаешь, как говорить монолог о корове?! Еще раз!»

Я никогда на него не обижался, обиды мешают «дело делать».

Да и сам Любимов по окончании экзекуции говорил: «Что вы на меня обижаетесь? Работа есть работа».

Если что-то не получается, я не перекладываю вину на режиссера или партнеров. Мне легче работать в согласии, а не в противоречии. Зина Славина, напротив, всегда ругается, она так себя заводит и выигрывает. А я не люблю конфликтовать, я стелюсь под режиссера, партнеров. Ведь жизнь актера в театре — это невидимые миру слезы.

У Шацкой, в отличие от меня, характер резкий. Она никогда не спускала Любимову крика, отвечала так, что не приведи господи. Ее судьба в театре складывалась не гладко. Еще и потому, что рядом работали Алла Демидова и Зина Славина. Нина долго ждала свою роль и дождалась: «выстрелила» булгаковской Маргаритой, стала секс-символом, хотя никакого секса на сцене в спектакле «Мастер и Маргарита» не наблюдалось и в помине, достаточно было показать обнаженную спину Шацкой, ее совершенные формы, чтобы зал захлебнулся от восторга.

Никогда не просил Любимова за жену, может, и зря.

Фильмы со звездами:

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Владимир Басов: все о моей матери Наталье Фатеевой

Владимир Басов: все о моей матери Наталье Фатеевой





Новости партнеров


Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Ляйсан Утяшева Ляйсан Утяшева спортсменка, телеведущая
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
+