Новости Звезды Красота Здоровье Мода Развлечения Стиль жизни Видео Скидки

Инструкция

«Мать разбудила в пять. За окнами темно. Голос матери нежен: «Вставай, сынок, на работу. Пора»....
Фото: Итар-Тасс

«Мать разбудила в пять. За окнами темно. Голос матери нежен: «Вставай, сынок, на работу. Пора». Вылезать из-под одеяла не хотелось. Снаружи холодно. На комоде — керосиновая лампа. Отбрасывает желтый неровный свет. От него по углам тени. Углы — будто живые — ходят. Я резко выскочил из-под одеяла. «На, укройся», — мать накинула на плечи полушубок. Туалет был в коридоре. Там прохладно. Стоял ноябрь. Два дня назад выпал снег. Но вчера растаял. Температура выше нуля на пару градусов. Я вернулся к рукомойнику, плеснул воды на лицо. Мать подала полотенце: «На-ко вот, вытрись. Да садись завтракать. Я блинов напекла». Я отправился к столу: «У-у, ржаные, спасибо, — мои любимые». «Знаю, — отвечала мать, — только ржаная и осталась мука-то». — «Когда ж ты встала? Я ничего не слышал». — «Ешь, ешь, чего там. Не спалось мне сегодня, что-то тревожно мне». — «Да чего ты, ма, брось, все нормально, чего тревожиться, все путем». — «Не знаю, работа у тебя опасная, все-таки на химзаводе работаешь». — «Да чего опасного, ничего опасного.

— Я уминал блины. — Где опасно, я не хожу там». — «Да знаю я тебя — вечно на рожон лезешь». — «Не, ма, зачем мне это?» Я выпил стакан чаю без сахара. Оделся. Мать поправила шарф: «Ты уж поосторожнее». — «Хорошо». Я вышел на улицу. На ощупь проделал путь к воротам, открыл калитку, вышел. На редких столбах фонари освещали улицу. Я быстрым шагом направился к трамвайной остановке. То там то здесь появлялись темные комочки людей, складывались в струйки и текли все в одном направлении. Почти весь город работал на химзаводе. Дуло холодным ветром в уши, я поднял воротник. Думал: Смешная мамуля. У нее день через день тревога. Все ей страшно за меня. Чудная. Мне был двадцать один год, я был крепкого здоровья. Жизнь кипела в груди. Какая опасность?! Все было нипочем. Хотя что-то мне снилось сегодня, какая-то нелепица. Нагромождения какие-то, трубы. Вспомнил, только во сне такая ерунда! Трубы обвивали огромную подушку. Подушка была живая, она будто дышала, двигалась и лезла мне в рот. Полный бред. Вот и остановка. Народу полно. Но трамваи подходят один за другим. Синие, двухвагонные. Я вскочил на подножку, протиснулся внутрь. Трамвай дернулся, зазвенел, заскрипел железом, покатил, резко раскачиваясь в стороны. Ехать минут двадцать. Возле главной проходной выхожу. В ноздри бьет тупой запах химии.

Показываю пропуск охране, прохожу на территорию.

Кругом высятся металлические башни в паутине труб. Вот и трубы. В раздевалке шум и говор. «Здорово, ребята!» — приветствую всех. Сажусь переодеваться рядом с Мишкой, тот буркнул что-то неразборчивое. «Ты чего такой смурной? — бросил я ему, надевая спецовку. — Никак перебрал вчера?» «Ничего я не перебрал, — отмахнулся Мишка, — да и деньги давно закончились. Не на что перебирать». — «Чего тогда?» — «Да с Машкой поцапались». — «Приревновала опять?» — «Ну подумаешь, на Зойку пару раз взгляд бросил, и уже пожалуйста, тут же: «Что у тебя с ней было?» — «А у тебя не было?» — «Да чему бывать-то, пару раз прогулялся с ней под ручку, только к щечке разок и приложился. Так это еще до Машки было. С тех пор — ни-ни». Я натянул брезентовые штаны, влез в пахнущие дегтем грубые ботинки на толстой подошве. Мишка не отставал. «Ну чего, идем?» Он кивнул. Отправились к мастеру. Мастер, невысокий, широкоплечий, с лихо закрученными седыми усами, прозванный за густющий бас Шаляпиным, прогремел: «Давайте, ребята, заступайте в подмогу Потапычу, в третий цех. Противогазы возьмите». «Ладно», — бросили мы и отправились. Мишка оживился, шепнул: «У Потапыча завсегда спиртишко имеется.

Глядишь, и нам перепадет». «Зря губы раскатал, — бросил я, — Потапыч на работе не пьет и другим не дает». — «Так работа-то кончится когда-нибудь, однако». Мишка тер руки. Под незамысловатый треп добрались до третьего цеха. Я остановился: «Черт, противогазы забыли». — «Да фиг с ними, когда они нужны были?» Я был в нерешительности: «Так инструкция, сам знаешь». — «Инструкция, инструкция! Да брось ты. Год с этими противогазами таскались — и что? Ни разу не надели. Неужто назад переться? В обед сходим». — «Нет, — сказал я, — надо взять. Ты иди, доложи Потапычу, а я сбегаю». Я повернулся и рысцой потрусил обратно. Вернулся минут через пятнадцать. Все случилось мгновенно. Я растворил двери в цех, тут же завыла сирена. Впереди, возле огромного бака, увидел змеящееся желтое облако. Ощутил сладковатый запах. Что-то пронеслось в мозгу, связанное в этим запахом, но я не вспомнил. Я несся вперед, надевая противогаз. Я видел Мишку с белым лицом, пытающегося бежать прочь от ядовитого дыма. Ноги не слушались его, он согнулся вперед и падал на колени. Я подбежал, натянул на него противогаз, он еле шевелил руками. Облако быстро заполняло пространство. Я подхватил Мишку, потащил его к выходу. Облако нагоняло. Я чувствовал: дышать нечем. Зеленые, фиолетовые, черные круги поплыли перед глазами.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также





Мы в соцсетях
Одноклассники
Facebook
Вконтакте


Мэттью Макконахи (Matthew McConaughey) Мэттью Макконахи (Matthew McConaughey) актер, сценарист, режиссер
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй